Смешные истории из путешествий

16.10.2017

Как-то я взялась перечитывать свои рассказы, и обнаружила, что некоторые маленькие подробности оказались «за кадром». Тогда я решила все, что вспомнилось смешного в поездках, записать, и перечитывать по мере плохого настроения. Может, и вам пригодится!

1. Вена, зима. За известной Капуцинеркирхе (церковью, которую очень любил рисовать Гитлер), выходим на большую площадь. На ней – огромный, поражающий воображение монумент: колоннада полукругом, обелиск, а на верхушке обелиска – золотая фигура солдата в каске с флагом. Во всем этом нам почудилось что-то знакомое, и мы потопали к памятнику поближе. А надо сказать, что зима в том году в Вене была абсолютно «нашей»: очень снежной, и венцы вообще не успевали расчищать все эти завалы. Соответственно, к памятнику не пробиться. Меня это не смутило, и как только я увидела на вершине памятника русскую надпись, я рванула вперед прямо по сугробам, которые доходили по колено. Муж за мной еле поспевал. Так и есть – памятник советским воинам, в самом центре Вены, и на всем монументе – ни единого слова по-немецки – все на русском. Кстати говоря, по договору 1945 года, венцы обязаны всю эту махину содержать пожизненно.

Тут началось самое смешное: увидев, как яростно мы пробиваемся к памятнику, потом читаем надписи, потом ползаем по сугробам с целью поймать выгодный ракурс, за нами увязалось несколько немцев-приезжих, сквозь сугробы, даже по нашим следам, они прошли с большим трудом, надписей не поняли, и обратились с нам за разъяснением: а что, собственно, за памятник. Мы, как смогли, объяснили. С уважением глядя на яростно протоптанные нами дорожки вокруг памятника, сказал: «Теперь понятно, почему вы выиграли вторую мировую войну».

2. Экскурсия по Помпеям. Нашу группу заводят в античный публичный дом. Внутри малюсенькие каморки, половину каждой занимает каменное лежбище. Гид рассказывает, что на 30-тысячное население города приходилось около 200 борделей. Одна из дам в нашей группе произносит: «Это правильно, что небеса покарали Помпеи, они все были грешниками». Ее подруга дергает ее за рукав: «Тише, еще неизвестно, куда мы вернемся».

3. Рим, мы с мужем садимся в поезд, чтобы доехать до побережья. Смутно знаем, что выходить нужно кажется, на шестой остановке, но не уверены, в тот ли поезд мы сели. Спросить некого – кругом одни итальянцы, не знающие английского. Вдруг в поезд заходит девушка и спрашивает у нас что-то на итальянском. Мы на английском – не понимаем. Она на ломаном английском – это поезд до Неттуно? Мы – сами пытаемся узнать. Она – сейчас спросим. Поворачивается к соседу, спрашивает, переводит нам – да, до Неттуно, едете правильно. Мы на английском – а как бы нам прокомпостировать билеты? Девушка ведет нас обратно на перрон, показывает и рассказывает на английском, как компостировать билеты. Возвращаемся в вагон. Девушка расспрашивает, куда едем, понравился ли нам Рим, все на ломаном английском. И тут у нее звонит телефон, она берет трубку и отвечает на чистейшем русском: «Да, дорогая, я тоже тебя слушаю». Муж: «О, как!» Она: «Вы что, тоже русские?!»

4. Рим, магазин мужской одежды, куда мы зашли купить костюм мужу. Продавцы обхаживают нас уже длительное время, и уже уговорили приобрести, кроме костюма, несколько рубашек и галстуков. Один из них выносит еще и мужское пальто. Мы неуверенно начинаем отказываться, но пальто каким-то образом оказывается на муже, продавцы втроем умильно складывают ручки и хором восклицают: «Хамфри Богарт!» Ну, как было не купить и это пальто тоже!

5. Карловы Вары. Мы с мужем живем в санатории центре города. С нами за столом сидит пожилая пара наших эмигрантов, которые уже 10 лет живут в Израиле (таких среди отдыхающих в Карловых Варах большинство). Узнав, что мы из России, дама за обедом пододвигает мне свои яблоки со словами: «Берите-берите, кушайте, а то зима скоро, у вас фруктов не будет, когда еще поедите».

6. Те же и там же. Дама за столом спрашивает у меня: «А какие источники вам прописал врач? Я вам советую третий, шестой, и двенадцатый, моя тетя пила в прошлом году, и ей помогло». Это не спрашивая, болею ли я, собственно, чем-либо, и нуждаюсь ли в ее совете, без наличия медицинского образования. Позже в бассейне я слышала, как она советовала тетке с опухолью чаще посещать сауну.

