КАК СОЛДАТЫ СТРОЙБАТА ДОПЛЫЛИ НА БАРЖЕ ДО БЕРЕГОВ США?

Когда моряки остаются одни посреди океана после кораблекрушения - то это звучит не так страшно. А вот если сказать что посреди бескрайних морских просторов оказались три военнослужащих "железнодорожных войск" - то сразу приходит мысль что конец такой истории будет печальным. Но в сегодняшнем рассказе все окончится благополучно для всех троих воинов стройбата.

Как так получилось?

Согласитесь, что сама история уже вызывает некоторые вопросы, а именно, - как солдаты сухопутных войск попали на судно и оказались по среди тихого океана, как они выжили, чем кончилась эта история?

Все было очень просто, воинская часть Ж\Д войск базировалась вблизи моря, и по прибытию кораблей - солдаты занимались выгрузкой судна. Еще хочется добавить, что берег был каменистый и суда не могли вплотную подойти  к причалу, чтобы обеспечить безопасность кораблей, использовали десантную баржу П-36, она имела маленькое водоизмещение и отлично подходила для таких целей.

Начало путешествия

В тот день начался сильный шторм и баржу оторвало от швартовых, в этот момент на ней было 4 солдата. Сослуживцы пытались всеми силами вернуть судно к берегу - но ничего не получилось, и наши герои отправились в тяжелое и неизведанное путешествие.

Через 10 часов шторм утих, солдаты обследовали судно на предмет повреждений и после этого собрались и обсудили, что же им делать дальше.

Они еще не знали что их путешествие затянется не на день и не на два, а на целые месяцы. В свою очередь наше командование решило что баржа данного типа никак не сможет пережить шторм такой силы и бойцы скорее всего погибли, даже родным и близким отправили телеграммы что солдаты пропали без вести.

Стандартный рацион

На барже мысли были совсем другие, солдаты думали что вот вот подойдет спасательное судно и вернет их на родину, а тем временем могучее течение относило баржу все дальше в глубь океана. Первый месяц прошел более-менее, на барже было немного еды и топлива из генераторов, солдаты соорудили себе кровать и спали там прижавшись друг к другу чтобы сберечь тепло. Второй месяц дрейфа проходил уже несколько сложнее, вода кончалась и глотки теперь делились не на один раз в день а на один в два три дня. третий месяц стал очень сложным, припасы полностью кончились и поэтому сержант принял решение варить и есть кожу с ремней и сапог. Кстати чтобы пища проходила к желудку более менее мягко - ребята намазывали варенные кусочки кожи - салидолом и глотали все это.

На что хочется обратить внимание - так это на выдержку и дисциплину которая соблюдалась все это время. У каждого были свои четкие обязанности, дисциплина была строгой - не было даже мысли о каннибализме или самоубийстве. Даже шумовые галлюцинации не могли подавить дух русского солдата.

Спасение

По окончании третьего месяца надежда начала гаснуть, и возможно все кончилось бы плачевно, но океаническое течение занесло нашу баржу почти к берегам США, и там их обнаружил американский авианосец, который как раз в это время шел на боевое дежурство.

Американцы в первые минуты не понимали: что, собственно, за чудо перед ними и что за люди плывут на нём?
Но ещё больший шок моряки с авианосца пережили, когда доставленный с баржи вертолётом сержант Зиганшин заявил: у нас всё нормально, нужно топливо и продукты, и мы сами доплывём до дома.На самом деле, конечно, плыть солдаты уже никуда не могли. Как потом говорили врачи, жить четвёрке оставалось совсем немного: смерть от истощения могла наступить уже в ближайшие часы. А на Т-36 к тому времени оставался один сапог и три спички.

Американские медики дивились не только стойкости советских солдат, но и удивительной самодисциплине: когда экипаж авианосца стал предлагать им еду, они съели совсем чуть-чуть и остановились. Съешь они больше, то сразу погибли бы, как гибли многие, пережившие долгий голод.

Герои или изменники?

На борту авианосца, когда стало ясно, что они спасены, силы окончательно оставили солдат — Зиганшин попросил бритву, но упал в обморок около умывальника. Брить его и его товарищей пришлось морякам «Кирсарджа».

Когда солдаты отоспались, их начал мучить страх совсем иного рода — на дворе-то была холодная война, а помощь им оказал не кто-нибудь, а «вероятный противник». К тому же к американцам в руки попала советская баржа.

Советские воины Асхат Зиганшин, Филипп Поплавский, Анатолий Крючковский и Иван Федотов, дрейфовавшие на барже с 17 января по 7 марта 1960 года, фотографируются во время экскурсии в городе Сан-Франциско
Капитан «Кирсарджа», кстати, никак не мог взять в толк, отчего солдаты так рьяно требуют от него погрузить на борт авианосца это ржавое корыто? Чтобы успокоить их, он сообщил им: баржу в порт отбуксирует другое судно.

На самом деле американцы потопили Т-36 — не из-за желания нанести вред СССР, а потому, что полузатопленная баржа представляла угрозу судоходству.
К чести американских военных, по отношению к советским солдатам они вели себя очень достойно. Никто не мучил их расспросами и допросами, больше того, к каютам, где они жили, приставили охрану — чтобы не докучали любопытные.

Но солдат волновало, что они скажут в Москве. А Москва, получив новости из США, некоторое время молчала. И это объяснимо: в Советском Союзе ждали, не попросят ли спасённые политического убежища в Америке, дабы со своими заявлениями не попасть впросак.
Когда же стало ясно, что военные не собираются «выбирать свободу», про подвиг четвёрки Зиганшина заговорили по телевидению, на радио и в газетах, и сам советский лидер Никита Хрущёв послал им приветственную телеграмму.

