Груз вины и чистосердечные признания

18 October 2020
Груз вины и чистосердечные признания

Не так давно слова «не знаю» побуждали открывать Америку. А сейчас любая лакуна в знаниях где-то глубоко внутри автоматически приравнивается к оценке «два» и вызывает волну обморочной паники. Мы давно уже не стоим у доски. И условная Мариванна не влепит нам неуд потому, что нет ответа, как жить дальше. И не только нам: ведь растерянная физиономия в телевизоре принадлежит такому же вчерашнему школьнику. Который лихорадочно пытается придумать связный ответ на вопрос, по которому еще нет учебников и методичек. Лишь бы не признать ужасное — «я не знаю».

Современная парадигма общественных отношений часто объединяет два понятия: вину и ответственность. Но это в корне неверно! Ответственность — способность отвечать за принятые решения и реализуемые действия. То есть адекватно реагировать на их реальную, фактическую отдачу. Поддерживать продуктивный результат и ликвидировать нежелательные последствия.
Вина же — отрицательно окрашенная реакция не на фактический результат, а на опосредованное отношение к нему окружающих. Из разряда «Ах! Боже мой! Что станет говорить/Княгиня Марья Алексевна!» Чувство вины может уравниваться с ответственностью и подменять ее, но физически оно чаще всего не приносит результата, не побуждает к действию.

На бизнес представителями власти сейчас возложена огромная ответственность. За то, на что повлиять они иногда просто не могут. Потому что пока непонятно — что реально влияет на ситуацию. Маски или изоляция, антибиотики или хинин, прививки или хороший иммунитет. Но вместо «извините, мы не знаем, что делать», звучат отрывистые слова придуманных на ходу приказов. И раздувается чувство вины за их невыполнение.

«Извиниться» — не равно «исправить ошибку». Однако именно дистанцирование от чувства вины за определенные действия помогает идти дальше. Ответственность — остается. А вина снимается, потому что изначально формируется не фактически причиненным ущербом, а навязанными стереотипами. Вина, служившая жестким стимулом для реализации решений в рамках некоего «общественного» блага, в условиях отсутствия внятного ответа становится гирей на ноге пловца. Не оставляя пространства для маневра в рамках личного представления об эффективности и пользе.

«Вместо того, чтобы смело признать существующий беспорядок, трагедии, преступления, каждый стремится доказать свою невиновность и найти алиби, позволяющее уйти от ответственности за последствия собственных деяний» (с). Более того, обвинить в происходящем всех вокруг, переложив на них и тяжкий груз ответственности за происходящее, и обязанность закрыть пробел в знаниях о текущей ситуации.

Так, царь Ксеркс I приказал высечь море, разрушившее во время шторма его понтонную переправу через Дарданеллы. А в наше время на полном серьезе штрафуют магазин за покупателей без масок. И подогревают градус общественной истерии до того, что весь театр аплодирует представителям охраны, выводящим с представления даму без средств защиты. Потому что переложить свое чувство вины на другого — бесценно, а для штрафов у бизнеса все еще есть мастеркард!