Как обычно в анекдоте, ровно трое в самолете,

Самолет к такой-то тете как положено упал,

Все в порядке, все живые и веселые такие,

В общем каждый не стесняясь к людоедам в плен попал.

Hо сначала долго бились, и конечно умарились,

Людоеды навалились, ну какой тут паритет?

Все хана вам оккупанты, закричал на эсперанто,

С злобной рожей интенданта, самый хищный людоед.

И к вождю их потащили, по пути почти не били,

Hо ребята приуныли, дело дрянь — пиковый туз.

Стало ясно и понятно — будут жрать, причем бесплатно!

Так попали в неприятность: янки, русский и француз.

И сказал им вождь: а ну ка, разгоните нашу скуку,

Hазовите братцы штуку, чтоб у нас и несыскать!

Кто расскажет станем слушать, кто промажет станем кушать.

Hу, а кто натрет нам уши, чтож придется отпускать.

И француз без подготовки, ляпнул словно из винтовки,

Бить поклон, но ваши телки, ве страшнее обезьян!

Привидите мне мулатку, чтоб забило сердце в пятку, чтоб вкуснее шоколадки, ну француз, ну хулиган.

И заржали тут бандюги, посинели от натуги,

Подал знак своей преслуге вождь в банановом плаще.

Людоеды побежали, привели такую лялю!

Кто увидит, тот едва-ли возразил бы вообще!

А французу стало грустно, он скзал, что он не вкусный.

А потом сказал, что гнусно так с гостями поступать!

Hо его не стали слушать, обещали завтра скушать!

И не разделывая туши, стали солью посыпать!

Жаль француза, с ним все ясно, да она была прекрасна.

И поставил Жан напрасно жизнь свою на женский пол!

А теперь попытка Чона, ураженца Аризоны,

Hеужели-ж как безона, тоже подадут на стол.

Чон воскликнул: «Спору нету, уберите девку эту!

И подайте мне ракету, на последний образец!»

Людоеды завопили, в барабан заколотили,

И из джунгле прикатили шатл — крылатый огурец!

Чтож поделаешь? Финита. Карта брошеная бита,

Hалетели как маскиты, стали перцем натирать.

Да попали в положенье, что тут скажешь в утешенье?!

Hо Иван нашел решенье: «Слушай вождь, .дрена мать!

Прикажи своим придуркам, петуха иль скажем курку,

Положить башкой на чурку и кончать и ощипать,

Два часа варить и шпарить, и до корочки обжарить,

Вот тогда начнем гутарить и задачки задавать!»

И петух зажарен жирный, шел по джунгям запах мирный.

И сидел Ванюша смирно, вел беседу у огня,

Как в гостях у тети груни — дикари глотали слюни,

Все, готов? Теперь пусть клюнет, там где копчик у меня!

Говорят, что смех полезен, вождь смеется, он любезен!

Ваня тоже аж до рези в животе поймал ха-ха!

Тут колдун подходит местный и в момент о царь небесный.

Заклинаньем неизвестным, оживляет петуха.

Встал петух такой хрустящий, жаренный, но настоящий, клюнул Ваню в тыл изящно, но чуствительно падлец!

Дикари как дети рады, колдуну петух в награду!

Обдурили все же гады, занчит сказочке конец!

Чтож теперь тянуть резину! Подхватил Иван дубину!

Перебил всех как скотину, Жана с Чоном развязал!

И спросил американец: «Что ж ты сразу этих пьянец,

Hе угробил? Слышишь Ванья! Целый день у нас пропал!»

Что ж друзья скажу, не скрою! Просто русский так устроен,

И пока его не клюнет в…общем жареный петух!

Дремлет в нем великий воин, до поры как грязь спокоен,

Потому что вобщем добрый, в русских людях русский дух!