АНТОН & MARY. Зелёные преисподнии. Пилот

Путешествующий военный врач Антон встречает в Амазонии таинственную незнакомку.

Владивосток, Россия

17:47 по местному времени.

Канадец, коротко рыгнув, с грохотом уронил пустую пивную кружку на стол и наставил свой палец на Антона, снисходительно улыбающегося в ответ.

- Знаешь, что общего зимой между шашлыком и тем, кто его жарит?

Не дожидаясь ответа, Эндрю на секунду отвлекся, подманивая двумя пальцами официантку. Последние три порции «Molson» он уничтожил в рекордные даже для себя двенадцать минут – Антон засекал. Тем не менее, на здоровенного бородача забористый напиток явно не действовал. Лишь в глазах появилась нарочитая сосредоточенность, которую посторонний мог спутать с угрозой в свой адрес. Густые брови делали коллегу Антона настоящим скандинавским викингом, а футболка с надписью «Боб – твой дядька, но не смей звать меня братом!»* вызывала одновременно непонимание и настороженность у посторонних.

* Популярная в Канаде фраза: "Bob's your uncle" означает "Всё в порядке". Выражение появилось в 1887 году, когда премьер-министр Роберт Сесил назначил племянника Артура Балфора на престижную и непыльную работу главным секретарем Ирландии.

Эндрю часто носил ее и однажды Антон, не выдержав, спросил, почему его дядька обязательно должен зваться Бобом, если он вообще то Кирилл Степанович. Здоровяк что-то невнятно поведал о канадских поговорках, мол так все его земляки говорят, «но ты мне, друг - как брат. И твой Кирилл Степанович тоже». Антон познакомился с Эндрю пару лет назад, но до сих пор не перестает удивляться, как много общего между их народами и как много различий.

- Почему ты постоянно задаешь такие вопросы, будто я уже получил ваше гражданство?

Эндрю наигранно грозно зыркнул в сторону русского и тот, поднял обе руки в знак примирения.

- Ок, ладно. Может… просто тот, кто жарит шашлык, на 80 процентов имеет то же ДНК, что и мясо на гриле?

Канадец округлил глаза и даже забыл поблагодарить девушку, которая принесла ему очередную порцию хмеля.

- Ты из какого племени, каннибал?

- Что? Да я просто к тому, что если он жарит свинину, то это действительно так. Ты в курсе, что человек и свинья имеют практически идентичные ДНК-структуры… - затараторил Антон, начав вдаваться в тонкости генетики людских детенышей и сельских свиноматок, при этом еле сдерживая смех.

Эндрю, уже успевший сделать нехилый глоток во время оправдательной речи Антона, воткнул вилку во все еще дымящийся кусок мяса на своей тарелке и показательно поставил руку с ним перед напарником.

- И то, и другое – источает пар, и приправлено алкоголем!

Антон заткнулся на полуслове и уставился в сторону с физиономией в духе «да с кем я вообще разговариваю?». И вовремя – дверь паба открылась и в душноватое помещение вошла рыжая девушка в белой парке с фирменным логотипом Medecins Sans Frontieres – «Врачей без Границ». Вид у нее был усталый, но даже в этом состоянии Алиса всегда источала такой неиссякаемый дух уверенности, будто в любой момент готова совершить очередной подвиг.

Собственно, так оно и было. Антон встречался с ней с прошлой осени и готов был поклясться, что если перед кем-то и встанет на колено с кольцом в руке, то это будет она. Их первая встреча состоялась во время сложной операции: один из работников порта случайно попал под сорвавшийся с троса контейнер: каркас грузового транспорта лишь отчасти спас его - избежать перелома множества костей, сотрясения мозга и кровоизлияния из-за воткнувшегося в ключицу обломка мужчине не удалось.

Антон приехал из аэропорта как раз за пять минут до прибытия кареты скорой помощи, и вместо заполнения бумажек в кабинете начальника немедленно переоделся и отправился в хирургическую палату. Дежурившая в это время Алиса сначала попыталась его прогнать, уверив, что справится сама, но Антон вовремя заметил, что у пациента сгущается тромб в области лодыжки, в то время как медицинская группа сосредоточила свое внимание на кровоизлияниях в области грудной клетки.

