Шарик (продолжение 4)

23.07.2017

Сначала, когда Мотяга изложил свой план, я наотрез отказался. В сумке было порядка трёхсот таблеток «скоростей». Так Мотяга называл амфетамин. При употреблении эта штука стимулирует выброс в организм веществ, которые включают организм «на полную», как выразился Мотяга. Но самое главное не это – самое главное то, что за одну таблетку мы собирались брать по тысяче при оптовой цене в шесть сотен. Навар наклёвывался нехилый. Но мне всё же было не по себе от того, что мы собирались продавать. Всё-таки это уже настоящие наркотики.

- Настоящие? – засмеялся Мотяга. – А трава что, не настоящий наркотик? А какой? Шоколадный?

Он ещё раз подробно рассказал мне о том, как действуют «скорости». Что отличия от травы собственно немного. Я было возразил, что амфетамин уже голая химия, но Мотяга только усмехнулся.

- Всё – химия, братан.

Было ясно, что Мотяга серьёзно рассчитывает на меня, и мне, хоть и было страшновато, разочаровывать его не хотелось. Тем более, что Мотяга к делу подготовился основательно. Наступал май-месяц, и это предзнаменовало начало танцевальных марафонов во всех клубах города. Мотяга предлагал окопаться в паре залов и продавать всем желающим. По его прикидкам, мы могли бы разделаться со всем за шесть-семь дней в общей сложности. Когда я заметил, что продажа незнакомцам дело палевное, Мотяга пояснил:

- Пойми, братан, палево – не самая главная наша проблема. Как раз таки наоборот, никакого палева не будет. Это рейверские вечеринки – тебе хватит услышать одного звука, чтобы понять, там без наркотиков не обходится. Организаторам и охранникам абсолютно по хер, что ты будешь торговать, лишь бы не косячил. Самая главная проблема в том, что торговать будем не мы одни. Там таких умников будет прорва. Смекаешь? Конкуренция, братан!

Последнее он сказал таким тоном, что я даже проникся его энтузиазмом. Дело обещало принести кучу бабла.

К следующей же пятнице всё было готово. Мы расфасовали таблетки по пачкам из под жевательной резинки по двадцать пять таблеток и двинулись в клуб. Кажется, он назывался «Анубис». Я ожидал, что Мотяга предложит курнуть перед делом, но он, похоже, был настолько серьёзно настроен, что даже не заикнулся об этом. Тем лучше, подумал я тогда, ещё не хватало, чтобы нас забраковали на входе. Не помню, как долго я простоял в очереди, но нервных клеток за то время у меня поубавилось. Чем ближе мы были к пропускному пункту, где охрана обыскивала желающих попасть внутрь, тем сильнее я нервничал. Я даже подумывал соскочить в последний момент, но стоило глянуть на Мотягу, как все переживания улетучивались. Тот просто излучал уверенность. И не напрасно, потому как охранники чисто символически похлопали нас по бокам – так себе обыск, если честно. Мне даже стало стыдно за свою трусость. Впрочем, это было только начало.

В тот день я впервые был в клубе. Да, порой у меня в школе проводили какие-то вечеринки в актовом зале, но они не шли ни в какое сравнение с тем, что я увидел в «Анубисе». Огромный танцевальный зал окружала двухэтажная веранда со столиками и диванами. Барная стойка была метров двадцать пять в длину. Народ, бесновался на танцполе под дикий, бесбашенный ритм. Светомузыка, казалось, могла вызвать приступ эпилепсии у самого здорового человека. Мотяга, видимо, заметив моё оцепенение, сказал, чтобы я не торопился.

- Осмотрись пока, - прокричал он мне прямо в ухо. – Пообвыкнись.

Я только кивнул. Мотяга сокрушённо помотал головой.

- Ты это, - снова заорал он. – Сходи пока к бару. Возьми нам чего-нибудь и жди меня там.

Я последовал его совету. К барной стойке невозможно было пробиться. Привлечь внимание барменов, которых было, наверное, человек десять, было ещё сложнее. Наконец, я взял четыре пива – помню, я тогда просто охренел от цен – и расположился за столиком недалеко от бара. И кстати, как раз таки свободный столик было найти относительно легко. Люди сюда явно не рассиживаться приходили. Я почти полчаса просидел, оглядывая зал и пытаясь унять нервную дрожь. Наконец, я увидел Мотягу, который пританцовывающей походкой – господи, ни тени переживаний на его лице! – двигался в мою сторону.

- Вот ты где! – заорал он, усаживаясь рядом. – Ну, как тебе тут?!

- Неплохо-неплохо, - промычал я, кивая головой.

- Сколько ты уже сделал?!

- Что?!

- Я спрашиваю, сколько ты уже продал!

Я удивлённо посмотрел на него:

- Ты же сказал ждать тебя здесь!

- Чувак! – Мотяга раздосадовано поглядел на меня. – И ты всё это время сидел здесь?!

- Ну да!

- Парень! – Мотяга приблизился ко мне почти вплотную. – У нас не так уж много времени! Соберись!

