18 сентября 1911 года от полученных в результате покушения ран умер Пётр Аркадьевич Столыпин (1862-1911)

21.09.2017

Покушение на Столыпина произошло 14 сентября 1911 года в Киевском городском театре. Террорист дважды выстрелил в Премьер Министра России.

Афиша оперы «Сказка о Царе Салтане» 1 сентября 1911 г.

(спектакль, на котором стреляли в П.А. Столыпина)

1 (14) сентября 1911 года император, его дочери и приближенные министры, Столыпин в их числе, присутствовал на спектакле «Сказка о царе Салтане» в городском театре Киева.

На тот момент у шефа охранного отделения Киева была информация о том, что в город прибыла террористка с целью совершить нападение на высокопоставленного чиновника, а возможно и на самого царя. Данная информация была получена от Дмитрия Богрова...

Во время второго антракта спектакля «Сказка о царе Салтане», Столыпин стоял в белом летнем сюртуке (звезда на груди) в самом конце левого прохода, облокотясь спиной о барьер оркестра, и беседовал с министром двора бароном В. Б. Фредериксом и земельным магнатом графом И. Потоцким. Несмотря на прямое предупреждение, поступившее накануне, возле Столыпина не было никакой охраны — о причинах этого до сих пор спорят историки: то ли считали, что строжайшая охрана и проверка пропусков у входа в театр сама по себе является надежной гарантией, то ли в окружении монарха были люди, заинтересованные в том, чтобы покушение удалось? Есть и другие версии... Факт остается фактом: несмотря на то, что в театре было много военных и полиции, возле Столыпина никто не стоял и не дежурил. Весь город и весь театр были оцеплены, но непостижимым образом именно около Столыпина не было ни единого охранника, и в зале находилось тогда немного зрителей.

Когда уже можно было ожидать звонка об окончании антракта, в проходе показался одетый в черный фрак молодой интеллигент с продолговатым лицом, в пенсне, с полуоткрытым ртом, по виду — адвокат, представитель «свободных профессий» либо банковский служащий.

Театральный именной билет Дмитрия БогроваСогласно инструкций департамента полиции все тайные агенты охранки, связанные провокаторской деятельностью в революционных партиях, никогда и ни при каких условиях не имели права посещать места, где находятся члены царской семьи или члены правительства…Но неожиданно уже в театре он заявил, что план покушения неожиданно изменился: террористы собираются ликвидировать не Столыпина, а царя. Богров разработал блестящую комбинацию: он отвлек охрану на Николая II. Ожидая покушения на царя, царские спецслужбы перестали обращать внимание на всех остальных. Это была гениальная операция Богрова и роковая ошибка охранного отделения. По иронии судьбы руководители спецслужб сами выдали Богрову билет на премьеру спектакля «Сказка о царе Салтане», что позволило киллеру беспрепятственно подобраться к своей жертве…

Простреленный пулей столыпинский орден Святого Владимира

Одна из пуль, которая вошла в тело Столыпина, предварительно задела орден Святого Владимира, и это сыграло роковую роль: пуля расплющилась и приобрела свойства разрывной, т.е. она не прошла навылет, а, двигаясь внутри тела, размозжила ткань печени.«Он умер, потому что провидение судило, что в этот день его не ста¬нет, – загадочно сказала императрица Александра Фёдоровна (1872 – 1918) новому премьер-министру Владимиру Коковцову (1853 – 1943). — Не говорите о нём больше никогда».Царь так и не посетил умирающего Столыпина, хотя тот просил его об этом. Простившись с Петром Аркадьевичем накануне похорон императорская семья демонстративно не присутствовала на погребальной церемонии. Романовы на пароходе отправились в Чернигов.В императорской семье по-разному встретили известие о смерти Петра Аркадьевича. Николай II писал матери, вдовствующей императрице Марии Фёдоровне (1847 – 1928): «Мы услышали два звука, похожие на стук падающего предмета. Я подумал, что сверху кому-нибудь свалился бинокль на голову, и вбежал в ложу. Вправо от ложи я увидел кучу офицеров и людей, которые тащили кого-то. Несколько дам кричали, а прямо напротив меня в партере стоял Столыпин. Он медленно повернулся лицом ко мне и благословил воздух левой рукой. Тут только я заметил, что он побледнел и что на кителе у него и на правой руке кровь. Он тихо сел в кресло и начал расстёгивать китель. Фредерикс помогал ему... По¬ка Столыпину помогали выйти из театра, в коридоре рядом с нашей комнатой происходил шум – там хотели покончить с убийцей. По-моему – к сожалению, полиция отбила его от публики и увела в отдельное помещение для первого допроса. Всё-таки он был сильно помят, с двумя выбитыми зубами. Потом театр опять заполнился, был гимн, и я уехал с дочками в 11 часов. Ты можешь себе представить, с какими чувствами. Татьяна была очень расстроена, она много кричала. Бедный Столыпин сильно страдал в эту ночь».Мария Фёдоровна была потрясена случившимся: «Я не могу сказать, как я страдаю и негодую по поводу убийства Столыпина, – отвечала она сыну. – Это отвратительно и скандально, никто не может сказать ничего хорошего о полиции, которая в своём выборе натолкнулась на такую свинью, как этот революционер, поручив ему быть информатором и охранять Столыпина. Это переходит все границы и показывает тупость людей наверху».Императрица Александра Фёдоровна (1872 – 1918), не разделяла чувств свекрови. В частной беседе она сказала приближённым: «Вы оказываете слишком много чести его памяти и приписываете слишком большое значение его деятельности и личности. Поверьте мне, не следует чувствовать сожаление о тех, кого больше нет. Я уверена, что человек лишь исполняет свой долг и совершает своё предназначение и, когда он умирает, это лишь означает, что он совершил всё, уготованное ему...».

