Игра в китайского "болванчика"? - 3

02.12.2017

В мире существует слишком много интересного, и конечно, есть люди, которые этим интересным занимаются на профессиональной основе. Так, когда были найдены таримские мумии, сведения об этой находке вызвали оживлённый интерес не только археологов, но и людей самых разных. Однако, о таримцах - тохарцах до этой находки было известно не только историкам, а и другим учёным, например, археологам и лингвистам...  Сегодня я хочу познакомить вас с книгой Л.М. Сверчкова "Тохарцы древние ендоевропейцы в Центральной Азии", с лингвистом Светланой Бурлак и с видеороликами о Тохарах.

История изучения и лингвистический анализ тохарских языков

Тохарские языки стали известны благодаря находкам в Восточном (Китайском) Туркестане текстов, написанных на пальмовых листьях, бумаге и деревянных табличках особым типом центральноазиатского наклонного письма брахми. Уникальные природные особенности способствовали удивительной сохранности рукописей, собранных в развалинах городов и поселений на северной окраине пустыни Такламакан.

Как выяснилось позже, в основном это были переводы санскритских буддийских текстов, письма, хозяйственные монастырские документы, магические, гадательные и медицинские наставления. В 1892–1893 гг. академик С. Ф. Ольденбург впервые опубликовал фотографию текста «на неизвестном языке», переданную ему русским консулом в Кашгаре Н. Ф. Петровским. Уже тогда Н. Ф. Петровский предложил обратить внимание на сведения античных источников о народе тохарах, обитавших в древности восточнее Хотана. В конце XIX – начале XX в. большое количество манускриптов было доставлено также в музеи Западной Европы, где к их изучению могли приступить специалисты — лингвисты и палеографы. А. А. фон Лекок и Ф.-В.-К. Мюллер предположили индоевропейскую основу неизвестного языка, а в 1908 г. выдающиеся исследователи Э. Зиг и В. Зиглинг подтвердили его индоевропейский характер, назвав этот язык «тохарским», составили первую грамматику и определили наличие двух диалектов — А (восточный) и В (западный) (Литвинский, 1984, с. 10; Литвинский, Терентьев-Катанский, 1988, с. 68; Иванов, 1992б, с. 222–226; Назирова, 1986). Большим событием стала публикация в 1958 г. В. С. Воробьевым-Десятовским фрагмента санскритско-тохарского В словаря из собрания Н. Ф. Петровского (Рерих, 1963, с. 122).

И этот словарь, и пометки переводчиков на полях и оборотной стороне рукописей свидетельствуют о том, насколько серьезное внимание уделялось распространению буддизма, и насколько ответственно обитатели монастырей относились к самому процессу перевода священных книг. Помимо буддизма, тохарские языки служили также для проповеди манихейства, что подтверждается находкой двух уникальных текстов середины X в. Один из них двуязычный (тохарский В и древнетюркский) с гимном Мани, второй (среднеперсидский) содержит гимн, обращенный к Иисусу (Иванов, 1992, с. 260–261).

Всего к настоящему времени насчитывается приблизительно 3200 документов и их фрагментов, из них около 500 на тохарском А. Рукописи с текстами на тохарском В (западнотохарском) найдены в районах Кучи, Карашара и Турфана, на тохарском А (восточнотохарском) — около Карашара и Турфана. Датируются они, в основном, VI–IX вв., однако старейший манускрипт из Кучи, написанный в архаичной манере, может быть отнесен к VI в., не исключено, что к V в. н. э. Последние по времени тохарские тексты датируются X и, вероятно, даже XI в. (Carling, 2005, с. 47–48). В VII в. тохарский А был уже мертвым языком, совершенно непонятным для носителей тохарского В и сохранялся только в монастырях востока Таримского бассейна, где использовался для литургий . [К середине X в. та же участь постигла тохарский В, когда переписчики просто копировали священные тексты, не постигая их смысла.]

В результате фонологического анализа в тохарском В выделяется три диалектные группы: восточная, престижная центральная и наиболее архаичная западная (Winter, 1955, с. 224; Иванов, 1992б, с. 242, 269). Т. Барроу на основании изучения документов III в. из города Ния — столицы государства Крорайна (Лоулань) пришел к выводу о возможности существования в южных областях бассейна р. Тарим третьего тохарского языка — тохарского С (Burrow, 1935, с. 675).

