На Земле идет невидимая борьба США и Китая за мировое господство

14.01.2018

Гонка вооружения мировых держав, угроза Третьей Мировой войны – это отголоски невидимой борьбы Китая и США за мировое господство. Сможет ли доллар остаться уникальной валютой или его место займет нефтеюань?

Китай является мировым лидером по потреблению нефти и в ближайшем будущем готов выпустить обеспеченные золотом нефтяные фьючерсы, номинируемые в юанях. Это в может привести к созданию нефтяного бенчмарка – финансового эталона, который позволит экспортерам перейти к оплате в национальной валюте Поднебесной.

В ноябре 2017 г. Шанхайская фьючерская биржа и её подразделение Shanghai International Energy Exchange (INE) закончили испытания по фьючерсам на сырую нефть. Также биржи подготавливают почву по фьючерсным контрактам на сырую нефть, в надежде запустить проект в начале 2018 г. Все это создаст систему, независимую от США.

Кто от этого выиграет? В первую очередь, те государства, которых душат экономическими и политическими санкциями: Россия, Иран и Венесуэла. И самое главное – эти страны имеют крупнейшие месторождения газа и нефти, причем в ближайшем будущем газ станет энергией будущего.

Рис. 1. Мировые запасы газа (Служба энергетической информации, 2015 г.).

Рис. 2. Мировые запасы нефти (Викисклад, 2014 г.).

Иран и Венесуэла больше всех пострадали от западных эмбарго. Поэтому они немедленно воспользуются возможностями нефтеюаня для развития собственного производства. К тому же Иран и Россия, а также Ангола и Нигерия уже продают Китаю свои энергетические ресурсы за юани. Однако, неконвертируемость китайской валюты приводит к тому, что данная система развивается «неофициально» и таит в себе множество сюрпризов для стран-производителей. Но все изменится с появлением новых фьючерсов.

На сцену выходит Катар.

За последние два года Катар совершил транзакций в юанях на сумму более чем 86 миллиардов долларов. Этим летом он, кроме того, стал другом Ирана, страны, которая делит с ним крупнейшее газовое месторождение в мире; это позволяет Катару возобновить бурение после 12-летнего моратория, тем самым приступая к разработке гигантского газового месторождения, которое делает его третьей газовой державой мира. Если говорить коротко, сунниты и про-западный Катар, подружившийся с Ираном и Китаем, сейчас грозит привлечь туда и Саудовскую Аравию, – альянс, который очевидно подпишет конец нефтедоллару; отсюда лихорадочное возбуждение, охватившее регион к концу весны этого года. Но политика запретов и бойкота толкнуло страны в объятия «другого мира», который стал непреодолимой притягивающей силой.

Чего ожидать от Саудовской Аравии?

Обстоятельства изменились стремительно: газ низложил нефть, Саудовская Аравия начинает инвестировать в газодобывающую инфраструктуру, Соединённые Штаты сейчас – главный конкурент своего стратегического союзника, саудитов, с точки зрения добычи 'газа (причём США сократили импорт с 14 миллионов баррелей в день в 2007 году до 8 миллионов баррелей в день в 2017 году), а русские сократили свой импорт саудовской нефти. Всё это означает, что Саудовская Аравия, уже и так жертва ценового кризиса за последние годы, абсолютно не желает рисковать и терять Китай в качестве своего покупателя, поскольку это в конечном итоге приведёт к огромным запасам продукции, что автоматически обрушит цены на нефть. Кроме того, «другой мир» обеспечивает гарантии устойчивости и стабильности цен (с помощью новой системы как для стран-участниц ОПЕК, так и для стран, не входящих в эту организацию), – гарантии, которых Запад больше не предоставляет (поскольку Соединённые Штаты тут не участвуют).

При таких обстоятельствах неудивительно, что саудовский король Салман недавно лишил права наследования принцы бен Найефа в пользу принца бен Салмана, причём последний известен своими российско-китайскими симпатиями.

Естественно, принимая оплату в юанях, Саудовская Аравия рискует потерять военную защиту со стороны США. Китаю известна эта нелёгкая дилемма, в которую попала страна, и у него в рукаве припасено кое-что на этот случай: наделение Саудовской Аравии полномочиями выпускать казначейские обязательства в юанях, создание саудовского инвестиционного фонда и приобретение 5% доли в саудовской Aramco (государственной нефтяной компании Саудовской Аравии), которые скоро будут размещены на международных рынках.

Сменит ли она позицию? Или нет? Это напрямую касается Ирана, а тем самым и саудовского военного аппарата, который может заблокировать такое развитие путём открытого конфликта между Саудовской Аравией и Ираном. Но опять же, выбор бен Салмана наследником может сыграть в пользу операции по смене позиции. Бен Салман действительно главное действующее лицо в военной кампании в Йемене и в этом качестве близок к военному аппарату своей страны, который, вероятно, на 100% в нём уверен.

Наконец, нелегко будет завоевать поддержку международного общественного мнения в случае прямого конфликта между Саудовской Аравией и Ираном. Ясным предвестником является его реакция на бойкот Катара. Наша команда на самом деле не видит, как Арабский полуостров может устоять перед этими манящими призывами.

Насколько сильна армия США?

Несоразмерно огромный сектор, поддерживаемый системой задолженности, существование которого обусловлено центральной ролью доллара, это, конечно, американская армия и все её воплощения по всему миру, начиная с НАТО, но сюда входят и оборонные системы Японии, Южной Кореи, Саудовской Аравии и т.д.

Военно-промышленная машина — это и хороший бизнес, приносящий огромные суммы денег Соединённым Штатам. Однако этот бизнес, как и любой другой, жестоко страдает от конкуренции новых держав (России, Китая, Индии и др.). Если страна больше не имеет средств, чтобы инвестировать в абсолютное глобальное технологическое превосходство, мгновенно появляются конкуренты, стремясь урвать свою долю рынка. Сейчас гонка за технологическое превосходство на этом поле идёт полным ходом, и конкуренты выходят на финишную прямую.

С исчезновением обязательств обращаться к доллару при международных транзакциях, восприятие ценности американской валюты радикально изменится, и основное внимание будут обращать на реальность надёжности экономики США, её производительности, её экспортные возможности… а так много индикаторов в настоящее время светятся красным…

Конечно, доллар быстро не исчезнет. Но вопрос в тенденции, и несколько крупных стран собираются перейти на нефтеюани: Россия, Иран, Венесуэла для начала, не говоря уже о Китае. Практически, доллар потеряет ценность и запустит процесс бегства из долларовой системы, которая, как всем известно, базируется на ненадёжном фундаменте. Вероятно, масштабный возврат долларов в Соединённые Штаты вызовет инфляцию. А мы вступаем в опасную область дебатов о преимуществах и/или опасностях инфляции по американскому долгу, – споров, в которые настоящая статья не намерена углубляться. Однако мы знаем, что они существуют и, следовательно, некоторые части правящей системы США (начиная с действующего президента), возможно, за более слабый доллар.

В статье используются материалы из ПолиСМИ