Парень мог бы лишиться ноги, но благодаря внимательности новоприбывшего отделался лишь полугодовым периодом восстановления. Заканчивая последние процедуры и внимательно наблюдая за показателями организма на мониторах, Алиса, словно в знак благодарности за помощь, устроила своему новому коллеге целый допрос о его прошлых заслугах, а после – пригласила в местный паб. Тот самый, где они теперь собираются расстаться.

Заметив сослуживцев - Эндрю тоже работает на MSF, шофёром - девушка, все с той же целенаправленностью во взгляде (в пустоту, правда) зашагала к столику. Канадец смущенно кашлянул и как-то неловко подбоченился, словно сейчас будет торжественное выступление премьер-министра страны Джастина Трюдо. Он исподлобья посмотрел на Антона, задаваясь немым вопросом: «Мне стоит уйти?» - недопитую кружку бросать не хотелось. Антон не успел ничего ответить.

- Привет, Эндрю, - первая же фраза ясно дала понять, что бородач здесь лишний и лучше ретироваться, пока «поцелованная огнем» не начала гневно потрескивать искорками. Хотя характер Алисы был очень миролюбив, в серьезные моменты она могла не только повысить голос, но и как следует «проехаться» по любому, кто вызывал ее недовольство. Однажды оперируя мальчика с аппендицитом, она так обматерила медсестру, два раза подавшую неправильные инструменты, что после операции та разрыдалась у крыльца больницы. Вышедшая к ней Алиса, не говоря ни слова, подошла и успокаивающе обняла, сказав «Все хорошо».

- Все так плохо?

Эндрю ляпнул, не подумав, рассчитывая, что может быть ему позволят остаться и попробовать помочь молодой паре наладить отношения… ну и допить пиво. Теперь он явно сожалел, что так в открытую резко высказался о ситуации, но Алиса лишь вздохнула и пожала плечами, боясь посмотреть на Антона и упорно всматриваясь либо в пол, либо в кружку Эндрю.

- Нет, просто… обычно такие разговоры ведутся наедине. Спасибо что пытаешься помочь, но нам надо разобраться с этим самим.

После таких слов канадцу ничего не оставалось сделать, кроме как ретироваться на поиски других дел. На прощание он трогательно положил ладонь на плечо Алисе, а Антону кивнул, взмахнув кулаком, мол «держитесь тут без меня». Оставив друзей наедине, он отдал бармену деньги и, громогласно запев гимн Канады, направился к выходу. Лишь когда за ним закрылась дверь, рыжеволосая красавица подняла глаза на Антона и, помедлив несколько секунд, сказала то, что он надеялся не услышать.

- Мне кажется, мы сбились с пути.

Амазония, 56 км северо-восточнее Перу

Определённо, он сбился с пути. Идя вдоль одного из множества рукавов Амазонки, Антон думал, что направлялся на север. Поход длился уже шестой день, и, несмотря на большой опыт «диких» путешествий – за последние несколько лет Антон уже побывал среди жарких дюн Сахары и Гоби, изучал глубочайшие пещеры Абхазии, покорил несколько довольно высоких пиков Земли, - всё же джунгли были совершенно другим миром, не поддающимся логике и разуму.

Вот уже несколько часов он никак не мог определиться со сторонами света. Кроны высоких деревьев сплели в десятке метров над головой бесконечную непроглядную сеть из листьев и лиан, свисающих подобно безмолвным змеям. Однако залезть наверх, чтобы проверить местоположение солнца, не представлялось возможным – стволы были мокрыми из-за 90-процентной влаги. А нужного снаряжения не было – всё, что лежало у Антона в рюкзаке за спиной, можно было пересчитать по пальцам. Обычно он обходился минимумом вещей – в его потрепанном «Дойтере» валялись кремень с огнивом, спальный мешок, кинжал, наполовину опорожнённая фляга и 10-метровый кусок веревки для обустройства ночлега.

Он устало присел на потрескавшееся бревно, устремив свой взор к тому месту, где тихий журчащий проток сворачивал направо. Слева путника плотной зелёной стеной окружила непроглядная листва. Антону волей-неволей пришлось признаться самому себе – подобное ограничение обзора приносило большой дискомфорт, а в совокупности с известными опасностями джунглей – ядовитыми пауками, летучими вампирами и дикими ягуарами, - и вовсе вызывало неподдельную панику, с каждым часом возрастающую всё сильнее.

