По старой дружбе

Игорь Никишин потерял всё. Почти всё. Да и те крохи, что остались, та малая сумма, обещали скоро закончиться. С деньгами всегда так: говорят, сначала они заканчивают начинаться, а потом начинают заканчиваться. Никишин это прекрасно понимал – первую стадию он уже прошёл - и потому пытался сообразить, как остаться на плаву, как не оказаться на улице. А ведь совсем недавно дела у него шли превосходно. Магазин одежды в торговом центре, точки с разливным пивом в нескольких районах и бар – последнее было особенно обидно потерять. Собственно говоря, именно эта, осуществлённая пару лет назад, мечта и привела Никишина к краху. А ведь его предупреждали, как тяжело управлять развлекательными заведениями в небольших городах.

Первая проблема – наём охранников. Это, если не рассматривать уже саму необходимость в охране. А таковая необходимость имеется – пьяный народ охоч до драк, потому во всех заведениях и нужны крепкие ребята, которые способны убедительно объяснить чрезмерно выпившему посетителю, что ему пора домой, а иногда и вовсе не пустить человека внутрь. В городе со стотысячным населением найти троих-четверых амбалов не трудно. Но в городе со стотысячным населением, где все, так или иначе, знакомы, найти того, кто не будет закрывать глаза на выходки своих друзей, весьма проблематично. Никишин поступил так же, как и многие другие до него – привозил охранников из соседнего города. Те быстро осваивались, обзаводились знакомствами и начинали проявлять лояльность по отношению к ряду посетителей. Приходилось нанимать новых – такая вот текучка кадров.

Вторая проблема – члены мэрии, сотрудники милиции, налоговой и прочих служб. А если быть точным, их сынки. Пьяный угар мажоров не мог остановить даже сам Никишин, оправданно полагая, что это повлечёт за собой серьёзные последствия. И всё-таки однажды Игорь не сдержался. Накачанного ромом, виски и абсентом – наверняка, и без наркотиков не обошлось – восемнадцатилетнего оболтуса выбросили из бара по приказу Никишина, как последнего забулдыгу.

Специфика стычек с представителями власти такова, что если ты обидел одного из них, будешь иметь дело со всеми. Одна проверка сменялась другой, полгода – столько понадобилось им, чтобы вынудить Никишина закрыть бар. Ещё столько же – чтобы отнять у него магазины и ларьки. И это Игорь ещё легко отделался, дело могло и до тюрьмы довести. Милосердие Никишин заслужил, лично извинившись перед мажором и его отцом.

- А что ты хотел? – разводил руками его приятели. – Это Россия.

Но выживать как-то надо было, и у Никишина созрел план, помочь в осуществлении которого мог только один человек – Скрыльников Михаил.

Папа у Миши был военным, поэтому Скрыльниковы нередко переезжали из города в город, а Миша так же часто менял школы. К восьмому классу он зачислился в ту, где учился Игорь. Миша, вопреки – а может быть, и благодаря - суровому воспитанию отца, обладал характером застенчивым и робким, а потому быстро стал объектом травли со стороны подростков. За четыре года, до самого одиннадцатого класса, Игорь стал, пожалуй, единственным, кто не вытер о Мишу ноги, и тот был за это особо благодарен. После школы Миша поступил в какой-то московский экономический ВУЗ, да так и остался в столице. На десятилетний юбилей со дня окончания школы Скрыльников прибыл на шикарном авто и сорил деньгами. Это произвело впечатление на всех, кроме Игоря.

- Ну, что, закрыл гештальт? – с ухмылкой поинтересовался он у Миши, когда они остались в ресторане вдвоём.

- В каком смысле? – захмелевшими глазами огляделся Скрыльников. Пить он не умел совершенно.

- Да ладно тебе, - отмахнулся Игорь. – Будто не понимаешь.

- Не понимаю.

- Ты думал, фантиками здесь всех закидаешь, и всё? Все твои обиды за испорченное детство развеются? Все твои страхи, комплексы, а? Думал, купить уважение тех, кто тебя не уважал раньше? Херня всё это. Максимум, чего ты добился – это их зависть.

Миша посерьёзнел, собрался, на миг сделался грозным, но тут же сник.

- Твоя правда, - устало выдохнул он.

После разговора по душам выяснилось, что Миша действительно добился серьёзного финансового благополучия. Впрочем, о своём способе заработка он отделывался пространными фразами – всё, что Игорь понял, Миша «считал» деньги серьёзных людей. Распрощались они лучшими друзьями, но с тех пор лишь обменивались телефонными звонками.

И теперь, пребывая в отчаянном положении, Никишин отправился в Москву. Предварительно он подготовил всю необходимую документацию.

Скрыльников обрадовано принял гостя. После бутылки коньяка перешли к разговорам о делах.

- Сколько? – спросил Миша, выслушав план товарища.

Никишин назвал сумму. От удивления Скрыльников даже присвистнул.

- Лихо начинаешь, - растерянно произнёс он.

- Я всё рассчитал, через полгода пойдёт прибыль, ещё через три-четыре ты объёшь вложения, а потом…

- Ясно-ясно-ясно, - скороговоркой выпалил Скрыльников. Кажется, он даже протрезвел немного.

- Ну, что скажешь? – после продолжительной паузы подал голос Никишин. – Поможешь мне?

Скрыльников задумчиво вздохнул.

- У меня сейчас нет таких денег.

- А когда будут?

- Ну-у, - Скрыльников шумно выдохнул. – Не скоро, я думаю, очень нескоро.

- Чёрт. Я не могу так долго ждать.

- Сейчас таких денег у меня нет, - повторил Миша. - Но они есть у моего хо… у тех, на кого я работаю.

- И?

- И я вправе ими распоряжаться.

- И? Ты вложишься в моё дело или нет?

Скрыльников отпил из стакана, и ответил:

- Да.

Деньги Никишин получил на следующий день. Налом.

- Никакого договора, никаких переводов, - предупредил Скрыльников. – Возвращать будешь так же.

- Давай я хоть расписку оставлю.

- Игорь, дружище, – улыбнулся Миша. – Тем, кому принадлежат эти деньги, не нужны никакие расписки. Им достаточно моего слова, – после этих слов у Никишина похолодело в животе. – И потом, я тебе доверяю, – а после этих сжалось сердце.

- Не сомневайся, у меня всё получится.

- Если бы сомневался, я тебе этих денег никогда бы не дал. Если ты не сможешь их вернуть, и я не смогу их вернуть. И тогда мне – конец.

- Всё будет нормально, Миш, - поспешил сказать Игорь, видя, что Скрыльников от волнения может передумать.

Они попрощались, договорившись встретиться вечером, но больше никогда не виделись. Никишин отправился в банк, где, проигнорировав инструкции Миши, перевёл всю выданную ему сумму на заранее открытый счёт, и в тот же день, двадцать девятого июня девяносто четвёртого года, покинул страну по поддельным документам.