- Мотяга, я тут даже не знаю никого!

- Я тоже! – Мотяга жадно отхлебнул из бутылки и встал из-за стола. – Я сделал уже три!

Наверное, в этот момент я так жалко выглядел, что Мотяга решил ещё раз меня подбодрить:

- Давай, парень! – проорал он, склонившись надо мной. – У тебя двадцать пять, у меня уже двадцать две! Кто из нас сделает свои раньше?!

Он напоследок улыбнулся. Я глядел ему в спину и думал о том, что сегодня я должен показать на что способен. Я отпил немного пива. Встал из-за стола и двинулся на танцпол, где жарко дышала толпа.

В общагу мы вернулись уже засветло. Я всё еще переживал испытанные эмоции: три клуба, столько людей, столько новых знакомств – это было просто фантастически. Мотяга глядел на меня, не скрывая восхищения и, наверное, гордости. Пусть я проиграл пари – у меня осталось четыре таблетки, Мотяга продал всё под чистую – я был доволен собой. Едва мы зашли в комнату, Мотяга заметил, что теперь самое время слегка подкуриться. Мы запустили косяк и обсудили планы на завтрашний, точнее уже сегодняшний, вечер. Вообще-то, Мотяга предложил переждать до следующих выходных, чтобы мои эмоции немного улеглись, но я возразил, заметив: «Куй железо, пока горячо, братан!» Мотяга рассмеялся. Мы ещё немного поболтали и улеглись по своим кровать. Я дико устал, но сон не шёл. Я прокручивал в своей голове вновь увиденные лица, в основном, конечно, я вспоминал девушек: сколько красивых девчонок, я поверить не мог. И деньги! Я не удержался и сходив до своей куртки достал толстенную пачку купюр. Двадцать одна штука! Конечно, я потратил пару тысяч на вход на дискотеку и на выпивку, оставалось девятнадцать с копейками. Минус – ещё нужно чуть меньше тринадцати штук Мотяги, ведь закупался он. Выходило уже не так круто, но подумать только, я заработал почти шесть тысяч рублей за несколько часов веселья. Ну, и одного часа нервяков в самом начале, конечно. Но это пустяки – теперь-то я понимаю, что причин для того беспокойства, что я испытывал, нет совершенно.

Следующие три недели тянулись, казалось, нескончаемо долго. Пять дней в институте вперемешку с работой – это было что-то невыносимое. В ожидании выходных я каждый вечер подкуривался травкой. Впрочем, играло для меня в этом деле всё менее решающую роль. Но две ночи, с пятницы на субботу и субботы на воскресение, были для меня табу. Немного алкоголя – всё, что я позволял себе. И мне этого было достаточно. На шестой выход меня уже узнавали. Я просто кружил по залу или отрывался на танцполе, а люди просто подходили ко мне и совали тысячную в обмен на таблетку «скорости». А сколько красоток! Стыдно признаться, но за эти в общей сложности шесть дней я познакомился с гораздо большим количеством девушек, чем за всю свою предыдущую жизнь.

Оставалось сорок две таблетки: девятнадцать у меня, и двадцать три у Мотяги – да-да, кажется, я вырвался вперёд! Шестой выход мы запланировали закончить там же, где и начинали первый, в «Анубисе». Теперь я уже не испытывал смущения: всё здесь было знакомым, все здесь были знакомыми. Не успели мы войти внутрь, как я продал сразу три таблетки. Народ отрывался так, словно даже и не думал уставать от затяжного танцевального марафона. Я спокойно ходил по залу, здоровался с новыми приятелями, кто-то здоровался со мной. Мы переглядывались с Мотягой, довольно улыбаясь. «Скорости» расходились так быстро, что мне даже стало немного грустно. Видимо, нам даже не придётся ехать ещё куда-то, думал я. «Не беда, - успокаивал я себя. – Будет ещё праздник».

Спустя каких-то два часа мне продавать уже было нечего. Я поискал взглядом Мотягу – может, у него ещё осталось. Найти сразу я его не смог. Поспрашивав людей, я узнал, что он в туалете. Я двинулся туда. В небольшой комнате, обитой кафелем, тихим эхом громыхали три голоса. Один из них принадлежал Мотяге. Привычное дело – некоторые покупатели стремались брать таблетки прямо в зале. Я подошёл к ним. Мотяга кивнул мне и взглядом дал понять, что дело нечисто, а те двое – оба, кстати, были здоровыми ребятами - набычено на меня посмотрели. После недолгой паузы один из них обратился к Мотяге, видимо, продолжая прерванный разговор:

- Ты не охерел ли, парниша? Ты с чего это решил, что тебе здесь торговать можно?

- А что, здесь где-то написано, что именно мне нельзя? – Мотяга выглядел невозмутимо.

- Торгуем здесь мы, - здоровяк в упор посмотрел на Мотягу.

- А я и не против, ребят. Торгуйте на здоровье. Я вам не мешаю, - Мотяга пальцем ткнул в грудь «собеседника» и отодвинул его от себя, затем затянулся сигаретой. – Но и вы нам не мешайте.