Многие ученые отрицали само определение «тохарские» по отношению к языку документов из Кучи, Карашара и Турфана как не отражающее самоназвание народа, оставившего эти тексты. Все осознавали искусственность построения подобного рода, когда «неизвестному языку» присвоили имя тохарского, руководствуясь данными греко-римских письменных источников. В античной традиции известны только три народа, которые можно приурочить к территории Китайского Туркестана — серы, тохары и фруны (или фауны). Ход дальнейших рассуждений крайне прост: коль скоро язык рукописей индоевропейский (но не иранский или индийский), а серы — это китайцы, фруны — гунны, как полагало почему-то большинство исследователей, значит, тексты оставили тохары 5.

В 1938 г. В. Б. Хеннинг проанализировал документ 2-й половины VIII в., написанный на так называемом «хотано-сакском» языке и содержащий перечень народов, среди которых упоминаются «ttaugara», а также обратил внимание на периодически встречающееся в различных текстах название народа или области «четыре Ttωγr(y)». По мнению автора, эта область соответствует владению Argi или Arki (санскритское название Agni), располагавшемуся в восточной части Таримского бассейна, и именно с ее обитателями следует связывать восточнотохарский язык А (Henning, 1938; Gershevitch, 1981, с. 697–698). С тех пор определение «тохарский» по отношению к языку восточно-туркестанских манускриптов, хотя и с определенной долей скептицизма, прочно вошло в научный обиход и сохранилось даже тогда, когда было относительно точно установлено самоназвание носителей тохарского А языка — «ārsí» и тохарского В языка — «kučaññe» (кучанский) 6.

В последующий период дискуссия по поводу тохарских языков, их названия, географии, этнического определения, участия в исторических процессах, происходивших в Центральной Азии, приобрела совершенно ожесточенный характер...

Для историков камнем преткновения стал вопрос о том, как совместить отрывочные сведения греко-римских античных источников о тохарах с не менее краткими данными китайских хроник о владениях и обитателях Западного края, и какое отношение они имеют к носителям тохарских языков. В итоге дискуссия не принесла ощутимых результатов, показав всю сложность проблемы, получившей название «тохарской». Суть ее замечательно сформулировал И. Умняков: «Вопрос о тохарах в целом основан на сравнительно небогатом фактическом материале, и большинство высказываний имеет значение провизорных гипотез, которые, однако, стимулируют дальнейшее изучение. При современном состоянии наших знаний все рассуждения о тохарах, их языке и происхождении не будут убедительными, пока 1) не будет произведен полный анализ лингвистического материала, добытого в Восточном Туркестане, 2) не будут приведены в известность еще неиспользованные китайские источники о тохарах (=юе-чжи) и еще раз проверены запутанные взаимоотношения раннекитайских и западных сведений о тохарах и, наконец, 3) не будет выяснен преобладающий среди них антропологический тип» (Умняков, 1940, с. 193). В качестве четвертого пункта хотелось бы добавить проведение археологических исследований.

Лингвисты, в отличие от историков, опирались на реальный фактический материал, благодаря чему достигли существенного прогресса в определении природы и места тохарского языка в общей индоевропейской семье. После того как было установлено наличие двух тохарских языков (а не диалектов), отличающихся необыкновенной архаичностью, выяснилось, что они относятся к западной группе centum индоевропейских языков 7. Этот факт особенно сильно впечатлил исследователей, поскольку подрывал саму основу сравнительного языкознания — традицию деления индоевропейских языков на языки centum и языки satem...

...Как всегда, совершенно оригинальную идею о происхождении тохаров предложил в 1962 г. удивительный ученый В. Б. Хеннинг (1908–1967). Изначально прототохары представляли собой большой и многочисленный народ, состоявший из многих племен, говоривших на различавшихся между собой диалектах. Поскольку архаичные тохарские языки отделились от общеиндоевропейской общности относительно рано, они непременно должны были попасть в сферу ближневосточного влияния и, соответственно, оставить следы в письменной традиции Месопотамии. Если индоарии после распада индоиранского единства обнаруживаются в источниках около 1500 г. до н. э., значит, мы вправе ожидать упоминания о тохарах в 2000 г. до н. э. или даже раньше. В этой связи автор обращает внимание на имя страны и народа Guti (Kuti) или Gutium (Kutium), впервые встречающееся в клинописных документах, относящихся концу раннединастического периода (XXIII в. до н. э.), аккадской династии времени правления Нарам-Сина — одного из величайших завоевателей в истории Вавилона.