«Как на вкус сапоги?»

Первая пресс-конференция героев состоялась ещё на авианосце, куда вертолётами доставили около полусотни журналистов. Закончить её пришлось раньше времени: у Асхата Зиганшина носом пошла кровь.

Позже ребята дали массу пресс-конференций, и практически везде задавали один и тот же вопрос:
— А как на вкус сапоги?
«Кожа очень горькая, с неприятным запахом. Да разве тогда до вкуса было? Хотелось только одного: обмануть желудок. Но просто кожу не съешь: слишком жёсткая. Поэтому мы отрезали по маленькому кусочку и поджигали. Когда кирза сгорала, она превращалась в нечто похожее на древесный уголь и становилась мягкой. Этот «деликатес» мы намазывали солидолом, чтобы легче было глотать. Несколько таких «бутербродов» и составляли наш суточный рацион», — вспоминал потом Анатолий Крючковский.

Уже дома тот же вопрос задавали школьники. «Сами попробуйте», — пошутил как-то Филипп Поплавский. Интересно, сколько сапогов сварили после этого мальчишки-экспериментаторы в 1960-х?
К моменту прибытия авианосца в Сан-Франциско герои уникального плавания, продлившегося, по официальной версии, 49 дней, уже немного окрепли. Америка встречала их восторженно — мэр Сан-Франциско вручил им «золотой ключ» от города.

Советские воины, дрейфовавшие на барже с 17 января по 7 марта 1960 года (слева направо): Асхат Зиганшин, Филипп Поплавский, Анатолий Крючковский, Иван Федотов. Фото: РИА Новости

«Итурупская четвёрка»

Солдат радушные хозяева одели в костюмы по последней моде, и американцы буквально влюбились в русских героев. На фотографиях, сделанных в то время, они действительно смотрятся великолепно — ни дать ни взять «ливерпульская четвёрка». Специалисты восхищались: молодые советские парни в критической ситуации не потеряли человеческий облик, не озверели, не вступили в конфликты, не скатились до каннибализма, как это случалось со многими из тех, кто попадал в аналогичные обстоятельства.

А простые жители США, глядя на фото, удивлялись: разве это враги? Милейшие ребята, немного стеснительные, что только добавляет им шарма. В общем, для имиджа СССР четверо солдат за время своего пребывания в США сделали больше, чем все дипломаты.

Кстати, что касается сравнений с «ливерпульской четвёркой» — Зиганшин с товарищами не пели, но в истории отечественной музыки оставили след при помощи композиции под названием «Зиганшин-буги».
Отечественные стиляги, нынче воспетые в кино, создали песню на мотив «Rock Around the Clock», посвящённую дрейфу Т-36:
Как на Тихом океане
Тонет баржа с чуваками.
Чуваки не унывают,
Рок на палубе кидают.
Зиганшин-рок, Зиганшин-буги,
Зиганшин — парень из Калуги,
Зиганшин-буги, Зиганшин-рок,
Зиганшин слопал свой сапог.
Поплавский-рок, Поплавский-буги,
Поплавский съел письмо подруги,
Пока Поплавский зубы скалил,
Зиганшин съел его сандали.
Дни плывут, плывут недели,
Судно носит по волнам,
Сапоги уж в супе съели
И с гармошкой пополам…

Разумеется, сочинять подобные шедевры куда проще, чем выжить в таких условиях. Но современным режиссёрам стиляги ближе.

Слава приходит, слава уходит…

По возвращении в СССР героев ждал приём на высшем уровне — в их честь был организован митинг, солдат лично принимали Никита Хрущёв и министр обороны Родион Малиновский. Всех четверых наградили орденами Красной Звезды, про их плавание сняли фильм, написали несколько книг… Популярность четвёрки с баржи Т-36 начала сходить только к концу 1960-х.

Младший сержант Асхат Рахимзянович Зиганшин, рядовые Филипп Григорьевич Поплавский, Анатолий Федорович Крючковский и Иван Ефимович Федотов. Эта четверка соперничала в популярности с Гагариным и группой «Битлз».

Вскоре после возвращения на Родину солдат демобилизовали: Родион Малиновский заметил, что парни своё отслужили сполна.

Филипп Поплавский, Анатолий Крючковский и Асхат Зиганшин по рекомендации командования поступили в Ленинградское военно-морское среднетехническое училище, которое окончили в 1964 году.

Иван Федотов, парень с берегов Амура, вернулся домой и всю жизнь проработал речником. Его не стало в 2000 году.

Филипп Поплавский, поселившийся под Ленинградом, после окончания училища работал на больших морских судах, ходил в заграничные плавания. Он скончался в 2001 году.

Анатолий Крючковский живёт в Киеве, много лет проработал заместителем главного механика на киевском заводе «Ленинская кузница».

Асхат Зиганшин после окончания училища поступил механиком в аварийно-спасательный отряд в городе Ломоносове под Ленинградом, женился, воспитал двух прекрасных дочерей. Выйдя на пенсию, поселился в Петербурге.
Они не рвались к славе и не переживали, когда слава, коснувшись их на несколько лет, пропала, словно её и не было.

Но героями они останутся навеки.

P. S. По официальной версии, как уже говорилось, дрейф Т-36 продолжался 49 дней. Однако сверка дат даёт иной результат — 51 день. Есть несколько объяснений этого казуса. Согласно самому популярному, про «49 дней» первым сказал советский лидер Никита Хрущёв. Озвученные им данные официально никто оспаривать не решился.