«Вам что-нибудь подсказать?»: куда миллениалы бегут из торговых центров

Фраза «Вам что-нибудь подсказать?», как и «У нас сейчас проходит акция», ассоциируется с постсоветским сервисом и продавцами-консультантами, от одного вида которых сводит скулы. В 2017 году поход в большой торговый центр скорее повинность, а не развлечение. Зачем ехать на окраину города, долго искать парковку, а потом нудно бродить между одинаковых витрин, когда любую вещь сегодня можно найти и купить в интернете?

От мегамоллов к миллениалам

Миллениалы и следующее за ним поколение Z хотят покупать только те вещи, которые сигнализируют окружающим о их непохожести на остальных, а не безликий продукт в готовой упаковке. Двадцатилетние бы вообще уничтожили торговые центры как вид, уж больно противно выглядят эти бетонные коробки без окон с искусственным освещением.

Ещё недавно всё было совсем иначе. В 2002 году открываются «Мега Тёплый Стан» и «Атриум», за ними следует череда одинаковых огромных магазинов, начинается бум строительства торгово-развлекательных центров в регионах. «Бойцовский клуб» уже вышел, но до отрицания пассивного потребительства ещё далеко. В обиход входит слово «шопинг», а мегамоллы становятся музеями потребления, куда приходят развлечься и отдохнуть. Детей туда водили, как на новогоднюю ёлку, а провести все выходные между витрин, фудкортов и развлечений типа боулинга считалось в порядке вещей. Для подростков ТРЦ были комфортным аналогом двора: можно поглазеть на людей и витрины (потому что денег всё равно нет) и выпить спрятанный алкоголь, сидя на скамейке под искусственной пальмой.

Всё было в новинку — от только пришедшего в Россию масс-маркета до промоутеров с листовками. Что же такого произошло за эти десять лет, что теперь в предложении съездить в «Мегу» на выходных слышится издёвка, а громадные пространства из стекла и бетона с рядами одинаково безликой одежды больше не вызывают никаких эмоций, кроме раздражения и усталости?

Очевидных ответа два: бум интернет-торговли и мода на крафтовые товары и эстетику DIY. С первым всё более или менее понятно. Когда в конце нулевых с приходом соцсетей люди узнали, что выглядеть, оказывается, можно по-разному, а любую увиденную в интернете вещь — купить, не вставая с дивана, мегамоллы начали сдавать свои позиции. Со вторым трендом всё куда интереснее.

Просьюмеры и мир декора

В 1980 году в работе «Третья волна» Элвин Тоффлер вводит термин «просьюмер» (от слов producer — производитель и consumer — потребитель) для описания смешанной формы производства и потребления. Просьюмеры работают по принципу DIY (do it yourself), то есть производят продукты или услуги в первую очередь для себя или для продажи близким людям. Горизонтальные связи для просьюмера важнее вертикальных, а сделанный своими руками штучный товар, пусть и далёкий от идеального, — круче заводской штамповки. Тоффлер называет просьюмеров профессиональными потребителями. Это человек, который скорее приготовит и поест дома, чем пойдёт в ресторан, скроит и сошьёт себе рубашку сам, посмотрев видео на YouTube, чем купит её в Zara. При этом такой человек обычно имеет постоянную работу, никак не связанную с лепкой тарелок. Важно лишь, что увлечения и работа для него одинаково важны.

Интернет стал просто удобным видом коммуникации между просьюмерами, до этого общавшимися друг с другом только в рамках локального сообщества. В действительности DIY — это не столько товары и инфраструктура распространения «для своих», сколько специфичные отношения между людьми. Их объединяет симпатия к малому и неказистому, которое они противопоставляют глобальному ширпотребу. Просьюмеру отвратительно само слово «потребитель».

За последние семь лет весь этот локальный крафтовый пафос уже успел порядком надоесть, а сторонники «натурального, органического хэндмейда» вызывают разве что иронию. Но у этой медали есть и другая, любопытная сторона.

Запрос на вещи, буквально кричащие об уникальности своего хозяина, быстро разглядели и корпорации. Они заменили неотёсанность крафта и любительский запал его создателей заводским качеством, оставив только образ и упаковку. Сегодня в редком магазине не встретишь предметов ручной работы, для пущей аутентичности обвязанных бечёвкой.