В. Б. Хеннинг приводит отрывок из «Хроники Вейднера», где описываетсяярость бога Мардука, обращенная против Нарам-Сина, орудием которой выступают орды Gutium. Под ударами гутиев Аккадское царство пришло в упадок и пало, в Месопотамии наступил период правления т. н. «кутийской династии» (около 2100 г. до н. э.), длившийся, по разным подсчетам, 91 или 124–125 лет. Для управления подчиненными территориями гутии избрали местом своего пребывания горы Западного Ирана, где-то в долине Нижнего Заба, и пришли они туда относительно недавно, еще при жизни Нарам-Сина. В. Б. Хеннинг отдает должное мнению германского ученого А. Унгнада о приходе гутиев с Востока, точнее, из «Русского Туркестана», но сам рассматривает в качестве вероятной точки исхода степи Южной России, откуда гутии проникли в Месопотамию через Дербентский перевал10 (Henning, 1978, с. 217–219).

После ухода гутиев из Месопотамии какая-то часть этого народа осталась на северных границах, и время от времени упоминания о них, нередко в качестве объекта работорговли, можно найти и в последующие эпохи. Часто в древних текстах, к примеру, в надписи Хаммурапи (1792–1750 гг. до н. э.), указывается на физическое и этническое отличие пограничных народов, «чьи холмы далеки и чьи языки странны», от жителей «нижних земель». Надпись Хаммурапи наряду с Gutium содержит название страны Tukriš, чьи земли располагались где-то к востоку или северовостоку от Gutium. Также Tukriš (вместе с Gutium) и ее царь Kiklipatalli упомянут в повести из Богазкёя о доисторическом царе Элама. Постоянно проявляющаяся территориальная и хронологическая взаимосвязь Гутиум и Тукриш позволила В. Б. Хеннингу предположить, что «Tukri and Guti were two closely allied brother nations that came together to Western Persia and who left it together shortly before the end of the third millennium» (Henning, 1978, с. 220–221). В самом конце III тыс. до н. э. эти народы мигрировали из Западного Ирана в Китай, где рассеялись на обширном пространстве от Китайского Туркестана до провинции Ганьсу западнее р. Хуанхэ11.

Часть населения стала вести оседлый образ жизни, другая часть — кочевой, что со временем, наряду с географическим фактором, обусловило языковое обособление. Из Западного Ганьсу более подвижные кочевники продвинулись дальше на восток, где около II в. до н. э. попали в поле зрения китайских хронистов, которые зафиксировали их самоназвание Guti двумя иероглифами, звучащими в современном китайском как Yüehih. Таким образом, Guti (отсюда Kuči) и Yüe-chih абсолютно эквивалентны, тогда как название Tukri идентично позднейшим Tuγri и Tuχār. В позднейшее время как Tuγri, так и Kuči могли служить для политического и географического обозначения всей страны, протянувшейся от Кучи до Турфана и известной как «Земля четырех Tuγri»: Kuči (тюрк. Küsän) на западе, Argi/Qarašahr на востоке, Turfan на северо-востоке и район к северу от Турфана — Bišbalik (Henning, 1978, с. 221–226).

www.bulgari-istoria

Из статьи Отпечатки мозга

...Как сообщает сайт МГУ, «основная область научных интересов С. А. Бурлак — сравнительно-историческое языкознание, в особенности тохарские языки». На этих языках говорили народы, жившие на западе нынешнего Китая. Тохар не существует уже много веков. В другой справке про Светлану написано: «Изучает мертвые бесписьменные языки…» Света очень возмущалась: мол, как же я должна его изучать, если он и мертвый, и бесписьменный одновременно!

Но если говорить о происхождении языка, то получается как раз такая история. Письменных источников нет, живых носителей тоже. Даже от мертвых не осталось ничего, кроме потертых костей.

