Как «Комсомолка» и Мизулина Хворостовского хоронили

Когда в семь утра телефон разбудил известием о смерти оперного певца Дмитрия Хворостовского со ссылкой на сайт информационного агентства «Россия сегодня», сразу появилось ощущение, что что-то тут не так. В качестве источника заметка в свою очередь ссылалась на твиттер сенатора Мизулиной — сомнительно же в эпоху пранкера Вована, псевдоновостного сайта The Onion и его многочисленных клонов. «Но не могло же государственное информационное агентство не проверить подобную информацию?» — подумал я. Оказывается, могло.

Дальше — лучше. Я-то грешил на твит Елены Мизулиной: думал, что либо сам аккаунт фальшивый (подобным образом не раз вбрасывались фейк-новости), либо аккаунт подлинный, но его взломали. Оказалось ещё веселее: Мизулина настоящая, а твит опубликовала, увидев соответствующую новость на сайте газеты «Комсомольская правда». Как ни относись к изданию, где работает Ульяна Скойбеда, это всё-таки удивительно. Или не удивительно, а прискорбно.

Подобные истории происходят регулярно. Вспоминается сразу, как в 2011 году сотрудница тогда ещё РИА Новости «воскресила» патриарха Алексия II и Раису Горбачёву в репортаже об открытии после реконструкции Большого театра. Но воскрешение — это даже красиво: похоже на акт современного искусства, арт-партизанскую диверсию. Другое дело, когда кого-нибудь преждевременно хоронят.

Не так давно, в мае этого года, по всему миру СМИ распространяли новость о смерти лауреата Нобелевской премии по литературе Светланы Алексиевич. Ссылались все на твит министра культуры Франции Франсуаз Ниссен. Позже выяснилось, что твиттер-аккаунт министра был фальшивым. Его создал итальянский журналист Томмазо де Бенедетти, который регулярно вбрасывает фейк-новости, чтобы обратить внимание публики на то, что современные медиа-платформы распространяют новости, не обращая внимания на достоверность источников. Ну или так он решил оправдываться после того, как его поймали на долгой истории публикации фейковых интервью с мировыми знаменитостями в региональной итальянской прессе.

До Алексиевич ему удалось «похоронить» вполне живых на тот момент итальянского кардинала Тарчизио Бертоне, писателей Кормака Маккарти и Джоан Роулинг, режиссёра Педро Альмодовара, и даже глав государств: Фиделя Кастро и Башара Асада. Последнего — от лица министра внутренних дел России Владимира Колокольцева. Что ж, каждый подобный случай действительно наглядно демонстрирует проблему. Что-нибудь меняется? Нет, между «похоронами» Алексиевич и Хворостовского не прошло и года. Прокололись крупная газета и государственное информагентство.

И будут прокалываться дальше в безумной и бездумной гонке за горячим. Что же делать? Быть внимательнее. Когда в вашей ленте расшаривают «новость» о том, что Клинтон и Обама едят детей, инопланетяне высадились в Бобруйске, а Путин оказался настоящим крабом, критически оцените и сам новостной ресурс, и источник информации. Даже если это «настоящее» СМИ и даже если сообщаемое очень похоже на то, во что вы готовы поверить.

Фотография: Александр Вепрёв / Wikimedia Commons / CC BY-SA 3.0

То, что мы живем в предельно разделённой стране, где «общества» как такового не существует, давно уже стало настолько общим местом, что нет смысла лишний раз это повторять. Гораздо важнее понять, где именно проходят линии разлома, и попытаться предугадать, что дальше случится с образовавшимися осколками.

По глубокому убеждению автора этих строк, вопросы лояльности по отношению к существующей власти, а также «правые» и «левые» системы политических взглядов будут играть вторичную и даже во многом производную роль, в отличие от той этической системы, которой уже сегодня придерживаются условные «мы» и «они». Давайте посмотрим, как это работает, на примере простого кейса: жёсткого задержания правозащитницы Марины Букиной во время последнего «навальнинга» в Петербурге. Сверим, так сказать часы.

Итак, женщину, которая находится на территории, где проходит «несанкционированный» митинг, но формально даже не принимает в нем участия, а просто стоит с какими-то бумажками, шестеро сотрудников Росгвардии хватают и волокут в машину. Если в тот момент, когда вы читали об этом, у вас не вызвал возмущение сам факт задержания человека, который не жёг машины, не бил стекла и даже не выкрикивал лозунгов, — вам по одну сторону линии. Тем, кто против, — по другую. В ту же машину омоновцы затаскивают журналиста, тем самым грубо попирая закон о СМИ и ваши права на получение информации. Вам эта ситуация кажется нормальной, а действия сотрудников — законными? Ваше место — за чертой.

Едем дальше и опустим скользкий вопрос о том, когда именно Марине Букиной пробили голову. По ее словам — уже в автозаке, если судить по видео — то в момент задержания или ещё раньше. Это не важно, а важно, что среди задержанных оказалась кричащая от страха и боли женщина, у которой из головы идёт кровь. Видя это, сотрудники Росгвардии все равно пропускают её через тот же «конвейер», что и остальных задержанных: медленное (может пройти от часа до трёх) доставление в ОВД с получасовой «передержкой», во время которой наконец-то обращают внимание на её пробитую голову и вызывают «Скорую». Вы видите в действиях этих сотрудников бессмысленную звероватую жестокость или вам «всё нормально»? Вот эти вещи и определяют то, с какой мы стороны.

Наконец, проверим собственное отношение к самому факту того, что на протестный митинг надо получать некую «санкцию» у тех самых властей, против которых он и направлен. Внутренне наш филистер прекрасно понимает, что этот закон принят и против него тоже, но, не желая идти на конфликт со всемогущим государством, оправдывает его формулой собственного удобства: дескать из-за ваших сборищ протестунов неким «нормальным людям» не пройти не проехать. Мой ребёнок в театр опоздал, мы с женой в ресторан не попали — значит, правильно «ваших» бьют. Отставим в сторону вопрос о поиске виноватых явно не под тем фонарным столбом, поговорим лучше об одной из гнуснейших черт нашего характера — о жлобстве. Вернее, о принципиальном нежелании поступиться «своим» ради «чужого» и, наоборот, о желании всё время что-нибудь себе отжать, желательно при помощи той самой власти, которой мы при этом боимся до колик.

В Европе, где логистика городов часто и грубо нарушается не только митингами, но и забастовками на общественном транспорте, граждане, конечно, ворчат по поводу неудобств, но протестующих не осуждают. Просто потому, что право других людей на отстаивание своих прав (да хотя бы и прибавки к зарплате) куда важнее, чем связанные с этим собственные трудности с попаданием из пункта А в пункт Б. Все прекрасно понимают, что сегодня на площадь надо выйти тебе, а завтра — мне, и если хоть раз поддержать власти и полицию, то послезавтра не сможет выйти уже никто. Именно понимание этого принципа и превращает кучу людей, запертых внутри государственных границ, в «гражданское общество».

Где-то здесь и проходит черта, по одну сторону которой, быть может, миллионов пятнадцать-двадцать, а по другую — остальные 86%. «Это про овощи сказка, сынок».

Фотография: Vladimir Varfolomeev / Flickr / CC BY-NC 2.0

Источник: https://storia.me/ru/@symeonofpolotsk/polemika-1be4jz/kak-komsomolka-i-mizulina-3y2nbt