Клещ - искусство - языка.

Клещ - искусство - языка. Клещами тянет слово из, сосет кровь паразит искусственный.

Если сказать «после смерти отдохнем», то человек с техническим складом ума возмутится такой логикой, ведь с одной стороны мы не знаем что нас ждет после смерти, с другой очевидно что отдых мертвого не то что живого. Или «инвестируя в искусство Долженко ты обретаешь бессмертие», еще более абсурдно. Тут следует отступление про людей с техническим складом ума.

Вообще, нет людей с техническим складом ума, есть инвалиды, чей мозг работает только на правую половину. Это характерно для тоталитарных режимов востока, поскольку пропаганда режет культуру и развиваться возможно только в сторону строительства технологической машины мифа коммунизма. Бедные технари вынуждены верить в науку как первобытные дикари и самовыражаться на комиконе в костюмах супергероев (тут ссылка на карнавал, инициацию и прочее мракобесие с переодеванием)

Так вот фраза «инвестируй в искусство Долженко и будь бессмертным» или «после смерти отдохнем» ставит в тупик прежде всего тем, что звучит она над языком. Набор слов здесь как железная дорога, по которой эмоциональный поезд въезжает в тунель вашего бессознательного. В самих словах нет смысла, но есть облако чувств, которое ты выдыхаешь при произношении. Чувственное можно прочитать только исходя из контекста, а именно когда, кем, кому и при каких обстоятельствах это было сказано. Это кстати объясняет почему ваш охуенный абстрактный экспрессионизм никто не покупает, а мой расходится на ура, не смотря на то что инвалид в клетчатой рубашке из офиса считает что такое могла бы его сестра нарисовать. «Инвестиции в Долженко — это бессмертие» пахнет свободой, щекочет зеленой травой в поле ступни предпринимателя, который панически боится смерти и наказания за ту кровь, которой он разбогател. «Долженко — это бессмертие» звучит как колокол в позолоте, если это произносит известный лондонский галерист, съевший шаверму из собаки на современном искусстве. Однако для 58 подписчиков канала эта фраза из текста дизайнера имеет горький вкус лекарства от шизофрении. Контекст, понимаете?

Но есть еще и третий слой, еще одно измерение, которое недоступно даже для обоих полушарий. Его ошибочно называют мета, подразумевая нечто над. Мета это информация о самой фразе ребят, типа сколько в ней букв и на каком она языке, но никак про то что над. Скорее транс- или еще что-нибудь, я хз. Короче в третьем измерении перед нами разворачивается временная плоскость, в которой есть момент состояния речи и языка до произнесения фразы «Долженко бессмертен» и после. Набор событий, которые привели к этому и последствия и все это движется мотивами произносящего и слушающего. Это измерение недоступно и воспринимается нами обычно как набор случайностей или же мы заполняем пустоту непонимания образами из своего бессознательного. Да он совсем охуел, или ну и что, в общем всякое дерьмо в голову приходит. А меж тем есть вполне закономерная цепочка событий, распутать которую мог бы только детектив Юнг из агентства «Карл и Фрейд». Но это не значит, что мы не пытаемся. Так появляется на свет язык, сложный, эмоциональный и обладающий волшебными свойствами созидать наше мышление а затем наши поступки и наши жизни.

Анализируете, ребят. Почему вы сказали именно так, именно тут. Записывайте что сказали и что произошло потом. Составьте карту передвижения — ваш язык как весенний талый снег хранит весь хаос следов вашего панического бегства по этому мрачному лесу жизни. Тяните из себя клещами все, искусство — это паразит на теле языка культуры.