О величайшей «зраде» со времён Крыма

30.03.2018

Может ли один человек глубоко огорчить великую 42-миллионную нацию? А если его фамилия – не #Путин?

Вопрос риторический, понятное дело. Довольный собой и жизнью ответ на него чётко представлен на заглавном фото. Бывший канцлер ФРГ, политический тяжеловес Герхард Шредер, постоянно критикуемый, но неизменно влиятельный, внёс решающий вклад в успех казалось бы совершенно безнадежного газотранспортного проекта. Чем изрядно взволновал соседей, рассчитывавших и дальше доить российский Газпром. Некоторой неожиданностью для них стало, что европейская солидарность с жертвой агрессии имеет свои чёткие, диктуемые экономикой, границы.

Зрада?

Итак, Германия дала добро на строительство газопровода в обход Украины – т.н. «Северного потока-2», вокруг которого ломались копья годами. Это сильный удар, боль от которого украинская сторона пытается компенсировать рассуждениями о том, что России ещё надо получить аналогичные разрешения от Дании, Швеции и Финляндии, а там всё не так однозначно.

Однако самые умные уже смекнули, что это всего лишь хорошая мина при плохой игре краплёными картами. И теперь активно просчитывают экономические последствия такого удара в спину от неформального лидера #Евросоюз­а. Иными словами, что теряет #Украина?

Во-первых, #деньги. Речь идет о сумме 2 — 3 млрд долл., которые платит Газпром за транзит газа по украинской территории. Если отталкиваться от итогов 2017 года, то сумма будет ближе к 3 млрд долл., потому что российская газовая монополия прокачала 90 млрд куб. м газа по украинской газотранспортной системе.

Во-вторых, статус. Украина перестаёт быть крупнейшим газовым транзитёром и теряет все плюшки.

В-третьих, снова деньги. Потому что возникает проблема с газоснабжением украинских внутренних потребителей. В случае сокращения транзита (Газпром называет 15 млрд м3, украинская сторона приводит цифры вдвое выше) газотранспортная система в существующем виде уже будет не нужна, она будет генерировать убытки. И кто будет их покрывать, совершенно неизвестно.

При этом в качестве слабого утешения выступает тот факт, что и для Газпрома условия поставок в ЕС будут хуже, чем прежде. Европа сумела-таки прижать российского газового гиганта, в том числе и с украинской помощью. Политика перемешалась с экономикой, и загнанной в угол России пришлось пойти на компромисс.

Но осознание того факта, что хоть как-то удалось насолить соседу, не отменяет чисто украинских потерь. И не заглушает, наверное, того чувства, что большие дяди грубо использовали Украину в своих целях. В общем, два бедняка подрались в кровь на потеху богатой публике, получившей ещё и материальные дивиденды с этой драки.

А самим её участникам – разве не обидно?