Дм. Богров

Он быстро шагал в сторону премьера; за несколько метров до Столыпина незнакомец, отбросив крупноформатный лист бумаги — программу спектакля, — прикрывавший карман брюк, в котором лежал черный браунинг, выхватил свое оружие и почти в упор, увидев, что враг готов уже броситься навстречу, — дважды выстрелил Столыпину в корпус, нанеся ему смертельное ранение.

Первая пуля попала в руку, вторая в живот, задев печень. От мгновенной смерти Столыпина спас крест Св. Владимира. Раздробив его, пуля изменила прямое направление в сердце. Этой пулей оказались пробиты грудная клетка, плевра, грудобрюшная преграда и печень. После ранения Столыпин перекрестил царя, тяжело опустился в кресло и ясно и отчетливо, голосом, слышным находившимся недалеко от него, произнес: «Счастлив умереть за Царя».

Архивист Ольга Эдельман приводит фрагмент из перлюстрированного письма из Парижа, от политэмигранта, к ссыльной в Иркутскую губернию, сентябрь 1911 г.: «Сообщу, как мы пережили сообщение о покушении на Столыпина. […] Публика страшно разволновалась: эс-эры закрыли свою читалку, в с. д.-ской же был прибит огромный плакат с извещением о радостном событии. Слух о выздоровлении Столыпина заставил здешний орган синдикалистов “Bataille Syndikaliste” озаглавить свою статью: “Несчастье. Столыпин, кажется, опять не издохнет…” Смерть же Столыпина произвела очень хорошее впечатление на всех, хотя с. р. сегодня (спустя 8 дней после покушения) официально заявляют, что Богров действовал без санкции какой-либо партийной с. р. организации».

Кажется, за сто лет с лишним ничего особенно не изменилось в 'рукопожатных людях с хорошими лицами'...

Через 2 дня во Владимирском соборе был отслужен торжественный молебен о выздоровлении Столыпина. Собор был переполнен, многие плакали. Последующие дни прошли в тревоге, врачи надеялись на выздоровление, но 4 сентября вечером состояние Столыпина резко ухудшилось, он начал терять силы, пульс начал слабеть и около 10 часов вечера 5 сентября он скончался

Пистолет FN/Browning M. 1900, из которого был смертельно ранен Петр СтолыпинОгромной популярностью FN Browning model 1900 пользовался и в Российской империи, где чаще именовался как Браунинг № 1. Офицерам Русской императорской армии и флота разрешалось приобретать за свой счёт и «иметь при себе вне строя… пистолеты Браунинга 1 и 2 образца» вместо казённого револьвера.Модель 1900 имела перед Наганом огромное и решающее преимущество в быстроте перезарядки, не говоря уже о габаритах и массе, а также о величине усилия спуска, напрямую влияющей на точность стрельбы. Однако самое широкое распространение, как и во всем мире, Браунинг получил в качестве гражданского оружия. Он использовался жандармерией и работниками почты. Этот небольшой и удобный пистолет из-за своих малых габаритов часто использовался для террористических актов.