Ему приходилось заставлять себя сконцентрироваться на бытовых проблемах, вроде поиска еды и пищи, чтобы отвлечься от неприятных чувств. Но чаще всего мысли возвращались в тот самый бар, где Алиса призналась, что не видит будущего для них обоих. Что она улетает в Кению и уже собрала все вещи в путь. Что ее вина тоже здесь есть, и они просто не созданы друг для друга. Бред. Антон уже перебрал с десяток вариантов того, как мог бы повернуться разговор, если бы он сделал то, что нужно. Но проблема была в том, что он не знал, что именно ему стоило сделать. Это была его первая серьезная любовь, а он отпустил ее, по глупости решив, что уже ничего не изменит. Как и всегда, верный ответ приходит совсем не тогда, когда это нужно.

- Где же Я? И где сейчас Ты? – промолвил он невпопад, обращаясь скорее к этому ручейку, текущему неведомо куда. Глядя вдаль (хотя какие тут могут быть дали, при видимости в несколько метров) Антон заметил, что на него, усевшись на толстой ветке, смотрит яркая пташка с рыжеватыми перьями и глазками-бусинками. Она наклонила свою головку, явно спрашивая - что этот чудак забыл здесь. Издав тихий звук, похожий на окарину, пернатая незнакомка подпрыгнула пару раз, вспорхнула и полетела вдоль воды, продолжая запевать свой призыв.

Тем не менее, незадачливый странник не сразу послушался ее, решив сперва подумать, как следует. Хотя солнечного диска и не было видно, по общему сумраку и теням, царившим здесь, было ясно, что полдень уже миновал. Взявшись за ворот грязной рубашки, успевшей за неделю превратиться из синей в бурую, он проветрил свое потное тело. При столь высокой концентрации влажности 30-градусная температура делала окружающий воздух невыносимо душным. Дыхание было тяжёлым и частым, голова соображала с трудом. Топтаться на месте не хотелось – нужно было выбрать направление и поскорее.

Антон пристально всматривался в блики, играющие в ветвях, в которых исчезла амазонская «жар-птица», а затем посмотрел вверх и увидел небольшой проблеск, позволивший, наконец, примерно определить местонахождение светила. Оказалось, он немного отклонился от курса, уйдя на восток и оказавшись при этом почти в центре сельвы. Все из-за этих бесчисленных речных потоков, сбивавших с толку. Судя по всему, его новая подружка не врала, прекрасно зная, куда ему следует идти. Тяжело вздохнув напоследок, путешественник медленно поднялся и побрёл чуть вдоль реки, а затем вглубь непроходимых кустарников.

Спустя полчаса шума и без того «неголословной» речушки стало вовсе неслышно. Мир вокруг пел оглушительным мяуканьем маленьких обезьян дурукулей, звонким «ани-ани» пернатых личинкоедов, у которых, видимо, наступил брачный период. Остальные звуки были слишком странными и неземными, чтобы понять, кому они принадлежат. Мимо прошмыгнула юркая тайра – зверек с тёмной шерсткой, явственно напоминающий куницу. Антон пожалел, что не успел среагировать – ужин получился бы знатный. Ничего, этой ночью он расставит несколько силков – утром наверняка попадётся паки или кролик тапити. Сейчас же, помимо звуков природы приходилось выслушивать и звук собственного живота.

Несмотря на ощущение полного человеческого одиночества среди этих зарослей, Антон старался ступать осторожно и тихо. Готовясь к походу, он прочитал статью в National Geographic и чуть было не передумал лететь. В ней журналист рассказывал о том, какими дикими вещами промышляют местные племена, живущие в глубинах сельвы. Мол, даже малость окультуренные дикари изредка вспоминают зов предков и запросто могут убить врага, сделав потом из его тыквы популярную среди любителей экзотики иссушенную голову-брелок. Что уж говорить о тех, кто толком даже не слышал речь цивилизованного человека.

Помня об этом, слух путника был обострён, а глаза хоть и устали от ряби зелени, ловили каждое движение в чащобе. В горле немного пересохло. Остановившись, он снял рюкзак с плеч и достал флягу. Где-то недалеко послышался хруст ветки. Антон застыл, как вкопанный, напрягшись всем телом. Скорее всего, зверь – туземцы передвигаются слишком тихо, чтобы быть замеченными, начал он себя успокаивать. Но это не значило, что зверь не представляет угрозу – хотя ягуары днем предпочитают спать, путешественник мог потревожить его логово.

