«Вы не волнуйтесь, я обязательно умру и попаду в Эрмитаж». Выставка Шнурова в Ростове

19.01.2018

РАССКАЗЫВАЕМ, ПОЧЕМУ ЛИДЕР «ЛЕНИНГРАДА» — ХУДОЖНИК, И ЧТО ОН ПРИВЕЗЕТ В НАШ ГОРОД.

автор Мария Погребняк

Выставка лидера группировки «Ленинград» Сергея Шнурова «Ретроспектива брендреализма» откроется в Ростове 26 января (продлится до 18 марта). Экспозицию можно будет увидеть в музее ИЗО на Чехова, 60. Всего будет несколько десятков работ — не только живописные полотна, но и инсталляции. Шнуров сам себя называет «художественным руководителем»: большую часть экспонатов делал не он, а приглашенные специалисты — их музыкант находил через инстаграм. «Нация» показывает некоторые работы, которые ростовчане увидят на выставке. И заодно рассказывает о Шнурове-художнике и его собственной концепции в искусстве.


Искусством Шнуров начал заниматься еще в юности. В начале 1990-х (будущему лидеру «Ленинграда» тогда было 17 лет) он закончил питерский художественно-реставрационный лицей по специальности «Реставратор изделий из дерева». После Шнуров зарабатывал деньги, будучи копиистом — копировал старинные полотна. Специализировался на «малых голландцах», в частности, на Яне Брейгеле Бархатном (этот художник жил в XVI-XVII веках, писал пейзажи и натюрморты с детальным изображением предметов).

«Вагиня», термопласт, печать, 2016 год.
«Вагиня», термопласт, печать, 2016 год.

Чуть больше 10 лет назад Шнуров придумал термин «брендреализм». Впервые его работы показали в 2006-м году в Московском музее современного искусства (они все, по словам музыканта, были распроданы). Стоит сказать, что поначалу Шнуров писал свои картины самостоятельно. Но потом решил работать по методу современного американского художника Джеффа Кунса: он как автор придумывает концепции, а воплощает их в жизнь специально подобранная команда помощников.

«Крещенские морозы», холст, масло, 2017 год.
«Крещенские морозы», холст, масло, 2017 год.

Согласно постулатам брендреализма, человек XXI века окружен не чистыми явлениями, а продуктами-брендами, сгенерированными искусственно. Человек одевается в бренды, питается брендами, передвигается на брендах — и тем самым выбирает их объектами своего поклонения. Один из главных вопросов этого направления искусства: возможна ли критическая свобода в условиях, когда «любые значимые вещи становятся символами и как следствие брендами?»
Если проще — в своих работах Шнуров высмеивает современное общество и массовое увлечение брендами. Кто-то видит в его искусстве и более глубокую философию: Шнурова беспокоит, что современный человек живет по искусственным и придуманным неизвестно кем стандартам.

«Кредит», холст, масло, 2016 год.
«Кредит», холст, масло, 2016 год.

В своем манифесте Шнуров пишет: «Мир разделился надвое: граница раздела между добром и злом проходит теперь между теми, кто пьет «Кока-Колу», и другими, кто выбрал «Пепси». Апокалипсис близится. Тебе нужно сделать свой выбор сегодня. Если ты еще не определился и все еще пьешь квас, то завтра уже будет поздно. Вселенная спросит с тебя. Если ты в душе любишь Hugo Boss, а носишь D&G — это высшее лицемерие сегодняшнего дня. Смертный грех XXI века».

«Лепс спел», дерево, стекло, металл, 2016 год.
«Лепс спел», дерево, стекло, металл, 2016 год.

Шнуров считает себя и других приверженцев брендреализма «последним островком свободы духа». По его словам, представители этого искусства «видят конфликт торговых марок как бы со стороны, следуя учению Аристотеля». Боги Олимпа и Иисус, по Шнурову, тоже были брендами, теперь их место заняли торговые марки известных фирм. «Некоторые впадают в религиозный экстаз при покупке любимой марки. Боги живут в бутиках. Мы поможем вам не запутаться в этом огромном и великолепном мире потребления», — обещает Шнуров.

«Русский рок», 2016 год.
«Русский рок», 2016 год.


В понимании лидера «Ленинграда», брендом может быть все, что угодно. Это не только конкретные корпорации, но и мемы, игры, фильмы, люди. Один из примеров последнего: выполненное из шерсти полотно «Земфира — жив». Шнуров подчеркивает, что изображает не самих людей, а образы, порожденные медиа и массовой культурой. Название «Земфира — жив» отсылает к Виктору Цою (Земфира его поклонник и в некотором роде продолжатель его дела). Певица родом из Уфы — ковер выткали уфимские бабушки. Окантовка полотна напоминает британский флаг: отсылка к тому, в Британии много культовых родоначальников жанра рок-музыки.

«Земфира — жив», шерсть, 2016 год.
«Земфира — жив», шерсть, 2016 год.

Многих людей-«брендов» Шнуров в своих картинах высмеивает. Пример — картина с балериной Анастасии Волочковой под издевательским названием «Вагиня». Экс-прима Большого театра изображена с надменным лицом, вместо рук у нее ноги в пуантах, сложенные для молитвы. Эту работу Шнуров впервые показал публике в феврале прошлого года. Волочкова обиделась на музыканта: после выставки она написала у себя в инстаграме: «Сквозь зубы повторяю всем: давай еще больней. Спасибо вам, предатели, я становлюсь сильней».

«Нефть», металл, 2016 год.
«Нефть», металл, 2016 год.

Многие инсталляции говорят сами за себя — например, три черные бочки нефти с надписью «Russia. Made in», гроб в виде огромного красного холодильника Coca Cola, заполненный настоящим сахаром (называется «Прощание с сахарком») или ироничная работа «Лепс спел» (рюмка и круглые темные очки на столе). Есть предельно понятное живописное полотно «Кредит»: три пальца, соединенные резинкой так, что ими невозможно двигать.

«Прощание с сахарком», металл, пластик, 2016 год.
«Прощание с сахарком», металл, пластик, 2016 год.

Шнуров часто говорит, что себя он считает себя и главным экспонатом, и брендом: «Главный экспонат здесь — я. Конечно, это ирония. Но, с другой стороны, здесь есть и серьезность. Дело в том, что Сергей Шнуров — это тоже бренд. Это бренд, который манипулирует брендами. Я уже никогда не стану обычным человеком. Я есть бренд».