Танос-мыслитель: социальная философия "Войны бесконечности"

В «Войне бесконечности» Танос больше всего обеспокоен вопросами социального характера. Население каждой планеты, в том числе и Земли, растет в геометрической прогрессии. В то же время ресурсы Вселенной постепенно истощаются. Вырисовывается конфликт между потенциально неограниченным количеством голодных ртов и строго ограниченным количеством ресурсов (классическая экономика, да). Рано или поздно это приведет к повсеместной бедности, голоду, гражданской войне и прочим социальным катастрофам. Не станет ни богатых, ни бедных людей — только голодные. Процветающие общества под напором собственного населения неизбежно скатятся к варварству. Так произошло с родной планетой Таноса. Та же судьба, убежден Танос, ждет и любую другую планету.

Судя по биографии, сам Танос слывет большим умником:

Он учился быстрее, чем его учили. К 12 годам Танос исследовал каждый сантиметр промёрзшей луны, где он родился. К 13 он ходил по горячему ядру Сатурна. В 15 у него уже была собственная секретная лаборатория и множество созданных им же инструментов. Он нанёс на карты звёзды тысяч галактик, но космос не давал ответы на многие его вопросы.

Немудрено, что «Безумный», но социально ответственный Титан начал искать ответы на свои вопросы в интеллектуальном наследии Вселенной. И здесь наш герой наткнулся на теорию народонаселения английского священника и экономиста Томаса Мальтуса.

ЕСТЬ ИЛИ НЕ ЕСТЬ, ЖИТЬ ИЛИ НЕ ЖИТЬ

Томас Мальтус (1766–1834) так же, как и Танос, был ревностным идеалистом. Он принципиально отказывался от высоких государственных должностей, дабы посвятить свою жизнь служению науке и Богу. Тем временем в родной Мальтусу Англии 18-го века смертность падала, а население росло. Сказывалось распространение прививок от оспы и совершенствование бытовой гигиены среди бедноты.

Исследуя сложившуюся ситуацию, Мальтус приходит к выводу, что население растет в геометрической прогрессии, а производство продуктов питания — в армифметической. Иными словами, производственные мощи Англии 18-го века просто не могли прокормить такое количество голодных ртов. Мальтус пишет:

Человек, пришедший в уже занятый мир, если родители не в состоянии прокормить его или если общество не в состоянии воспользоваться его трудом, не имеет ни малейшего права требовать какого бы то ни было пропитания, и в действительности он лишний на Земле. На великом жизненном пиру для него нет места. Природа повелевает ему удалиться и не замедлит сама привести в исполнение свой приговор, если он не найдёт сочувствия нескольких участников пира. Но если они потеснятся, чтобы дать ему место, вскоре появятся новые, требуя для себя той же милости. Весть о том, что пища есть для каждого приходящего, наполнит зал многочисленными просителями. Порядок и гармония праздника нарушатся, изобилие, которое господствовало прежде, сменится недостатком, и радость приглашённых будет уничтожена зрелищем нищеты и скудости, свирепствующих во всех концах зала, и назойливыми криками тех, кто по справедливости возмущён, не находя пропитания, на которое они рассчитывали.

В итоге всех этих бед население оказывается в так называемой «мальтузианской ловушке». Низкий темп роста производства продуктов питания на душу населения и общее ухудшение условий жизни приводит к социальным катастрофам: войнам, эпидемиям и голоду. Характерно, что втянуты в эти бедствия оказываются не только бедняки, но и аристократия. Среди наиболее очевидных примеров — Октябрьская революция 1917-го года, одной из причин которой послужил конфликт быстрого роста населения и нехватки земельных наделов.

История подкидывает нам примеры и удачного осуществления мальтузианско-таносовской теории. Среди них — распространение чумы в средние века, стершее с лица Европы 30-50 % населения. Эта трагедия действительно имела позитивный эффект — доходы населения повысились, а еда стала гораздо дешевле.
История подкидывает нам примеры и удачного осуществления мальтузианско-таносовской теории. Среди них — распространение чумы в средние века, стершее с лица Европы 30-50 % населения. Эта трагедия действительно имела позитивный эффект — доходы населения повысились, а еда стала гораздо дешевле.

