О склавенах и антах, о Мурсианском озере и городе Новиетуне 2

Прежде, чем продолжить изложение содержания прекрасной статьи Е.Ч. Стржевской, хочу предложить вам обратить внимание на уровень не только изследования, но и подачи материала, чтобы вы могли сравнить его с уровнем материалов историков XVIII-XIX веков, современных авторов различных альтернативных версий и школьного учебника.

* * *

Озеро Балатон
Озеро Балатон

Сомнение относительно тождества между Пелсо и Балатоном перехо­дит в уверенность после внимательного прочтения одной фразы, брошенной писателем середины IV в. Аврелием Виктором в его рассказе об обста­новке смерти императора Галерия Максимилиана. Галерий заболел и умер (в 311 г.) во время работ по освобождению от лесов и болот восточной части Паннонии; эта часть была выделена в особую провинцию, которую он назвал Валерией по имени своей жены, дочери императора Диоклетиана. Аврелий Виктор записал, что «вырубались огромные леса» (caesis immanibus silvis) и «было спущено в Данубий озеро Пелсон» (emisso in Danubium lacu Pelsone. De caesaribus, 40, § 9—10, ed. Pichlmayr, p. 122). Западная граница провинции Валерии неясна, но как будто она даже не захватывала озера Балатона. Южной ее границей была нижняя Драва, северной и восточной — Дунай. Если военачальник, располагавший боль­шими отрядами войск, и имел возможность проводить крупные работы по осушению почвы руками своих солдат, opere militari33, то все же невоз­можно представить, чтобы в условиях дремучих лесов и бездорожья, с по­мощью примитивной техники начала IV в., римские солдаты могли.. .спустить в Дунай озеро Балатон. Да и вообще подобное мероприятие не могло быть направлено на озеро площадью около 600 кв. км и местами глубиной до 15 м. Спустить в Дунай в условиях IV в. можно было, веро­ятно, лишь часть какого-либо болота, расположенного невдалеке от берега реки, не больше. Следовательно, на основании данных De caesaribus — вполне достоверного источника IV в.34 — необходимо перестать относить название Пелсо к Балатону. Если же пытаться приурочить имя Пелсо к какому-либо другому озеру или болоту, то не остановиться ли для этого на северной полосе болот Hiulca, которые частично находились в пределах провинции Валерии? Не было ли слово Пелсо — видоизмененное слово «плес», «плесо» — славянским названием обширных болот по Дунаю и вокруг нижней Дравы?35. Конечно, спущенным в Дунай могло быть лишь какое-нибудь озерцо или отдельный участок из общей громадной заболоченной площади, известной под именем Hiulca.

Гай Валерий Галерий Максимилиан
Гай Валерий Галерий Максимилиан

Итак, крупнейшее озеро в центре освоенной римскими легионами Пан­нонии, озеро, охваченное с востока, запада и северо-запада римскими до­рогами36, которые в какой-то мере оставались линиями передвижений и в V—VI вв., оказывается лишенным названия, так как название Пелсо от него отпадает.

Возможно, что это озеро определялось старым местным словом «блато», «болото» (откуда, быть может, Балатон)37, употреблявшимся в славянской среде и получившим латинский перевод словами lacus или stagnus. При­лагательное же «Мурсианский», будучи, вероятно, искусственным (для уточнения слишком общего понятия lacus, stagnus), добавлялось лишь потому, что пути к этому «болоту» начинались (для ромеев) преимуще­ственно от города Мурсы на Драве. Так, по нашему предположению, могло появиться название «Мурсианского озера» — lacus (stagnus) Mursianus38.

Здесь следует добавить, что и вообще-то искать это озеро около дельты Дуная представляется в корне неправильным: ведь отмечаемую Мурсианским озером западную границу распространения склавенов современники не могли, конечно, помещать где-то около Черного моря в то время, когда каждому обитателю дунайского правобережья, более того — в Константи­нополе, в Фессалонике, в Диррахии и отчасти даже в Италии было из­вестно, что страшные набеги склавенов из-за Дуная совершаются в ряде мест гораздо западнее и выше его устьев, вплоть до опаснейшего пункта в отношении переправы варварских отрядов около Сингидуна и Сирмия39.

