Ведомый

«Смерть хачам от ноги», - произносит вслух Абдул надпись, выведенную белой краской на стене котельной. Окна комнаты Абдула выходят прямо на эту котельную, и вот который уже год он, выглядывая на улицу, видит это послание.

«Смерть хачам от ноги», - повторяет задумчиво Абдул и непроизвольно бросает нервный взгляд на шкаф. Он пытается понять, что находится в той сумке, которую вечера вечером принёс ему Аммар.

- Пусть у тебя побудет недолго, - сказал Аммар. – Я в долгу не останусь.

- А что там? – спросил Абдул.

- Тебе лучше не знать, - был ответ.

В сумке могут быть наркотики, Абдул почти уверен в этом. Может быть, оружие. В любом случае, ничего хорошего. Про тёмные делишки Аммара ходили слухи. Да и он сам частенько предлагал Абдулу работу.

- И не стыдно тебе, здоровому мужчине, за копейки на стройке горбатиться с таджиками всякими, - однажды укорил своего непутевого земляка Аммар.

Абдулу было стыдно. Но не потому что он работал на стройке, напротив – Абдул всерьёз верил в то, что физический труд укрепляет дух человека. Абдулу было стыдно, что заработанных денег едва хватало на то, чтобы прокормить себя с матерью и сестрёнкой Амаль. Раньше, когда папа был ещё жив, они всей семьёй торговали фруктами на рынке, и даже одиннадцатилетний Абдул был при делах. Счастливое было время. Папа иногда жаловался на милиционеров, которые выжимали из них деньги при каждом удобном случае, да порой задирали местные, но это ещё было ничего. Хуже стало, когда папы не стало. Средь бела дня его забили до смерти двое русских ребят, надеясь добыть себе деньги на наркотики.

«Смерти хачам от ноги», - бормочет Абдул.

Поначалу им удавалось как-то сводить концы с концами, но потом, когда плату за аренду места на рынке стали требовать ещё и бандиты – свои же земляки, дружбу с которыми водил Аммар - пришлось спешно избавляться от оставшегося товара и искать новую работу. Мама устроилась уборщицей в продуктовом магазине, над ней смеялся весь двор, лишь некоторые помогали их семье в те времена. Абдул, ещё не окончив школу, нашёл себе работу заправщика на бензоколонке, но долго там не продержался – не все клиенты хотели, чтобы к их машине приближался «чебурек».

«Смерть хачам от ноги», - трудно не ненавидеть тех, кто мог это написать.

Став достаточно взрослым, Абдул пошёл на стройку, там руки всегда нужны. Пока мама не заболела, их общих денег хватало на то, чтобы жить более-менее нормально. Последней большой покупкой в их семье стало платье, в котором Амаль до сих пор ходит в школу, за полторы тысячи рублей. Когда Аммар учился в школе, русские дети нередко дразнили его за чернявость и акцент. Теперь Амаль дразнят другие приезжие за то, что она бедно одевается.

«Смерть хачам от ноги», - читает Абдул и поглядывает на шкаф с злополучной сумкой. Откажись он помогать Аммару, случится могло всё, что угодно. Кому потом жаловаться? Милиции? Это если ещё повезёт, и Абдула оставят живым. А что потом станет с мамой и Амаль?

А может, в этой сумке и нет ничего особенного. Так, что-нибудь несерьёзное. «Ну, да, конечно», - ухмыляется Абдул, стыдясь своих малодушных мыслей. Раньше с такой просьбой к ним никто и сунуться бы не посмел – папа зорко следил за тем, чтобы Абдул не связался ни с каким криминалом.

«Где бы ты ни был, Абдульхади, - часто говорил ему отец. – На своей ли земле, на чужой, живи так, чтобы тебя почитали за своего».

«Смерть хачам от ноги», - так, наверное, думали случайные прохожие, видя, как двое избивают азербайджанца.

Ну и пусть полежит себе эта сумка. Завтра Аммар её заберёт, денег у него, конечно, Абдул не возьмёт. Хотя, почему бы и нет? Лишними не будут.

«Конечно, - проносится в голове у Абдула. – Деньги, которые Аммар получил, торгуя наркотиками».

Ну и что? Это чужие проблемы. Абдула это не касается.

Но эту мысль уже не остановить, и Абдул вдруг ясно себе представляет, как его папу бьют ногами. Папа пытается укрываться от ударов, но скоро теряет сознание. Сволочи ищут в его куртке деньги. Деньги, которые они потом отнесут Аммару.

«Смерть хачам от ноги», - произносит Абдул.

- Абдул, ты куда? – кричит из своей комнаты мама, слыша, как сын возится в прихожей.

- Мусор, пойду выкину, - отвечает ей Абдул. В руках его та самая сумка.

- Может, заодно сотрёшь эти ужасные каракули? Сам же говорил, что тебя они раздражают.

- Ничего, мам. Пусть будет. Это не про нас.

Тем же вечером Аммара арестовали, но, так и не предъявив обвинения, выпустили на свободу. А спустя пару дней Абдула нашли недалеко от строящегося дома, в котором он трудился. Я не знаю, что стало с его семьёй – может быть, они уехали. Может быть, нет. Но белые буквы до сих пор красуются на стене котельной.

«Смерть хачам от ноги».