А. Роднянский, «Выходит продюсер»

Прочитала книгу Роднянского и прониклась к нему ещё бо́льшим уважением. Почему наше кино такое трагичное, что делать, если за пять минут до выхода передачи звонит Кучма и требует убрать её из эфира, каково это, когда твой фильм номинируют на Оскар, а на родине совсем не рады — обо всём этом и не только как раз можно прочитать у Роднянского.

Все-таки приятно, когда книжки пишут умные люди. Вместо идиотской рефлексии и мотивационных нотаций здесь читателю предлагается честный текст о профессии продюсера, которую, вероятно, вы не захотите осваивать после прочтения: «Царящая в российском кинобизнесе атмосфера развращает. Отношения здесь имеют больше значения, чем коммерческий потенциал проекта, деньги добываются через связи в государственных структурах, а заработок российского продюсера связан чаще с размером бюджета, чем с успехом фильма. Благодаря этой иждивенческой системе развитие рынка сводится к вечному начётничеству и призывам конкурировать с американским кино дома за государственные деньги».

Помимо сложных кумовских правил взаимодействия отрасли и власти, на пути продюсера могут появляться дополнительные боссы, как, например, «нравственная общественность». Со своим «Левиафаном» Роднянскому (как и сейчас Учителю) пришлось пройти через все круги ура-патриотического безумия.

Безумием, кстати, было снимать такой фильм в стране, где церковь - крупнейший игрок на рынке нравственности. Вместо того чтобы порадовать обывателя захватывающим сюжетом о мезальянсе деревенской девушки и столичного парня с автомобилем (удалите из настроек своего тв Россию 2), Роднянский делает фильм про конфликт человека с бездушной государственной машиной. Пускай местами гипертрофируя саму постановку вопроса, но всё же. Чтобы решиться на подобный проект в самый разгар карательной операции по Pussy Riot, нужно большое мужество: «Левиафан» имел все шансы разделить в общественном сознании судьбу панк-группы и восприниматься как политический жест, сделанный с целью уязвить национальную гордость.

Непонятно, что там в итоге с гордостью, но в культурном геноциде российского народа создателей фильма все же обвинили: Левиафан назвали «антипутинским манифестом силами кино», антироссийским фильмом о падении культуры, нравов и морали, который «целенаправленно разрушает сплочённость народа перед лицом яростной атаки Запада» и ещё миллионом имён. Писали, что авторы фильма создали атмосферу «глубокого духовного кризиса, исказили реальность до фантасмагорической раблезианской карикатуры», что, по мнению мракобесов, «входит в диссонанс с традиционной русской культурой и разжигает ненависть в обществе».

Сделать батюшке «похорошо» — давняя и глубоко укоренившаяся наша национальная традиция. Возникла ещё до Госдепа и к его козням имеет отношение весьма опосредованное. Да и сложно будет объяснять потомкам, каким образом в наши дни под нужды церкви передавались такие объекты, как здание Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии (ВНИРО) в Москве, планетарий в Барнауле, одно из зданий Ульяновского государственного университета, здание Ростовского театра кукол - список можно продолжать ещё долго.

«Меня больше всего пугает нарастающий клерикализм, я вижу в этом «нашествие варваров», признаки нового средневековья, которому необходимо противостоять», — пишет Роднянский о «сорокинизации» окружающей действительности. И пугается он не зря. Ведь именно при бедности и невежестве , когда в голове лишь органическая богоугодная каша лучше и быстрее всего расцветают репрессивные диктатуры.

Почему же усилия патриотической общественности по защите духовных скреп так отчаянны? Зачем столько постоянных увещеваний о морали?

У меня невольно возникает вопрос: жизнеспособны ли вообще, в таком случае, эти скрепы, если держатся они лишь при поддержке воинствующих мракобесов?

Будьте бдительны, читайте Роднянского и не пускайте Левиафан в свою голову.

Автор: Кристина Потупчик