Из Браунинга 1900 террористами были убиты генерал-губернатор Финляндии Николай Бобриков (1839 – 1904) и японский политический деятель Ито Хиробуми (1841 – 1909). Эрцгерцог Франц Фердинанд (1863 – 1914), вопреки расхожей версии, был застрелен не из М1900, а из более поздней модели. Фанни Каплан (1890 – 1918) в 1918 г. предположительно стреляла в Ленина из Браунинга 1900 № 150489. По иронии судьбы, через сем лет после убийства Столыпина, из браунинга в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге будет застрелен император Николай II.Таким образом, вина за смерть Столыпина лежит на организаторах безопасности VIP - зрителей спектакля: начальника киевской охранки Николая Кулябко (1873 – 1920) товарища министра внутренних дел Павла Курлова (1860 – 1923), начальника царской охраны полковника Александра Спиридовича (1873 – 1952) и вице-директора Департамента полиции Митрофана Веригина (1878 – 1920).

Обитое красным бархатом кресло номер 17 второго ряда партера Киевского городского театра, возле которого убили Столыпина, в настоящий момент находится в Музее истории МВД в Киеве.

Улица Маловладимирская, где умер Столыпин, была переименована в Столыпинскую. На протяжении XX века эту улицу переименовывали ещё шесть раз, сейчас она называется улица Олеся Гончара.

Расследование

Покушавшегося тут же схватили. Это был 24-летний Мордко (Мордехай) Богров, сын влиятельного киевского присяжного поверенного с миллионным состоянием (по некоторым данным, Герш Богров, его отец, однажды единовременно пожертвовал на «благотворительные цели» 85 тысяч рублей), владельца многоэтажного доходного дома на Бибиковском бульваре, одного из видных членов Киевского Дворянского клуба (любопытный факт: подавляющее большинство, хотя и не все, из «бомбистов» и террористов начала ХХ века имело отнюдь не рабоче-крестьянское происхождение!).

Семья Богровых достаточно часто бывала за границей и считалась более чем обеспеченной: у Мордехая и его брата были «персональные» гувернантки, они знали иностранные языки. Учился в 1-й киевской гимназии (рядом, на том же Бибиковском), быстро увлекся — как и многие гимназисты того времени — либеральными и революционными учениями.

В его понимании социал-демократы, киевские в том числе, грешили позорной нерешительностью, ограничивались только словами, пропагандой, зато эсеры, систематически совершавшие террористические акты, вызывали у юноши пылкое сочувствие. Впрочем, он отдает свои симпатии также и анархистам, и максималистам, окончательный выбор еще не был им сделан. В одном убежден молодой человек: необходимо полностью уничтожить основы всего государственного порядка.

В революционном 1905 году Мордехай Богров заканчивает с отличием гимназию и поступает в Киевский университет, с тем чтобы учиться на юриста. Однако образ жизни юный студент ведет «вольный» и «нестесненный»: много времени проводит с родителями за границей: в Женеве, Париже, Мюнхене, где читает Бакунина и Кропоткина, переходит в ряды сторонников «анархо-коммунизма», отвергающих и государство, и собственность, и церковь, и общественную мораль, традиции и обычаи. Устыдившись собственной слабости (нельзя уклоняться от напряженной борьбы в такое время!), Богров-младший в конце 1906 года возвращается в Киев.

В дальнейшем в душе молодого бунтаря из зажиточной семьи борются, взаимодействуют и сосуществуют два неодолимых чувства: острая ненависть ко всяким коллективным формам деятельности (протесты, партии, толпы, митинги...) наряду с глубокой убежденностью в том, что против этой ненавистной власти можно бороться только одним способом — путем террора. Индивидуального террора. Более того — «центрального террора», когда уничтожаются не какие-то малозаметные представители власти на местном уровне, а первые лица в государстве, «верхушка» деспотического режима насилия и произвола».

Кто же эти люди, рассуждает Богров: в его мозгу сливалось острое желание славы, пожалуй, даже любой ценой, уязвленное личное и национальное самолюбие — хотя семья живет в богатстве, но он желал добиться большего! — наконец, влияние модных ультрарадикальных идей, основывающихся на ненависти к правительству «тирана-царя»? Это — сам монарх Николай II и его премьер Петр Столыпин, на них и надо сосредоточить свои террористические усилия.

