О «кощеевой игле» для Владимира Путина

02.05.2018

Очень сложно отделаться от мысли, что пиетет перед электрокаром и светочем электроэры #Маск­ом вызван у многих не любовью к прогрессу, а ненавистью к #Путин­у.

Логика тут проста. Как только электромобили займут своё место на дорогах, спрос на #нефть упадёт, она резко подешевеет, и нефтяная игла, на которой плотно сидит #Россия, станет для Владимира Путина кощеевой. Переломи её – и Режим™ падёт.

Так не пора ли уже продавать Роснефть, паковать чемоданы и бежать в Калифорнию, где электромобильный райнастанет вот прямо #завтра?

Легко стать электрооптимистом, видя вот эту картинку роста продаж электрокаров и гибридов.

К реальности, впрочем, возвращает другая #статистика. Порядка 80 млн новых авто продаются в мире ежегодно.

Здесь красная полоска на столбиках представляет продажи всех видов электрокаров?

Но электрооптимистов не проймёшь так просто. По их мнению, главное то, что прирост выражается двузначнымичислами, и первый миллион в год уже пройден по итогам 2017 г. А если продлить линейную экстраполяцию, то уже лет через 10-15 электромобилям можно рассчитывать минимум на половину мирового авторынка.

Тот факт, что ни один экономический процесс не развивается линейно неограниченно долгий срок, мимо сознания таких граждан почему-то проходит. Хотя на бытовом уровне каждый более-менее понимает, насколько сложно лет в 45сохранить тот же темп роста, например, зарплаты, что и в 25.

Вот ещё один показательный график.

Тут в целом понятно, что в #США и #ЕС темпы ежегодного прироста суммарных продаж электрокаров и гибридов практически стабилизировались. Основной вклад в мировой рост сейчас вносят отстающие страны, только ступившие на тропу электромобилизации, а также #Китай. Ему принадлежит уже половина этого рынка.

Но Китай сейчас проходит и через обычную автомобилизацию.

И на этом графике 600 тыс. электрокаров в год также не очень различимы. Притом что замедление темпов впереди неизбежно.

То есть, в любом случае речь идёт о единицах процентов. Сможет ли эта крохотная доля сколько-нибудь заметно повлиять?

И не торопятся ли могильщики России?