Неподвижно застыв, он внимательно наблюдал за джунглями. Там было слышно что-то ещё - чей-то голос. Женский. Антон точно знал, что на охоту дикари женщин не берут, а потому это может быть только человек из цивилизации. А значит, наверняка мирный… Может быть. Поразмыслив и решив, что стоит взглянуть, кто же забрался в джунгли так же далеко, как и он, Антон тихо двинулся по направлению к источнику шума. Пройдя метров десять, он уже различал чье-то кряхтение. Рука запоздало потянулась, чтобы снять лямки рюкзака и достать нож, но остановилась на полпути.

Впереди открылась небольшая просека, в центре которой вверх ногами, словно маятник, качалась девушка. Она пыталась подтянуться вверх по веревке, в которой застряли её ноги, но ничего не получалось. Её растрепанные короткие светлые волосы были в ветках и листьях, серая майка задралась, обнажив загорелый живот. В руках сверкал острый клинок, которым она хотела перерезать путы, однако все было безрезультатно. «Твою мать…» - послышалось Антону на английском. Слава богу, этим языком он владел вполне прилично, благодаря наличию иностранных коллег на его работе.

Антон честно попытался сообразить, стоит ли помогать этой особе и даже потратил секунду на взвешивание всех «за» и «против». Но, несмотря на детдомовское воспитание (а может и благодаря ему), бросить женщину в беде он просто не мог. О чем он не успел подумать, выходя из-за зарослей – так это предупредить о своем появлении. Несмотря на то, что он сделал это абсолютно без шума, девушка, старательно выгибающаяся в этот момент вверх с ножом в зубах, будто бы почувствовала чьё-то присутствие. В следующую же секунду лезвие полетело вниз, а сама она выпрямилась с пистолетом в руках. Откуда он, чёрт возьми, взялся? Да, все-таки стоило потратить на раздумья чуточку больше времени. Непроизвольно руки путника поднялись вверх.

- Уоу, всё хорошо. Я без оружия.

Прошло пять томительных секунд молчания. Антон отметил, что, несмотря на неудобное положение, пистолет девушка держит, явно имея многолетний опыт по стрельбе. Оставалось надеяться, что ее мишенями были не живые люди. В пронзительной тишине, прерываемой пением стаи павианов вдалеке, он слишком громко сглотнул.

- Ты кто, черт возьми, такой? – немного ошарашенно спросила пленница. Еле подавив возникшее из ниоткуда стойкое желание ответить «Звёздный Лорд», Антон решил, что честность все-таки – лучший товарищ добропорядочных людей и рассказал всю правду. Мол, обычный путешественник из России, который бредёт по джунглям в поисках "достопримечательностей". Англичанка размышляла недолго – вид русского и в правду не представлял угрозы, а висеть вниз головой явно было неприятно. Она чуть опустила пистолет.

- Ладно… ты поможешь мне?

Антон быстро увидел основу силков, заготовленных, судя по всему, на крупную дичь. Достав из рюкзака свой нож, он встретился с напряжённым взглядом девушки – несмотря на то, что она попросила помочь, пистолет скорее превращал эту просьбу в требование. «Что ж, ты сам решил влезть в это». Через несколько секунд он осторожно спустил её на землю. Блондинка, морщась от боли, встала с земли – она потирала ушибленную голову, но пистолет держала всё так же крепко, не сводя глаз с русского.

Понимая, что растопить лед в этих опасных местах – непросто, Антон решил не нарываться. Он облокотил локоть на ствол дерева, но почувствовав, как рука скользит, убрал ее. Неловко, чёрт.

- Так… ты из Англии? У тебя явно манчестерский акцент.

Девушка, отряхнувшись, огляделась – видимо, боится, что он здесь не один. Справедливо, тут стоит быть настороже. Особенно, с теми, у кого акцент русский – по крайней мере, так учит зарубежное кино. Пожалуй, будет правильно предложить ей свои услуги опытного выпускника медицинской академии. Медленно взяв рюкзак, он достал свою аптечку.

- Слушай, я врач. Я могу осмотреть твою рану, если позволишь.

Незнакомка потрогала затылок, проверяя нужна ли ей помощь, а затем вновь пристально оглядела своего спасителя. Наконец, она убрала пистолет за спину и огляделась снова, но уже в поисках другого.

- Мне стоит присесть?