Крафт как синоним разнообразия

Однако, даже помещённые во враждебный контекст, эти товары, как и сама идея просьюмеров, не теряют своего очарования. К крафтовой революции может быть много претензий. Её уже клеймили за отсутствие профессионализма, излишний снобизм, эзотеричность. Но всех привлекает разнообразие, которое она принесла в нашу жизнь. Достаточно взглянуть, как за последние десять лет изменилась улица любого европейского города. Начиная от маленьких магазинов чего угодно до людей, чей внешний вид десять лет назад показался бы по меньшей мере странным. Теперь подростки, у которых по-прежнему нет денег, гуляют не под стеклянными сводами мегамоллов, а демонстрируют на улицах эклектичные образы из независимых марок одежды, модных кроссовок и свитеров из девяностых.

Выбрать после такого разнообразия торговый центр можно только для того, чтобы купить несколько базовых вещей гардероба на распродаже. Лучше — с семидесятипроцентной скидкой. Сегодня из-за подобного поведения покупателей в США разоряются крупные магазины и бренды масс-маркета. Над миром крафтового декора можно иронизировать до бесконечности (например, как McDonald’s в недавнем ролике про хипстерские кофейни), но пока он не собирается сдавать своих позиций. Наполнять свой дом и гардероб необычными вещами и попутно выкладывать всё это в инстаграм, строя из себя тонкого ценителя, чертовски приятно, знаете ли.

Книга Дэвида Брукса «Бобо в раю: откуда берётся новая элита», ставшая своего рода апологией хипстерства, заканчивается забавным пассажем: к главной героине, недавно купившей дом в американской глуши, приходит ангел смерти. Он придирчиво оценивает каждый предмет интерьера (естественно, аутентичный и купленный не на распродаже в Walmart), хвалит хозяйку за вкус и ответственное отношение к природе. После ревизии ангел смерти спокойно сообщает женщине, что она только что умерла и теперь может остаться среди всех этих милых вещиц навечно. 

«Смартфон-зомби» — термин для тех, кто не вылезает из телефона. В соцсетях репостят призывы: «Общайтесь, а не глядите в телефон», горестно спрашивают «Как же раньше гуляли без телефонов и компьютеров?» Смартфоны и интернет обвиняют в том, что люди стали разобщены, равнодушны к чужой беде (предпочтут снять видео, а не помочь), перестали наслаждаться жизнью.

Ну, здравствуйте, меня зовут Лилит, я смартфон-зомби, и мне есть что сказать о причинах, по которым люди утыкаются в смартфон.

Общение с друзьями

На встрече с друзьями я гляжу в смартфон именно потому, что это даёт мне общаться с друзьями. Ничего парадоксального: я работаю удалённо, с плавающим графиком и не на одной работе. Если раньше в ситуации «в течение дня напишут, какие исправления внести срочно» мне приходилось торчать дома и поминутно бегать к компьютеру, то теперь я могу пойти в кафе с подругой, у которой как раз обеденный перерыв, и, посматривая в рабочий чат, болтать с ней. И даже вносить при этом правку, участвовать в летучках, дописывать текст… Возможность «уткнуться в телефон» даёт мне гулять по парку с компанией, вместо того чтобы выбирать между добрыми знакомыми, приехавшими первый и, может быть, единственный раз в жизни в Москву, и необходимостью зарабатывать на оплату счетов.

Кстати, именно интернет дал мне возможность познакомиться и заочно плотно общаться с большим количеством прекрасных людей, в том числе с женщинами, ставшими моими лучшими подругами. И со вторым мужем мы когда-то познакомились в соцсетях.

А ещё человек, который во время прогулки с друзьями смотрит в телефон, может прямо сейчас объяснять отставшему приятелю, как их найти. Делала так неоднократно.

Работа и общение с детьми

Знаете, как часто мамы с двумя работами или одной работой и полной нагрузкой по дому общаются с детьми? Почти совсем не общаются, только распоряжения отдают или спрашивают про оценки и обед. Не потому, что сволочи, а потому что к концу дня уже нет сил, а на выходных — или генеральная уборка, или халтура подвернулась.

Общение с ребёнком в соцсети гораздо лучше такого «живого разговора». Вы можете обсудить какую-то новость, фильм, песню, поделиться смешным случаем, ну и, если вернуться к бытовухе, напомнить о домашних делах.

Интереснее всего нам с дочерьми разговаривать, когда мы куда-то идём вместе, но общение в сети позволяет поддерживать связь в самом широком смысле слова.

Всегда можно позвать на помощь или помочь другим

У меня сильно упало давление, я сама чуть не свалилась с ног в чужом районе Москвы. Вспомнила, кто живёт рядом, попросила помощи, за мной приехали на машине. Пока ехали, мы поддерживали связь с приятельницей и её мужем: мне давали инструкции, как дойти до места, где меня подхватят.

