Кошмарный сон депутата Госдумы (рассказ)

16.10.2017

Иван Иванович Петров, был солидным и уважаемым депутатом. Он с достоинством нес все 120 килограмм своего веса, обтянутого фирменным костюмом на голосование в думу. Мало кто из молодых да зеленых рисковал спорить со столь веским аргументом.

Иван Иваныч был не молод, богат и чертовски обаятелен, когда он смеялся то щеки с подбородком ходили ходуном от чего соседние дамы заливались смехом, говоря какой он милый в такие моменты. Правда злые языки утверждали, что виновато в этом не обаяние Иван Иваныча, а его кошелек. Но он им не верил, завидуют подлецы.

Так и летели размерено его дни, иногда Иван Иваныч сказывался больным, ну уж очень утомительно было сидеть в думе несколько часов подряд. Вот и сейчас стоя в буфете Госдумы он пытался сделать правильный выбор. С одной стороны, он устал и хотел денек полежать дома, а с другой молодежь на пятки наступает и конечно же сразу доложит, что его не было.

Валечка, зазывно сверкала зубками по ту сторону прилавка и показывая глазками на бутерброд с красной икрой. Иван Иваныч приосанился, взял бутерброд с икрой, подумал и взял еще.

И все бы было хорошо в его жизни, но вот одолела скука и нарастала она с каждым днем все больше и больше. Все доступные развлечения уже не радовали его душу, а нового ничего не было. Иван Иваныч вздохнул, засунул в рот второй бутерброд, смачно прожевал его и вытерся салфеткой.

Потом встал, махнул рукой и поехал домой.

Жена, как всегда, валялась на диване просматривая какой-то сериал, мельком подумалось зачем он женился то? На улице темнело и как-то особо сильно захотел депутат спать.

Дойдя до спальни, он сбросил одежду и лег в кровать, через пять минут послышался размеренный храп. Совесть чиновника была совершенно спокойной.

Бум, бум, хмык, странные звуки стучались сквозь сон. Что же там происходит подумал Иван Иванович и открыл глаза. И сразу же закрыл их обратно, над ним стояло что то, отдаленно напоминавшее родную тетку времен СССР, бигуди украшали несколько одутловатое лицо лет 40, халатик а-ля местная фабрика сразу вернул его к воспоминаниям детства.

Сплю

Облегченно подумал Иван Иваныч и перевернулся на другой бок, но тут в сон постучались, причем достаточно сильно и используя для этого бок чиновника. Какие сны натуральные, подумал он и получил следующий толчок в бок больше похожий на пинок, после этого сон начали вытрясать с него как с груши.

Иван Иваныч поразился такой наглости и решил все-таки проснуться. Он осторожно повернулся и открыл глаза. Тетка стояла перед ним и что-то говорила быстро-быстро, тараторя почти на незнакомом языке.

Иностранка мелькнуло в мозгу, но иногда он разбирал и русские слова. Тетка видимо устав замолчала на некоторое время и Иван Иваныч решил оглядеться.

Он лежал на старой кровати и его тело прикрывало застиранное одеяло, на стене весел ковер времен СССР 80 х годов, по стене полз таракан.

Он зажмурился опять в надежде все это развидеть и снова оказаться в своем уютном и шикарном домике на рублевке. Но таракан не хотел исчезать. В это время зарядившись, тетка перешла на визг и ему захотелось закрыть не только глаза, но и уши. Видимо приведению из 80 х этого показалось мало, и она начала трясти его за плечи с весьма не дюжей силой.

Иван Иваныч очнулся окончательно.

Я что тебе сказала, быстро иди в магазин и купи хлеб и масло, орала на него тетка.
Не ори на меня женщина

Попытался было рявкнуть в ответ Иван Иваныч, и тут же получил не плохой удар в ухо. Удар был приличным, но что хуже, достаточно унизительным. Иван Иваныч соскочил с кровати и решил было даже ответить, но тут он увидел, что вес его непонятным образом сократился раза в три, он замер от такого открытия. Не то что бы он не пытался похудеть, и даже сбросил в одно время 5 килограмм, но что бы так. Он быстро напялил на себя трико и футболку висящие на спинке стула, стоящего рядом и решил что нужно сходить в магазин и подумать над произошедшим по дороге, но главное избавится от этой ужасной особы, враждебно взирающей на него.