Антон мысленно вздохнул с облегчением. Он указал на небольшое бревнышко и полез в контейнер искать спиртовую жидкость и бинты. В голове метались десятки вопросов: кто она, откуда у нее пистолет, стоит ли попытаться забрать его. Последнее он с уверенностью отложил в коробку с названием «безрассудные поступки», по крайней мере, до поры, до времени - в своей жизни он повидал немало военных и мог поклясться, что эта подозрительная блондинка если не служила в британской армии, то уж точно окончила курсы подготовки к службе в полиции.

Девушка тем временем так же не сводила глаз с Антона. Он заметил, что все ее тело напряжено, как будто она готова вот-вот изменить решение и вскочить, расстреляв его на месте. Ей явно стоило немалых усилий повернуться спиной и подставить затылок под умелые руки медика. Разумно решив оправдать доверие как можно скорее, Антон приступил к обработке раны.

- Будет немного щипать, так что разрешаю немного ругнуться – мы здесь одни.

- Думаю, из кустов ты уже услышал достаточно.

- Эти кусты, по крайней мере, скрывали меня от твоего «Глока».

Англичанка мотнула головой, явно удивившись познаниям Антона. «Так то, девочка, не ты одна тут с тёмным прошлым». Он узнал пистолет еще издалека и один из вопросов, мучивших его, больше всего заставлял нервничать – такие носят чаще всего наёмники и спецагенты. Кто же ты такая?

- Слушай, я, конечно, слыхал, что в 19 веке британцы часто колонизировали местные деревушки… порой не без оружия. Но, позволь поинтересоваться, ты ведь здесь явно не для завоевания новых территорий во имя королевы?

Ее лица он не видел, но услышанный вновь голос (весьма приятный, надо сказать) заметно растерял железные нотки.

- В защиту своей нации скажу, что открытий за нами тоже немало.

- Так ты исследовательница?

Немного помедлив, девушка вытащила из своего рюкзака современную топографическую карту в прозрачном водозащитном файле и помахала ей перед Антоном.

- Ты когда-нибудь слышал о Пунгали Урку?

Антон застыл на пару секунд, вглядываясь в бумажку и соображая, о чём говорит собеседница.

- Понятия не имею, но надеюсь, ты идешь к этому парню не для того, чтобы пристрелить его?

Спина и плечи девушки еле заметно дрогнули. Ей смешно? Что ж, тем меньше шансов закончить свою жизнь с пулей в голове. Если чему-то опыт и научил Антона, так это тому, что ни в коем случае нельзя раздражать женщину с оружием.

- Это не парень, а место – здесь, в джунглях. И пистолет я взяла только для самообороны. Эти места не такие безлюдные, как кажутся и ты – явное тому подтверждение. Но все равно это странно. Ты что, вправду решил пересечь Амазонию просто так?

Заматывая бинт вокруг её головы, Антон не стал в очередной раз раздумывать над ответом. Он знал его уже давно.

- А почему бы и нет? Кстати, разве не британцы придумали этикет и всё такое? Мы ведь до сих пор не представились друг другу.

Завязав небольшой финальный узелок, он обошел её и протянул руку, одновременно намереваясь помочь ей встать, но девушка обошлась без этого. Сильная и независимая – с такими беды случаются чаще всего.

- Антон. Антон Столетов.

Англичанка встала, не сводя голубых глаз с нового знакомого, и протянула ладонь в ответ.

- Мэри Гордон. И я не из Манчестера, а с юга*, - она провела рукой по голове. - Надеюсь, ты завязал мне сзади красивый бантик, иначе мне придется вспомнить времена рабовладельческого строя.

* Манчестер находится на севере Великобритании. Для людей посторонних акценты жителей южной и северной частей страны вполне схожи.

- Обычно я так и делаю, мисс, но вам могу завязать и второй, чтобы было симметричнее.

Усмехнувшись, Мэри снова огляделась, но уже так будто искала дорогу. Антон подумал, что было бы неплохо присоединиться к человеку, у которого хотя бы есть карта. В конце концов, не каждый день встретишь в сельве британскую подданную, которая ищет какое-то «пукали уку». Хотя с ней лучше внимательнее смотреть под ноги, иначе вызволять их обоих из очередной ловушки придётся кому-то другому. Он положил аптечку обратно и закинул одну лямку рюкзака на плечо.

- Думаю, эту встречу вряд ли можно назвать случайной.