- Слышь, хуепутало, - заговорил второй здоровяк. – Ты хоть понимаешь, что мы можем с тобой… с вами сделать?

Мотяга снова затянулся:

- Да я понимаю, - ответил он, медленно растягивая слова. – Вы до хуя чего можете с нами с делать. Вы вон какие кабыны, а мы, - Мотяга обернулся ко мне, как будто оценивающе окидывая взглядом, и подмигнул. – Так себе. И даже если у вас не получится, тот хуй вам поможет, - Мотяга указал кончиком сигареты в стену напротив себя. В тот же момент, когда эти двое отвернулись, Мотяга щелчком отправил сигарету в лицо ближнему, а второго сшиб ногой в грудь, да так, что тот отлетел в стену. В это время я, понимая, что главное выиграть время для Мотяги, бросился в ноги первому. Тот успел дважды ударить меня по спине, прежде чем Мотяга вырубил его. Я тут же поднялся с колен, и мы вместе Мотягой вышли из туалета.

- Только не кипишуй! – прикрикнул Мотяга, пока мы пересекали зал «Анубиса». – Не торопись! Спокойно выходим!

На улице мы поспешили как можно дальше уйти от клуба. Зайдя в один из дворов, мы наконец посмотрели друг на друга и заржали.

- «Тот хуй»? – спросил я, пытаясь сдержать смех.

- Старый трюк, - заметил Мотяга, доставая пачку сигарет. – Действует безотказно.

- Кто эти двое вообще такие были?

Мотяга рассказал мне, что это такие же торговцы, как и мы. Только менее везучие. Видимо, мы оставили их не у дел. Неудивительно, с таким быками даже общаться стрёмно, не то, что закупаться.

- Так что, мы всё продали? – спросил я у Мотяги.

Тот улыбнулся и достал из кармана обёртку жевачки:

- Вообще-то, нет, - ответил он, улыбаясь. – Осталось ещё две.

- Значит, поехали дальше, надо уж и их продать.

- Зачем продавать? – Мотяга улыбнулся ещё шире, протягивая мне одну таблетку. – Мне кажется, мы заслужили небольшой праздник. Дело сделано.

Держа каждый по белому кругляшу «скорости» в ладони, мы посмотрели друг на друга и одновременно закинулись.

Я уже говорил, что амфетамин повышает активность, но такой херни я не ожидал. Приход пришёл вместе с ощущением того, что мир налился яркими красками, а воздух стал бодряще свежим. Я испытал такой прилив сил, что просто не мог у стоять на месте. Решив в какой клуб мы пойдём, я был готов бежать туда со всех ног. Серьёзно, было так хорошо.

Но только не на следующий день. Я буквально слышал, как моя кровь бежит по венам, как скрипуче бьётся сердце. Лицо как будто больше мне не принадлежало: каждая его клеточка как будто жила своей жизнью. Я лежал в своей кровати, крепко замотавшись в одеяло и обнимая себя руками. Мотяга периодически, подрагивая как звонящий телефон на вибровызове, заваривал нам по огромной кружке чая. Сколь он вбухивал туда ложек сахара – двенадцать, двадцать, двести? – я не знаю, но это ненадолго помогало.

Когда мы более-менее пришли в себя, Мотяга устало поглядел на меня и произнёс:

- Праздник кончился. Наконец-то.

К вечеру мы смогли добраться до кафе неподалёку. Запивая картошку-фри колой, я сказал, что эти три недели были просто потрясающими, и было бы неплохо их повторить.

- Не, чувак, - поморщился Мотяга. – Хорош. Я же тебе говорил, не надо борзеть. Тусанулись месяцок и хватит. Нас в тех клубах уже каждая собака знает. Могут и запалить.

- Ты же говорил, что никакого палева.

- Так и есть, никакого. Но опять же, при условии, что мы не будем наглеть.

- А мы и не будем, Мотяга. Не будем. Мы разве наглели? Спокойно тусовались и делали свои дела.

- Чувак, реально, мы отлично провели время, ты при деньгах, я при деньгах.

- Но мы можем ещё провести отлично время, и ещё больше заработать.

- Слушай, я уже пробовал так работать в течение всего лета. Тяжеловато, знаешь ли. И вся эта веселуха тоже надоедает.

- Но тогда ты был один, а теперь нас уже двое.

Мотяга задумчиво посмотрел на меня. Когда я уже сам готов был нарушить тишину, Мотяга произнёс:

- Но только один раз. Ещё один. Закупаемся ещё на три недели и всё.

- Да! Да, чувак, ещё один раз.

Чёрта с два. Мы закрыли сезон только в конце сентября. Стоило очередной партии закончиться, Мотяга отправлялся на закупку. И так все оставшиеся четыре месяца. К октябрю у меня накопилось порядка пяти ста тысяч рублей. Полмиллиона. У Мотяги заработал во много больше моего, но, как я уже говорил, экономностью он не отличался: травка, шмотки, телефоны, гулянки. А вот я решил придержать деньги при себе, потому что на Новый год я запланировал кое-что очень крупное.

*Продолжение следует*