Волонтёр ЧМ-2018 из Курска: «На тебя смотрят миллионы»

Нашей землячке Виктории Борзенковой посчастливилось попасть в команду добровольцев на Мундиаль

Опыт, навыки, профессия неважны. Критерии отбора иные. Приблизительно так говорила Виктории координатор волонтёрского проекта ЧМ-2018. Определяют всё другие качества. Какие? Желание быть причастной к событию, которого ждут миллионы. Быть нужной, полезной и понимать, что ты, именно ты для конкретного болельщика-иностранца представляешь Россию. И по тебе, по твоему отношению простые люди в мире будут судить о нас.
Опыт, навыки, профессия неважны. Критерии отбора иные. Приблизительно так говорила Виктории координатор волонтёрского проекта ЧМ-2018. Определяют всё другие качества. Какие? Желание быть причастной к событию, которого ждут миллионы. Быть нужной, полезной и понимать, что ты, именно ты для конкретного болельщика-иностранца представляешь Россию. И по тебе, по твоему отношению простые люди в мире будут судить о нас.

2 года назад Виктория узнала, что FIFA объявила набор волонтёров на предстоящий Чемпионат мира. И хотя у девушки не было подобного опыта, она захотела почувствовать себя частью этого по-настоящему грандиозного события и отправила заявку.

Желающих со всей России оказалось более 170 тысяч. Отбор был не менее жёстким, чем среди футбольных команд, взяли всего 17 тысяч.

Виктория прошла личное собеседование, проверку на знание английского языка, беседу о футболе, была зачислена в резерв и уже почти забыла об этом. Но почти месяц назад девушке позвонили и спросили, серьёзно ли она настроена стать волонтёром. А через неделю предложили работать в основном составе.

– Когда мне официально сообщили, что я буду в основном составе волонтёров на ЧМ впервые в России, да ещё в Санкт-Петербурге, где пройдёт определяющий для нашей сборной матч, я даже не смогла сразу осознать это! – рассказала «КИ» Виктория Борзенкова.

Она единственная из Курска удостоилась такой чести. Ведь выносить государственные флаги – огромные полотнища, которые едва удерживают 30 человек, на поле, куда устремлены взгляды миллионов болельщиков во всего мира, следить, чтобы всё прошло безукоризненно, на высочайшем уровне – это огромная честь и ответственность.

– Итак, 15 июня, первый матч в Санкт-Петербурге. Марокко – Иран. Я в составе группы, которая выносит государственные флаги. Тут и пригодились репетиции. На экране всё выглядит просто и незамысловато. Но поверьте, за всем этим – труд. Матч начинался в 18.00, но мы уже в 12 часов были на поле, исхоженном нами вдоль и поперёк. Особенно запомнилась не камера-«паук», следовавшая за нами по пятам, а трава – необычайно шелковистая и упругая.

Небольшой перерыв на обед в специальной столовой для нас, и за час до начала мы на своих позициях в туннеле, по которому футболисты выходят на поле. Охрана, на нас специальные браслеты участников предматчевой церемонии. Последняя проверка внешнего вида…

Казалось, что репетиции тянутся долго, на матче же всё пролетело за один миг. Но этот миг был настолько насыщен чувствами, впечатлениями, энергией, исходящей от 60 тысяч болельщиков, что останется со мной надолго.

Но то, что происходило 19 июня на матче Россия – Египет – это настоящее потрясение и кульминация восторга от нашей команды. Я нахожусь в самой гуще событий – на трибуне стадиона. Задача – в случае каких-либо затруднений с билетами пересадить болельщиков на другие места.

За полчаса до начала матча хлынула основная масса болельщиков, поэтому весь первый тайм было не до игры – работа. Мы сорвали голоса, решая текущие вопросы – стадион ревел!

И вот второй тайм. Кругом фараоны, жрецы, Озирисы, кокошники, ушанки… Напряжение дошло до предела. Прямо перед нами места для инвалидов. И вот – гол! И один из болельщиков, ликуя, падает с инвалидного кресла и продолжает восторгаться блестящим голом в ворота Египта.

Наши и иностранные болельщики заполонили город, и я никогда ещё не видела такой искренней радости и желания ею поделиться на всех языках мира с первым встречным. И для меня это стало лучшей языковой практикой, которую только можно представить. Меня часто спрашивают, что нам платят. Да ничего! Чувство причастности к великому, щедрому, радостному не купить, как не пытайся.