Тюльпаномания: деньги, честь и знания в Золотой век Голландии

Согласно записям хрониста Теодора Велиуса летом 1633 года один из жителей нидерладского города Хорн обменял свой каменный дом на 3 луковицы тюльпана.
Есть ли этому разумное объяснение? Есть, «Тюльпаномания». Разумное ли оно? Не нам, влюбленным в цветы, судить, но мы постараемся рассказать об этом явлении объективно и беспристрастно, насколько хватит профессиональной сдержанности у вдохновленных цветочниц.

Самое древнее упоминание о Тюльпане встречается в староперсидских баснях ХI века. Впервые начали возделывать тюльпаны в Персии. Из Персии тюльпан попал в Турцию, где его очень полюбили султаны. Считается, что цветок был завезен в Европу из Константинополя в 1550-х годах австрийским послом в Турции. Большая партия луковиц была отправлена в Венский сад лекарственных растений, которым руководил фламандский ботаник Карл Клузиус. Он активно занялся селекцией цветка, получившего название в честь восточного головного убора «тюрбан» (от турецкого tulbend).

Английский писатель и историк Майк Дэш и Энн Голдгар, профессор ранней современной истории Королевского колледжа Лондона, посвятили этому культурному и экономическому феномену целые книги: «Тюльпаномания» и «Тюльпаномания: деньги, честь и знания в Золотой век Голландии» соответственно.

Тюльпаны простых, распространённых сортов были относительно недороги: две сотни луковиц, отправленные в подарок турецкому султану в 1612 году, оценивались всего в 57 гульденов. Катализатором «тюльпаномании» стали «Тюльпаны Рембрандта» (Rembrandt Group) — цветы пестрой окраски с причудливыми штрихами и пятнами на лепестках. В XVII веке такая окраска возникала в связи с поражением луковиц вирусом пестролепестности. Больные цветы были самыми красивыми и дорогими. Именно их изображали на картинах художники, и картины стоили дешевле, чем луковицы этих тюльпанов.

Благодаря тому, что эти тюльпаны становились популярным мотивом в голландской живописи, позднее они были объединены в класс, названный именем самого известного местного художника — Рембрандта.

Самым же известным пестролепестным сортом, олицетворением тюльпаномании, стал красно-белый ’Semper Augustus’ (Август навсегда): в 1624 году за одну его луковицу предлагали 3000 гульденов, на эти деньги можно было купить: 8 упитанных поросят, 4 вола, 12 откормленных овец, 24 тонны пшеницы, 48 тонн ржи, 2 бочки вина, 4 бочки пива, 2 тонны масла, 500 килограммов сыра, кровать с матрасом и постельным бельем, костюм, серебряную кружку и еще — корабль, который смог бы увезти все это.

Однако вирус, породивший необычный сортовой признак, привел в итоге к вырождению «поврежденных» тюльпанов. Из всех «пестролепестных» сортов до наших дней дожил лишь ‘Zommerschoon’.

Его луковица — один из древнейших сортов частной коллекции реликтовых луковичных декоративных культур Hōrtus Bulbōrum (лат. «луковичный сад» или «сад луковичных»), расположенной на южной окраине нидерландского городка Лиммен. В саду площадью всего полтора гектара, основанном в 1928 году, культивируется около четырёх тысяч сортов и форм луковичных растений селекции XVI–XIX веков.

Пестролепестность культивируемых в XXI веке сортов обусловлена не вирусом, а искусственно вызванными мутациями.

Но, как и обещали, отвлечемся от темы красоты и уникальности тюльпанов Рембрандта и поговорим о спекуляциях и тюльпановом безумии.

Страсть к коллекционированию редких сортов была скорее дорогим увлечением узкого круга людей состоятельных, рассматривавших редкие сорта тюльпанов как произведения искусства. После того как в 1634 году садовники-селекционеры выпустили на рынок особенно много новинок, цены на прежних фаворитов рынка снизились, а с ними снизился и порог вхождения в рынок для новых участников. Количество участников торгов быстро росло, и в течение двух лет в тюльпановом бизнесе произошли качественные изменения.

На биржах стали продавать не только «живые» тюльпановые луковицы, но и ещё не выросшие. Это было связано с тем, что купить молодые луковицы можно только с июля по октябрь, уже укоренившиеся луковицы выкапывать или пересаживать нельзя.

Чтобы обойти наложенные природой ограничения, осенью 1634 года голландские садовники начали торговать луковицами в земле — с обязательством передать выкопанные луковицы покупателю в следующее лето.

Также заключались сделки на будущее, где люди обязывались покупать или продавать оговоренное количество тюльпановых луковиц за оговоренную сумму в назначенное время в будущем (если говорить современным языком — использование опционов). Именно использование опционов явилось одной из причин образования «мыльного пузыря» и его спада. Опционы, по-видимому, снизили еще больше порог вхождения новичкам на рынок, который ранее был для них закрыт. В таких сделках продавались не только не выросшие «дети»уже посаженных луковиц, но и луковицы которые ещё только предстояло посадить будущей осенью. Сделки эти называли «торговлей ветром» (англ. «wind handel»). Словом, кипела настоящая биржевая жизнь, в которой спекулировали не акциями, а тюльпанами. Многие голландцы ведомые тюльпаноманией продавали единственное имущество только для того, чтобы купить пару тюльпановых луковиц и позже продать их подороже.

Тюльпаномания завершилась в первую неделю февраля 1637 года, когда рынки по купле продажи-луковиц всех городов Голландии обвалились окончательно и бесповоротно.

Этому предшествовало известие о битве при Виттштоке: военные действия в Тюрингии и западногерманских княжествах возобновлялись, а значит, голландцы теряли доходный рынок сбыта. Более того, рынок пополнился редкими сортами, от которых спешили избавиться немецкие аристократы.

Таким образом цены на реальные луковицы резко снизились, но началась спекулятивная игра, в которой начинающие спекулянты перепродавали друг другу контракты и рассчитывали получить прибыль от роста цен, а цветоводы и богатые любители, владеющие реальными луковицами и знающие их реальную цену, рассчитывали заработать, если не на продаже луковиц, то на отступных с незадачливых покупателей.

Читать продолжение: http://lavkazelenogorsk.ru/blog/tulipmania