В глазах ромеев пределы расселения (и появления) склавенов были именно широко растянуты в западно-восточном направлении, почему и второй пункт западной границы склавенов— город Новиетун — также следует искать отнюдь не на нижнем Дунае, хотя к подобной локализации Новиетуна склонялось большинство исследователей40.

Мурсианское озеро отмечено у Иордана еще одним существенным при­знаком: оно упомянуто вместе с городом Новиетуном, причем относя­щийся к обоим названиям общий предлог «а» (от) показывает, что автор представлял себе эти пункты вместе и что для указания границы террито­рии с одной стороны он привлек два, дополняющие друг друга географи­ческие пункта. Мало возможной кажется точка зрения тех (Моммзен, Нидерле), кто разделяет эти пункты, полагая — надо думать, — что Иордан начертил линию от Дравы до Черного моря, а затем как-то странно при­бавил еще кусок территории до Днестра. Текст говорит иное: называются два пункта (начало Истра и озеро в § 30, озеро и город в § 35), а затем указано, что определяемая ими с одной стороны (с запада) область прости­рается вплоть до Днестра (t en d ens usque ad ilumina Tyram Danastrum). Автор имел в виду некоторую протяженность не между озером и городом, а между озером — вместе с началом Истра или вместе с городом — и Днестром. Последовательнее рассуждают те (Шафарик, Брун, Кулаковский, Шишич, Шахматов), кто ищет и Мурсианское озеро и Новиетун вместе, близ дельты Дуная. Но если они с удовлетворением опираются на Новиодун (современная Исакча на нижнем Дунае, перед разветвлением его на несколько рукавов), крупный пункт обороны и укрепленное место пере­правы на левый берег Дуная, то, в свою очередь, не слишком удален от озера Балатона и от Мурсы другой Новиодун (Neviodunum) в Верхней Паннонии, близ впадения реки Corcoras (Гурк, или по-словенски Кгса) в Саву, на месте нын. селения Дерново41. Раскопками здесь обнаружены монументальные позднеримские (III—IV вв.) стены и прекрасный водо­провод; город стоял на узле путей, на крупной военной дороге между Сирмием (через Сисцию и Эмону, нын. Любляну) и Аквилеей, то есть воротами в Италию; отсюда же отходила дорога на юг к далматинскому побережью.

Трудно видеть Новиетун Иордана в Новиодуне у дельты Дуная [ещё] и по­тому, что полоса земли от дунайских гирл до Днестра чрезмерно узка для склавенов. Ни описанные в источниках крупные походы склавенов и антов, ни общее потрясающее впечатление, которое они производили в империи, причиняя бедствия, названные Иорданом tragydiae (Romana, § 388), не могли исходить только с узкой территории между Дунаем и Днестром. Нижний Дунай, как было сказано, не вяжется с тем началом Скифии, где, во-первых, «рождается» Истр, во-вторых, сидят гепиды вокруг Тиссы. Трудно предполагать, как это делает Моммзен, что Иордан употребил слово oritur — «рождается, начинается»—применительно к устьям Дуная. Иордан, наоборот, вполне правильно ставит это слово, когда говорит об истоках Вислы (ab ortu Vistulae, § 34), Днепра (ortus grande palude, § 46), Дуная (in Alamannicis arvis exoriens, § 75); если он один раз (в § 32) и пишет о Дунае «ab ostea sua usque ad fontem», то лишь для того, чтобы с ударением указать именно на нижнюю часть реки и ее общее с верхней название; в другом случае (в § 75) он опять пишет правильно: «a fonte suo usque ad ostia in Ponto vergentia». Следовательно, не в области нижнего Дуная должен был находиться Новиетун, сочетаемый Иорданом с Мурсианским озером. Кроме того, существенно, что, по-видимому, уже в V в. славяне находились на территории, занятой гуннами, гораздо западнее как Днестра, так и нижнего Дуная, а именно, на запад от Тиссы42 и даже в Паннонии. Тем более широким и неудержимым потоком разлились сла­вянские племена в VI в., и не случайно Иордан, указав на венетов на верхней Висле, заметил, что в его дни (nunc) это многолюдное племя (natio populosa) изменило и места своего расселения (loca — § 34) и имена. Автор этими словами хотел выразить мысль о том, что при нем, т.е. в VI в., славянские племена, делившиеся на три крупных объединения — венетов, склавенов и антов, — изменили и увеличили площадь распростра­нения, которую в отношении двух южных, более грозных для империи, групп он и определил в их основных (преимущественно южных) границах.