7. Тунис. Осматриваем катакомбы, в которых прятались первые христиане. Они удивительно похожи на бомбоубежища (как их показывали в военной хронике, в метро), что один молодой человек из группы и озвучивает, мы хихикаем. Наш гид, араб, чутко реагирующий на все наши эмоции, спрашивает у меня: что такое смешное сказал этот мальчик. Я задумываюсь: слова «бомбоубежище» я не знаю, в обсуждение включается вся группа, бурно обсуждая, как объяснить арабу, что мы имели в виду. Гид начинает хмуриться, потому что не понимает шутки. Вдруг оживляется тот самый мальчик, что высказался про бомбоубежище: он голосом и руками изображает сначала полет самолета, потом показывает, как падают бомбы. Видимо, араб смотрел военные фильмы, потому что сразу понял, о чем идет речь! Инцидент был исчерпан.

8. Стамбул. Берегитесь чистильщиков обуви! Они будут приставать к вам на каждом шагу, предлагая свои услуги, при этом разговор начинается вроде бы безобидной фразой «Where are you from», то есть «Откуда вы». Если вы опрометчиво скажете, откуда, чистильщик на весьма ломаном вашем языке будет приставать дальше. Мы с мужем сидим на скамейке, любуемся мечетью. К нам скачками приближается чистильщик с воплем «Where are you from». Я уже начинаю подниматься со скамейки, чтобы позорно сбежать от настойчивого дядьки, когда мой муж произносит: «From Nicaragua» (Из Никарагуа). Чистильщик впадает в ступор и медленно уползает прочь.

9. Стамбул. Мы стоим напротив ковровой лавки, смотрим на ковры. К нам подбегает продавец и пытается всучить ковер «ручной работы», мы машем руками и отходим на безопасное расстояние. Следующей жертвой становится пожилая пара немцев. Продавец увлеченно повествует немцам, как долго этот ковер плели молодые красивые турчанки, какие растительные краски, приготовленные по древнему рецепту, применялись для изготовления ковра, как эти краски со временем будут становиться все интенсивнее (все дело в старинной рецептуре!), как этот ковер будет украшать дом немцев долгие десятки лет, а то и сотни, и как этот ковер будет дорожать каждый год, потому что сделан он вручную и в единственном экземпляре. Когда разговор заходит о цене, немцы сначала пугаются, а потом долго торгуются, в итоге ковер уходит за 500 долларов (против 2 000, которые были заявлены сначала). Довольные немцы уходят с покупкой, а продавец достает из подсобки еще один точно такой же ковер, бросает его на пол, критично осматривает, остается чем-то недоволен, достает из кармана пачку маркеров и начинает добавлять интенсивности «древним» краскам. Потом выкладывает ковер на витрину и опять начинает выкрикивать: «Только у нас! Лучшие ковры, изготовленные по старинным рецептам!»

10. Стамбул, крытый рынок. Я давно хотела купить турецкую бирюзу, и вот такая возможность представилась. Мы ходим мимо витрин, и, как только находим то, что нравится, заходим в лавку и начинаем разговор. Продавец достает приглянувшееся нам ожерелье, и называет цену – дорого. Мы начинаем торговаться, приводим разные доводы, и цена медленно начинает снижаться, при этом продавец добавляет к ожерелью браслет и серьги, потом кулон и цепочку, потом еще два браслета, потом еще один кулон, типа до кучи. Мы то делаем вид, что собираемся уходить, то хаять товар, продавец же машет руками, предлагает яблочного чаю и добавляет в кучку все новые и новые вещи. Внезапно в лавку врывается пара японцев, которые начинают тыкать пальцами в ожерелье на моей шее и требовать точно такое же, несколько штук. Продавец виновато смотрит на нас – мы не возражаем, если он быстро разберется с японцами. Японцы берут несколько ожерелий, практически не торгуясь, уходят. Довольный продавец приступает к нам, довольно потирая ручки, но тут в разговор опять вступает мой муж со словами: «Моя жена принесла удачу твоему магазину!» Ну, как тут было устоять продавцу – вся куча серебра и бирюзы отправилась вместе с нами по цене в 4 раза меньше той, что была заявлена!

11. Манера стамбульских таксистов искать клиентуру вызывает нервный смех у непривыкших людей. Происходит это следующим образом: вы идете себе по улице, любуетесь культурными ценностями, наслаждаетесь беседой или просто дышите воздухом, как вдруг прямо над вашим ухом раздается громкий сигнал. Подпрыгнув почти до олимпийского рекорда, вы с ужасом оборачиваетесь и видите радостно скалящегося турка за рулем ярко-желтой машины. Это он предложил вам поехать на такси, чего, мол, по такой жаре бродить.

Когда вы отрицательно качаете головой или вообще не реагируете на потуги водителя обратить на себя внимание, и идете дальше, машина продолжает ехать за вами и сигналить, причем в эти минуты выражение лица у водителя такое, как будто вы только что своими циничными ручонками забрали у него последний кусок хлеба и плюнули в душу. Спустя какое-то время машина, естественно, резко газует и уезжает, а ее место занимает следующее внезапно подъехавшее такси.