Даррен Аронофски рад званию автора самого плохого фильма века

22.10.2017
Режиссер экзистенциального хоррора «мама!» признался, что отрицательная критика его не задевает.

В разговоре со студентами киношколы Loyola Marymount Даррен Аронофски коснулся темы негативной критики в отношении его фильма «мама!». «Моя любимая рецензия — из New York Observer, где Рекс Рид написал: „Это худший фильм века“. Для меня это победа. В том смысле, что наконец-то я на вершине списка! Ему не понравился и  «Черный лебедь» , которого он назвал „гадким утенком“».

Даррен Аронофски / Фото: Getty Images
Даррен Аронофски / Фото: Getty Images

Аронофски говорит, что рецензии не читает. «Стараюсь избегать. Меня все это не очень-то интересует. Задача режиссера — снять фильм и передать его миру лучшим из всех возможных способов с привлечением всех ресурсов. И потом будь что будет».

Критики могут менять свою точку зрения на фильмы, ну а время порой вносит свои коррективы. В качестве примера Даррен Аронофски приводит драму «Фонтан». «Долгое время после выхода ее ненавидели, над ней смеялись и издевались. Но ни у одного другого моего фильма нет таких преданных поклонников, как у „Фонтана“».

Режиссер с горечью вспоминает проблемы, связанные с «Фонтаном». За семь месяцев до начала съемок из проекта выбыл Брэд Питт. Почему актер ушел? «Знаете, мне кажется, что такие вещи всегда связаны с отсутствием уверенности в проекте. Можно это назвать так, можно страхом, а можно и отсутствием веры в фильм. Отказ всегда дается трудно, и потом с этим непросто жить». Работа над лентой велась в Австралии, где можно было хорошо сэкономить на налогах. Аронофски вылетел в Лос-Анджелес, чтобы переубедить Питта. «Мы встретились, и я отметил, что он отрастил бороду. Подумал, может, еще не все так плохо. Но я ошибался».

Даррен Аронофски и Хью Джекман на съемках «Фонтана»
Даррен Аронофски и Хью Джекман на съемках «Фонтана»

В какой-то момент съемки пришлось остановить из-за проблем с бюджетом, но съемочная группа оказалась настолько предана картине, что рабочие приносили на площадку собственные гвозди, чтобы дорабатывать декорации. К сожалению, тогда, в 2002-м, ничего не вышло. Декорации в Австралии пошли с молотка, а Аронофски уехал в Новый Орлеан. «Я сидел на веранде дома, пил джин с тоником, пялился на кладбище вдалеке. И тут мне позвонил Сильвестр Сталлоне. И он такой: „Как дела? Хочешь, заезжай ко мне?“ Он подставил мне свое мускулистое плечо, в которое я выплакался!» Интересно, что режиссер не был знаком с актером, но начал подумывать, не позвать ли его на главную роль в свой проект «Рестлер». Однако в итоге Аронофски вернулся к «Фонтану» и написал новый сценарий, который требовал 30 млн долларов бюджета вместо 75 миллионов.

После «мамы!» снова встал вопрос о религиозности режиссера. «Я работаю с библейскими сюжетами, потому что я рассказчик и люблю истории. А в Библии множество историй, мифов о создании, которые принадлежат одинаково всем. Меня не интересует, кому это принадлежит и что было на самом деле. Вся сила в самой истории. Икар — идеальный пример. Я произношу его имя, и все понимают его смысл. Никто не думает, надевал ли он крылья и подлетал ли к солнцу. Так что моя вера в историях». Любимой историей Аронофски называет легенду о Ное, которой он посвятил пять лет жизни.

Даррен Аронофски и Рассел Кроу на съемках «Ноя»
Даррен Аронофски и Рассел Кроу на съемках «Ноя»

Интересно, что при работе над «мамой!» режиссер не прибегал к помощи раскадровок. «Камера постоянно находится в движении, что делает раскадровки невозможными. Вот что мы сделали: репетировали три месяца, а за две недели до начала производства сняли весь фильм без склеек. Никаких костюмов, грима. Просто актеры ходили по импровизированной декорации. Конечно, когда мы оказались внутри дома, то многое пришлось изменить, но такого рода домашняя работа позволила нам хорошо подготовиться».

Постпродакшен фильма занял 53 недели. Аронофски рассказывает, что режиссеров часто спасают общие планы. К ним всегда можно обратиться, если у фильма какая-то проблема. Но в «маме!» не было таких планов. Более того, в монтажной оказалось, что Аронофски наснимал 66 минут крупных планов лица Дженнифер Лоуренс. «И в этом фильме 1200 визуальных эффектов — больше, чем в  «Ное». Но вы этого не видите».

Источник: kinopoisk.ru