Особа как будто прочитала его мысли, взяла его за плечи, развернула и вытолкала в коридор, где Иван Иваныч увидел стоптанные кроссовки китайского производства и понял, что идти придется именно в них. Он быстро обулся и выскочил за дверь.

Обшарпанный подъезд встретил его запахом курева и тухлого мусора из сломанного мусоропровода. Он подошел к лифту и ткнул кнопку вызова. Наверное, лучше бы он пошел пешком, но он не сделал этого. Что-то заскрипело и явно двинулось в его сторону, потом раздался лязг, свист и двери открылись. С лифта подозрительно перло мочой, а стены были разрисованы каракулями местных неандертальцев, спешащих оставить память о себе на стенах пещер.

Иван Иваныч осторожно вступил в кабину и тут же почувствовал, как лифт заходил ходуном, нажав кнопку первого этажа он тут же пожалел о своем поступке. Кабина со стуком захлопнулась и пошла вниз, при этом ощущения были как будто делает она это в свободном падении. Он вспомнил сразу имена всех богов, даже древне греческих, и даже часть молитвы. Но произнести ее не успел, лифт остановился и двери открылись. Иван Иваныч понял почему русские никогда не боятся кататься на американских горках. Впереди его встретила кромешная темнота, робко ступив на пол подъезда ему почему-то подумалось что алкаши опять лампочку стащили. Продвигаясь наощупь по стене подъезда, он наконец добрался до входной двери и попытался найти кнопку домофона, который выпустил бы его наружу, но не тут-то было, через пять минут, когда он почти уже отчаялся дверь резко распахнулась и в нее ввалилось пятеро детишек, они с интересом посмотрели на него, ухмыльнулись признав своего и быстренько поскакали к лифту.

Иван Иваныч с облегчением вывалился на улицу.

Это была конечно не Рублевка с ее ухоженными улицами, рядом домов причудливой архитектуры и идеальными дорогами.

Но перед домом даже лежал асфальт, весь в ямах, но если не заострять внимания, то пробраться вполне можно было.

-Халтурщики, подумал Иван Иваныч, добираясь до ближайшей лавочки на обшарпанной детской площадке. Давно он не бывал в таких районах, в глубине памяти он еще смутно помнил, как живет народ, но реальность повергала его в шок. Он поднял голову, с высоты на него смотрел, серая высотка, не видавшая ремонта уже лет 40.

Депутат вздохнул и зажмурился, ему предстояло обдумать как он оказался в этом доме и самое главное в этом теле. А ведь он даже не знал, как сейчас выглядит.

Как он попал сюда? Его похитили? Но как можно похитить из тела? Не, он спит, крепко крепко спит, и надо всего лишь проснуться. Он затряс головой.

-Опа- послышалось над его ухом, -Никак Иваныч проспался.

Депутат открыл глаза, около него стояло две личности, отдаленно напоминающие человека. Обвисшее трико и сильный запах перегара делали их похожими на персонажей с комедий, которые он иногда видел по тв. Один был лысоват, высок и худой как жердь, другой же наоборот маленький и коренастый.

- Иваныч, а Иваныч проговорил тот что потрезвее, - Ты че?
- Я? –удивился депутат
-Ты – подтвердил собеседник и заржал, довольный своим остроумием.
-Ты кто? - Немного подумав спросил депутат

Плешивый обалдел и даже несколько секунд думал, что ответить.

- Ты что Иваныч? Это же я, Серега. И плешивый присел к нему на лавочку
- Что совсем допился? корешей своих не помнишь? он с тревогой посмотрел на собеседника.
- Не помню – Иваныч слегка втянул шею в плечи.
-Глянь Вань, денег занял и сразу не помнит.

Ваня стоял, пошатываясь и угрожающее взирал на депутата.

-Сколько? – автоматчики спросил депутат
- Смотри Вань и правда не помнит – плешивый засмеялся, сотку должен, вчера занимал.

Иван Иваныч полез в карман и достал сотку которую “тетка” дала ему на хлеб и молоко.

-Ух ты, Ванек живем – Серега восторженно защелкал языком.
-Иваныч пошли с нами, сейчас как вкатим – и они потащили его за руку куда-то в подворотню.

Вечером в зюзю пьяный Иваныч стоял перед своим подъездом, где и был подобран “теткой” уже без бигудей.