Но, рассуждает Богров, царь, по сути дела, пешка, он мало что решает, он лишь «фасад» режима, его устранение не изменит основ государственного строя, как это было после убийства Александра II. Умный, злобный и сильный враг — это Председатель Совета Министров Петр Столыпин, который, стремясь укрепить и поддержать крестьянина — земельного собственника, хочет сделать именно его надежной опорой трона и государственной системы.

И это, делал вывод Богров, действительно единственно реальный путь предотвращения революции и спасения основ монархии; если революция 1905 года потерпела поражение, то в первую очередь именно благодаря Столыпину!

Сохранилось свидетельство, что будущий убийца Столыпина Д. Богров во время свидания с эсером Е. Лазоревым сказал: «Я еврей, и позвольте вам напомнить, что мы и до сих пор живем под господством черносотенных вождей… Вы знаете, что властным руководителем идущей теперь дикой реакции является Столыпин. Я прихожу к вам и говорю, что я решил устранить его…»

При этом известно, что Столыпин ратовал за отмену «черты оседлости» для евреев, журнал Совета министров направил Николаю II такое предложение. Кроме того, со второй половины 1907 года до конца премьерства Столыпина в Российской империи не было еврейских погромов, а процентные нормы студентов-евреев в высших и средних учебных заведениях даже увеличились, а в Гродно было даже открыто еврейское двухклассное народное училище, ремесленное училище, а также женское приходское училище особого типа. Столыпин не был антисемитом, но ярлык антисемита носил.

Богров также принимал во внимание и то, что убийство Столыпина не вызвало бы, вероятно, массовых еврейских погромов в Киеве и других городах империи, а вот покушение на самого императора явилось бы страшным детонатором таких расправ.

Итак, юный террорист сделал выбор и наметил себе жертву. Это будет, решил он, поистине «венец революционного террора»! Но как осуществить задуманное? Богров, замкнутый, сдержанный, очень рационально (как ему кажется) мыслящий «непризнанный гений», придумывает грандиозный план — взять «полицию»... к себе в помощь, использовать именно полицию в качестве орудия для совершения покушения. Далеко не все историки разделяют изложенную ниже версию событий, но если принять гипотезу: «Богров — вовсе не провокатор, но блестящий игрок-террорист, заставивший даже полицию работать на себя», то эти события развивались следующим образом.

Казнь состоялась через три дня 25 (12) сентября 1911 г. после оглашения приговора. Через десять дней (небывалый для суда и следствия срок) Дмитрия Богрова повесили.

Во время экзекуции присутствовала делегация представителей «Союза русского народа», опасавшаяся, что убийцу могут подменить…

Кому была выгодна смерть Петра Столыпина? Этот вопрос волнует ученых вот уже более ста лет. Среди множества существующих организаторов и заказчиков, историки называют: масонов, представителей немецкого Генштаба, тайные сионистские организации, большевистское подполье (двоюродный брат Богрова был знаком с Лениным, а Троцкий появился в Киеве накануне убийства) и даже мистические потусторонние силы зла.

Афиша «Юго-Западного общества поощрения рысистого коннозаводства. Приз в честь посещения Киева Императором» (скачки, на которых присутствовал П.А.Столыпин 1 сентября 1911 г. в первой половине дня)

ВЫРЕЗКИ ИЗ МОСКОВСКИХ И ПЕТЕРБУРГСКИХ ГАЗЕТ С ОТКЛИКАМИ НА СМЕРТЬ СТОЛЫПИНА

Столыпин провёл последние дни жизни и умер в клинике братьев Маковских на Маловладимирской улице (дом сохранился; современный адрес — улица Олеся Гончара, дом № 33).

Во вскрытом завещании Столыпина, написанном задолго до смерти, в первых строках было наказано: «Я хочу быть погребенным там, где меня убьют». Указание Столыпина было исполнено его близкими: местом вечного его упокоения была избрана Киево-Печерская лавра.

19 сентября Столыпин был погребён в Киево-Печерской лавре. Трапезная церковь, где проходило отпевание, была заставлена венками с национальными лентами, собралось Правительство, представители армии и флота и всех гражданских ведомств, многие члены Государственного совета и Государственной думы, приехало более сотни крестьян из ближайших деревень.

Надгробие с могилы Столыпина в начале 1960-х годов было снято и долгие годы сохранялось в колокольне на Дальних пещерах. Место могилы было заасфальтировано. Надгробие восстановлено на прежнем месте в 1989 году, при содействии И. Глазунова.