В XIX веке Парижское лингвистическое общество отказалось рассматривать любые работы, связанные с происхождением языка, точно так же, как было запрещено принимать любые проекты вечного двигателя. Типа ничего толкового в этих исследованиях быть не может, поскольку предмет изучения недоступен, а значит, на нем можно только спекулировать.

— Происхождение языка — тема, которая обычно считается фриковской. Как и тема происхождения человека… — Светлана тяжело вздыхает.

Вспоминаю, как, готовясь к этому интервью, прочитал на сайте какого-то бюро переводов: «Ни одна из теорий не дает приемлемого объяснения необычайному разнообразию и сложности языков. Так что не остается ничего иного, кроме веры в Бога-Творца, который не только создал человека, но и наделил его даром речи…» Интересуюсь:

— Ты имеешь в виду всевозможные рассуждения о том, что язык нам подарили инопланетяне или господь бог?

— Не совсем. Гипотезу о том, что язык был привнесен какими-то высшими силами, я вообще не рассматриваю. И не только потому, что это ненаучно. Получается, что эти высшие силы напоминают неумелых кустарей, создавших настолько никудышный мир, что его нужно все время подкручивать. Мне кажется, мир сделан так, что все работает само, и язык мог образоваться естественным путем.

— Хорошо, а кого ты тогда имеешь в виду, говоря о фриках?

— Понимаешь, можно найти множество теорий на эту тему: «А вот почему не могло быть так — пошли они охотиться, и надо им было договориться, в какую сторону гнать мамонта, тут-то они и изобрели язык». Ну, или еще что-нибудь в этом духе — например, теория, гласящая, что первые слова люди придумали, чтобы клясться в верности своему племени. Сказок можно много напридумывать. А мне было интересно посмотреть на те действительно научные исследования, которые сейчас ведутся.

— Как же отличить сказку от настоящей науки?

— Одно дело, когда пишут: «Предположим, что человек жил по берегам рек и много плавал — наверное, поэтому у него волосы выпали, и он прямоходящий стал…» И совсем другое, когда говорят: вот кости такие-то, параметры такие-то, статистика такая-то. Это другой уровень.

— И как на этом «другом уровне» можно исследовать язык существ, которые исчезли десятки, а то и сотни тысяч лет назад?

— Накоплено огромное количество данных — в генетике, в антропологии, в этологии, в когнитивной науке. Теперь невозможно построить «сказочную» гипотезу, потому что она неминуемо разобьется о какие-то факты. И это хорошо, — улыбается Светлана.

Картина происхождения языка складывается из кусочков разных наук. С одной стороны, антропологи способны по отпечаткам на внутренней поверхности черепа восстанавливать, какие области мозга были развиты, а какие не очень. Тут можно далеко зайти — «РР» писал как-то о совместном исследовании российских палеонтологов и нейрофизиологов, которые взяли череп динозавра, жившего больше 100 миллионов лет назад, и определили, какими у этой твари были зрение и слух.

Не отстают и генетики. Есть, например, знаменитый ген FOXP2, который связывают со способностью владеть языком. Установлено, что мутации в нем вызывают проблемы с речью, впрочем, не только с ней. Другие кусочки мозаики добавляют лингвисты и психологи, работающие с детьми. Наблюдая, как детское агуканье переходит в нечто осмысленное, можно попробовать реконструировать развитие языка. А еще есть гигантский массив наблюдений за общением животных…

— Надо только собрать все это, как пазл — чтобы все фрагменты образовывали внятную картину. И если все кусочки аккуратно подходят друг к другу, понимаешь, что концепция правильная, — поясняет Светлана.... www.rusrep.ru

Читайте также:

Игра в «китайского болванчика»?

Игра в китайского «болванчика»? - 2 (о таримских мумиях)

Генетики нашли следы нашествия монголов

Дополнительно о разпространении тюркской генетики

Бледнолицие или монгололикие? Кто там в Сибири-Бурятии жил-поживал?

О разпространении тюркской генетики

Палеолит. Европеоиды в Северной Азии

Аржан-2 или скифы в Туве, выводы учёных о народах предТартарии

Светлана Бурлак о языке нашем:

Сибирь - это «север» или «се бэр»?

Сам ты скрыт! (Ещё раз о любительской лингвистике)

О лингвистах-любителях. Часть 2

Язык предназначен для сближения и объединения