За день он успел наслушаться о жизни простого народа из первых уст, был почти избит этим народом, когда заикнулся что он депутат, его напоили какой-то жидкостью, которую в нормальном своем состоянии он даже в рот бы не взял. К концу дня он успел расчувствовался и проникнуться народным духом и даже несколько раз сказал непотребство в сторону того, о ком говорить нельзя. А под самый конец ему даже стало весело и уютно, как будто он попал домой, туда откуда он столько лет пытался выбраться на Рублевку.

Так и потекла жизнь бывшего избранника народа. Тетка оказалось достаточно милой и заботливой женщиной, которая прекрасно умудрялась готовить на те копейки что зарабатывал бывший чиновник и кажется искренне любившая своего непутевого мужа. Звали ее Люда и Иван Иваныч даже подумал, что надо бы ее забрать в особняк на рублевке, когда он вернётся в свое настоящее тело. Возникал вопрос, когда.

Первое время Иван Иванович верил, что вот сейчас он проснется и все будет по-прежнему, он даже попытался дозвониться до своего дома, на что ему ответили, что Иван Иваныча сейчас нет дома он на заседании в думе и когда вернется никто не знает.

Он так же помнил свое распоряжение всем говорить, что его нет дома, так что быстро оставил попытки пробиться к тому, кто был за него. И лишь иногда видел свое бывшее тело, выступающее по телевизору.

Серега с Ваньком оказались классными друзьями, они все понимали. И когда Иван Иваныч рассказывал о своей прошлой жизни на рублевке, только качали головами и подливали.

Через некоторое время пересталось хотеть икру и другие деликатесы, и бывший чиновник с удовольствием поедал пельмешки из непонятного мяса в своей требующей уже лет 10 ремонта кухне. Он даже вбил один раз гвоздь своими руками, и видел, как Люда им гордилась. Привык жить на одну зарплату, перехватывать деньги в долг и ругать власть. А на Новый год даже напился и упал лицом в салат.

Короче стал Иван Иваныч простым русским Иванычем, и стало ему казаться что жил он так всю свою жизнь, а про депутатство и дом на Рублевке ему приснилось.

И все бы было хорошо, но … стало ему плохо в один из дней, приехала за Иванычем скорая да отвезла в дежурную больницу, которую уже не ремонтировали лет 20 и из лекарств в которой был только аспирин. Осмотрела его девочка, практикантка которую даже к кошкам подпускать нельзя, пожала плечами и выписала тот самый аспирин. И тут Иваныч понял, что все, конец ему наступил, и стал так жарко молиться богу, как никогда не молился.

А в общем то не молился он вообще никогда в своей жизни. И видимо бог его услышал, впал Иваныч в забытье, а когда открыл глаза то не поверил он им, лежал он в своей комнате на Рублевке, в окно пробивались утренние лучи. Иваныч зажмурился думая, что он уже на том свете. В комнате было тихо, лишь где-то недалеко что-то постукивало.

Открыл он глаза снова и начал тихонько себя ощупывать, щеки, подбородок и живот вернулись на свое место, так же как не поворотливость и одышка. Иваныч попробовал сеть, тело спокойно повторяло любое движение. Он встал и пошел к двери ожидая увидеть за ней как минимум приемную в Рай или Ад. Но за дверью суетилась домработница Даша и чертей не наблюдалось. Иван Иваныч вздохнул с облегчением. Даша улыбнулась призывно и спросила, что он хочет на обед с удивлением услышала, что тарелку пельменей и водку. Но вопросов не задавала и быстренько убралась на кухню.

С тех пор ходят разные слухи о Иван Иваныче Петрове. С Госдумы его выперли почти сразу же, он пытался продвинуть законопроекты в пользу народа, коллеги посчитали что немного свихнулся и быстренько заменили его на молодого и прыткого, который только начал строительство дома на Рублевке. Говорят, что видели его в Москве подающим милостыню почти каждому алкашу и даже шепотом рассказывали, что человек похожий на Иван Иваныча пил с кем-то на лавочке. С женой фотомоделью бывший чиновник развелся и женился на тетке, преклонного возраста которая готовит оливье и иногда пугает обитателей Рублевки бигудями. Мутная короче история приключилась с народным избранником Петровым .

Ах, да зачастил он еще в церковь, говорят иконы целует да пол головой бьет.

И такое бывает …

Автор: Наталья Мальцева