Красота от Античности - 1

08.11.2017

Здравствуйте, уважаемые читатели. Я к вам сегодня спешу с радостным известием! Нет! К нам не едет ревизор. Вернее, ревизор не едет, но ревизия будет. Причём, будет ревизия некоторых сложившихся у части народа представлений о том, откуда появились в Исаакиевском соборе "гамматические кресты" :о)

Усаживайтесь поудобнее и постарайтесь вникнуть в суть вещей.

Начну я с того, что должно быть известно всем: нет ничего, однажды появившегося и существующего в неизменном состоянии. Даже горы скалистые, и те меняются. Что уж говорить о вкусах и эстетических пристрастиях человеческих?!

Итак. Есть мода  и стили в одеяниях, есть мода (и стили) в искусстве, в том числе и в архитектуре. И эти архитектурные стили также быстро меняются, как пожелает того общество.

Конечно, о моде мы знаем несколько больше, чем о стилях  более монументальных (я про себя, в первую очередь, если что). Так вот. Накануне быстрого возхождения в императорские выси гражданина Франции Наполеона, в Европе и в России уже во всю развивался  художественный стиль названный классицизмом. Название своё он получил от слова "образцовый", и отличало его обращение к образам и формам, подсмотренным обществом XVII  века у античности. То есть эстеты устремились к античности, как к идеалу для подражания, ибо жаждалось некоего порядка, стройности и соразмерности. Вообще-то, раз найденное хорошее, обычно человечеством обнаруживается через некоторое время снова. Древние греки нашли прекрасное и выразили это чувство в архитектуре и в произведениях своего искусства.

"В истории искусства термин «классика» означает культуру древних греков 4-6 вв. до н.э. В более широком смысле он используется для обозначения искусства Древней Греции и Древнего Рима." Помнится мне, что началось всё с Палладио (мой низкий поклон Vad), сформулировавшего язык классицизма на изходе эпохи возрождения.  читайте о "Греческом зале" Но продолжилось не совсем стандартно:

История одного открытия.

Что за чудо слу­чи­лось? Источ­ни­ков чис­тых про­си­ли
Мы у тебя, зем­ля, — что же нам шлешь из глу­бин?
Или есть жизнь под зем­лей? Иль живет под лавою тай­но
Новое пле­мя? Иль нам про­шлое воз­вра­ще­но?
Рим­ляне, гре­ки, гля­ди­те: откры­та сно­ва Пом­пея,
Город Герак­ла вос­крес в древ­ней сво­ей кра­со­те!
Шил­лер

В 1738 году Мария Ама­лия Хри­с­ти­на, дочь Авгу­с­та III Сак­сон­ско­го, поки­ну­ла Дрез­ден­ский двор и вышла замуж за Кар­ла Бур­бон­ско­го, коро­ля обе­их Сици­лий. Осмат­ри­вая обшир­ные залы неа­по­ли­тан­ских двор­цов и огром­ные двор­цо­вые пар­ки, живая и влюб­лен­ная в искус­ст­во короле­ва обра­ти­ла вни­ма­ние на ста­туи и скульп­ту­ры, кото­рые были най­де­ны неза­дол­го до послед­не­го извер­же­ния Везу­вия: одни — слу­чай­но, дру­гие — по ини­ци­а­ти­ве неко­е­го гене­ра­ла д’Эль­бе­фа. Кра­со­та ста­туй при­ве­ла короле­ву в вос­торг, и она попро­си­ла сво­е­го вен­це­нос­но­го супру­га разыс­кать для нее новые.

Со вре­ме­ни послед­не­го силь­но­го извер­же­ния Везу­вия 1737 года, во вре­мя кото­ро­го склон горы обна­жил­ся, а часть вер­ши­ны взле­те­ла на воз­дух, вул­кан вот уже пол­то­ра года мол­чал, спо­кой­но воз­вы­ша­ясь под голу­бым небом Неа­по­ля, и король согла­сил­ся. Про­ще все­го было начать рас­коп­ки там, где кон­чил д’Эль­беф. Король посо­ве­то­вал­ся с кава­ле­ром Рок­ко Хоак­ки­но де Аль­ку­би­ер­ре, испан­цем по про­ис­хож­де­нию, кото­рый был началь­ни­ком его тех­ни­че­ских отрядов, и тот предо­с­та­вил рабо­чих, ору­дия и порох. Труд­но­с­тей было мно­го. Нуж­но было пре­о­до­леть пят­на­дца­ти­мет­ро­вый слой твер­дой, как камень, лавы. Из коло­д­ца шах­ты, про­ло­жен­ной еще д’Эль­бе­фом, про­ру­би­ли ходы, а затем про­бу­ри­ли отвер­с­тия для взрыв­чат­ки. И вот нас­ту­пил момент, когда зас­туп наткнул­ся на металл, заз­ву­чав­ший под его уда­ра­ми, как коло­кол. Пер­вой нахо­д­кой были три облом­ка гигант­ских брон­зо­вых коней. И толь­ко теперь было сде­ла­но самое разум­ное из того, что мож­но было сде­лать и с чего, соб­с­т­вен­но, нуж­но было начи­нать: при­гла­си­ли спе­ци­а­ли­с­та. Над­зор за рас­коп­ка­ми взял на себя мар­киз дон Мар­чел­ло Вену­ти — гума­нист, хра­ни­тель королев­ской биб­лио­те­ки. За пер­вы­ми нахо­д­ка­ми после­до­ва­ли дру­гие: три мра­мор­ные ста­туи оде­тых в тоги рим­лян, рас­пис­ные колон­ны и брон­зо­вое туло­ви­ще коня. К мес­ту рас­ко­пок при­бы­ли король с супру­гой. Мар­киз, спу­с­тив­шись по верев­ке в рас­коп, обна­ру­жил лес­т­ни­цу, архи­тек­ту­ра кото­рой поз­во­ли­ла ему прий­ти к опре­де­лен­но­му выво­ду о харак­те­ре всей построй­ки; 11 декаб­ря 1738 года под­твер­ди­лась пра­виль­ность сде­лан­но­го им заклю­че­ния: в этот день была обна­ру­же­на над­пись, с.12 из кото­рой сле­до­ва­ло, что некий Руфус выс­тро­ил на свои соб­с­т­вен­ные сред­с­т­ва театр — «Theatrum Herculanense».

Так нача­лось откры­тие погре­бен­но­го под зем­лей горо­да, ибо там, где был театр, долж­но было быть и посе­ле­ние. В свое вре­мя д’Эль­беф, сам того не подо­зре­вая — ведь перед ним в ока­ме­нев­шей лаве было мно­же­с­т­во дру­гих ходов, — попал пря­мо на сце­ну теат­ра, бук­валь­но зава­лен­ную ста­ту­я­ми. В том, что такое коли­че­с­т­во ста­туй ока­за­лось имен­но здесь, не было ниче­го уди­ви­тель­но­го: бур­ля­щий поток лавы, сме­та­ю­щий все на сво­ем пути, обру­шил на просце­ни­ум зад­нюю сте­ну теат­ра, укра­шен­ную мно­же­с­т­вом скульп­тур. Так обре­ли здесь сем­на­дца­ти­ве­ко­вый покой эти камен­ные тела.

Над­пись сооб­ща­ла и имя горо­да: Гер­ку­ла­нум."

Източник

(продолжение следует)