Какое решение предлагает Мальтус? Он видит два пути: путь предотвращения и путь последствий. К пути предотвращения критического роста населения Мальтус относит пропаганду позднего брака, целомудрия и полового воздержания. К пути последствий, когда «природа не замедлит сама привести в исполнение свой приговор», относятся войны, эпидемии, наводнения, распространение греха, и, как следствие, повышение смертности.

Мальтус, конечно, рекомендует следовать первому пути. И здесь Танос и Мальтус расходятся. Не дожидаясь действий природы, Танос избирает путь индифферентного геноцида. Он уничтожает половину населения Вселенной, не делая различий между богатыми и бедными, гениальными и посредственными.

Идею Таноса разделил бы Чарльз Тревельян, английский казначей 19-го века. Во время его службы Ирландия страдала от внезапного падения урожая картофеля. Население оказалось на грани голода. Ирландцы обратились за помощью, на что Тревельян, опасаясь осуществления пророчеств Мальтуса, ответил:

Суд Божий послал бедствие, чтобы дать ирландцам урок. И мы не должны смягчать это бедствие… Настоящее зло, с которым мы должны бороться, — это не физическое зло голода, но моральное зло эгоистичного, извращенного и бурного людского нрава.

Конечно, в индустриальном и постиндустриальном обществе идеи Мальтуса теряют былую остроту и актуальность. Мальтус беспокоился об ограниченном количестве земли, которую мы способны использовать для пропитания. Но сегодня в нашем распоряжении — удобрения и сельскохозяйственная техника. Производство ресурсов увеличелось в разы. Оказывается, что не только население, но и возможности человеческого труда способны расти в геометрической прогрессии. Этого Мальтус предвидеть не смог.

Тем не менее, угроза перенаселения и массового голода по-прежнему актуальна для стран третьего мира, до сих пор живущих в доиндустриальной эпохе. Не стоит забывать и об общем истощении ресурсов Земли. К 2050 году у нас есть все шансы дорасти до 10 млрд. человек. Если к тому времени наш объем потребления электроэнергии останется на прежнем уровне, то, согласно этой статье, велика вероятность, что уровень жизни стран первого мира окажется не так уж далек от уровня жизни Уганды.

Нацистские евгенические эксперименты были частично вдохновлены теорией Мальтуса. А также — аристотелевским делением людей на “господ” и “рабов”.
Нацистские евгенические эксперименты были частично вдохновлены теорией Мальтуса. А также — аристотелевским делением людей на “господ” и “рабов”.

ТВАРЬ ДРОЖАЩАЯ

В речах Таноса сквозят и другие, совсем уж нигилистические тона. Сперва я подумал про Фридриха Ницше и его «что падает, то нужно еще толкнуть!». Но куда явнее здесь проглядывается конфликт Раскольникова. И для Таноса, и для Раскольникова убийство — не самоцель, но необходимость.

Раскольников живет идеей величия, и убийство старухи — скорее ритуальная жертва, своего рода экзамен на получение титула «право имущего». Раскольников эгоцентричен, пускай его личность и распадается на тысячу осколков-двойников.

Выше я писал, что у самой природы есть способы решения «мальтузианской ловушки» — чума, наводнения, неизбежность войны. И, кажется, Танос мнит себя олицетворением сил природы, фатумом: «судьба настигает всех».

Танос не ищет почетного места в ряду великих мира сего. Им руководит своего рода альтруизм: жажда трансцендентного баланса. Сокровенная мечта Таноса — мир, свободный от страданий; мир, над которым, наконец, вознесется огонь нового солнца. В этом мире Танос отводит себе место не право имущего, но покойного наблюдателя. И чтобы достичь этого мира, ему-таки придется расколоть миллиард-другой черепов.