Что-то случилось у моей дочери? Ей надо помочь написать сочинение или дать длинную инструкцию, как справиться с какой-то бытовой бедой? Да, у меня в руке немедленно оказывается смартфон, и я принимаюсь строчить СМС или сообщения в соцсетях.

Две мои шапочные знакомые зашли в офис, а назад их не выпустили, незаконно удерживая. Одна написала сообщение на своей странице, указала адрес. Несколько десятков её френдов позвонили в полицию, так что женщин быстро освободили.

Многие «смартфон-зомби» любят читать

Да, люди, заворожённо глядящие в экраны мобильных за обедом в кафе или сидя в метро — тот же самый тип, который двадцать, тридцать, сорок лет назад подвергался насмешкам за то, что везде ходит с книжкой. Это им объясняли, что столько читать вредно. Я тоже была одной из них — без книги не выходила из дома. В большинстве случаев это означало, что моя сумка становилась заметно тяжелее. Сейчас я могу читать только в поездах дальнего следования, когда интернета нет и не поработаешь, и с завистью заглядываю соседям по вагону метро в экраны, где эльфы снова дерутся с гномами, а космические корабли по-прежнему бороздят просторы вселенной и натыкаются на инопланетян. Интересно, не те же люди в интернете, что высмеивают смартфон-зомби, плачутся о том, что больше никто не читает?

Смартфоны помогают недотёпам, которые без них и шагу бы на улицу не ступили

Есть люди, которые путаются на местности, и никакие объяснения «налево-направо» им не помогают. Это они идут по тротуарам, напряжённо вглядываясь в телефон — на карту, по которой движется с ними вместе по пунктирной линии точка, новый путеводный клубок, показывая дорогу.

Есть те, кто отчаянно плохо видит даже с очками и стеснялся всё время спрашивать, тут ли уже улица Пушкина (потому что неприятно услышать в ответ резкое «да вон же на номере дома всё написано») и сколько стоит шампунь. Они используют смартфон, снимая с увеличением разные надписи, и залезают в меню, вывешенное в интернете, чтобы ещё до кассы сориентироваться в фастфуд-ресторане, что тут есть и сколько это стоит.

Люди с высокой тревожностью раньше спасались в компаниях, рисуя странные сложные орнаменты или ныряя в кроссворды. И правильно делали — необходимость решать логические задачи, неважно, ставишь их себе лично или берёшь где-то условия, помогает тревожность снизить. Теперь те же люди играют в логические игрушки, и это помогает им не сбегать в слезах через пять минут начала общей беседы. И даже начать её поддерживать! Ведь мозг, как известно, может эффективно контролировать два процесса одновременно.

Оповещения о безопасности

Прежде чем фыркать на человека, безостановочно обновляющего Фейсбук на смартфоне, вспомните, как вы делали то же самое во время теракта в Санкт-Петербурге — если, конечно, вам было, чьи имена искать в списке тех, кто оставил отметку «я в безопасности».

Прямо сейчас точно так же многие следят за оповещениями в те моменты, когда ураганы в США накрывают города.

Наслаждаться жизнью

Мы упускаем жизнь, пока читаем новости в соцсетях, — довольно распространённое мнение. Но давайте вспомним, сколько людей пошло смотреть солнечное затмение и звездопад потому, что увидели информацию о них именно на страничках друзей.

И сколько людей пропустили его, но следили в прямом эфире — их друзья запускали видеотрансляцию или делали фотографии. Не совсем то же, что выйти поглядеть на улицу, но очень приятно, когда с тобой делятся такими моментами.

А как насчёт призывов: «Так вышло, что я оказалась в Москве на Маяковской и буду здесь ещё шесть часов! Айда гулять со мной, погода прекрасная!» — и комментариев: «Ого, уже иду к тебе!» или «Буду часа через три, дождись меня, тоже хочу с тобой гулять!»

Какую жизнь заставляют нас упускать смартфоны? Сплав на байдарках? Те, кто на них не катается, и без телефонов не катались. Свидания? Теперь они продолжаются, даже когда любимый человек оказался должен уехать на всё лето в другую страну, спасибо видеочатам. Или, подождите, книжка на смартфоне заставляет нас упускать всю прелесть очереди на почте за посылкой? Я так не думаю. А вы?

Источник: https://storia.me/ru/@katyakolpinets/polemika-1be4jz/vam-chto-nibud-podskazat-kuda-millenialy-begut-iz-torgovykh-tsentrov-zsznh