Итак, текст Иордана в § 30 и §§ 34—35, будучи во времена автора вполне ясным, но затемненный в наши дни [тем, что 1) название Мурсианского озера ни в одном из источников, кроме «Гетик», не приводится, 2) городов с именем Новиетуна — Новиодуна несколько, 3) «начало» Истра указывается в разных источниках разно], может быть истолкован на основании вышеизложенных доводов так: Мурсианское озеро — озеро Балатон; civitas Novietunensis, Novietunum — город Невиодун на р. Саве при впадении в нее правого притока Гурка (Corcoras, Krca); «начало» Истра — около устья Савы.

В подкрепление мысли о показанном выше весьма широком — от сред­ней Савы и восточной Паннонии — разливе склавенов на северных подсту­пах к границам империи (в VI в.) можно привести одно из многочислен­ных описаний славянских походов в области к югу от Дуная. Любые из этих описаний решительно не позволяют отрицать присутствия большого количества славян непосредственно к востоку от области Венетий, на Драве и Саве. Ярко об этом свидетельствует один из рассказов Прокопия43. Он передает, что лангобарды, занимая земли в провинциях Норике и Паннониях, были соседями гепидов, которые завладели тогда городом Сирмием, привлекавшим также и лангобардов. Один знатный лангобард по имени Ильдигис..., в результате неудачной борьбы за власть, бежал к склавенам... В это время разгорелась война между лангобардами и гепидами. Ильдигис вмешался в эту войну, став на сторону гепидов. Он явился к ним, ведя с собой группу лангобардов (из недовольных и перебежавших к нему) и многих склавенов... После победы лангобардов Ильдигис бежал с неко­торыми гепидами обратно к склавенам... Так как лангобардов поддерживал Юстиниан, то Ильдигис, не имея надежды на его помощь для получения власти над своим племенем, направился к противнику империи, вождю боровшихся с ней остроготов, Тотиле (541—552) и повел к нему войско не менее, чем из шести тысяч воинов. С этим войском Ильдигис вошел в провинцию Венетий, разбил ромейский отряд, но «не смешался с готами, а перейдя Истр, отступил обратно к склавенам» ... Поход лангобарда Ильдигиса в северную Италию произошел в 548 г. Его можно назвать славянским, потому что Ильдигис, хотя и пришел к склавенам с некоторым количеством гепидов, но вышел от них с шеститысячным войском, несомненно состоящим преимущественно из склавенов. Показательно и то, что после сражения он привел это войско обратно ... в страну склавенов.

Этот поход склавенов в Италию не являлся, конечно, единичным. Им был вообще знаком путь вверх по Саве, через Невиодун и Змону к Аквилее. Так двигались, например, те «склавы» (gens sclavorum), о ко­торых говорит в одной из булл папа Григорий I (590—604): «через под­ступы к Истрии они начали проникать и в Италию»44.

Славянские племена появлялись из-за Дуная значительными отрядами, а нередко и целым «войском» в несколько тысяч человек .... Описывая эти походы, авторы постоянно употребляют термины, означающие массы, толпы людей... —«всем племенем», и дают ясно понять, насколько тяжелы для страны были эти опустошительные набеги, всегда сопровождавшиеся грабежами и уводом в плен сотен и тысяч лю­дей. Так славяне двигались по всем путям, издавна пересекавшим Балкан­ский полуостров. От главных переправ на Дунае и на Саве они шли а) поднимаясь вверх по Мораве, через Наисс и Сердику на Филиппополь и Адрианополь к стенам Константинополя; б) также вверх по Мораве к югу до Скопле и вниз по Вардару до Фессалоники; в) тем же путем в Македонию, затем в Грецию, проникая к Коринфу и южнее; г) взяв более западное направление, в Далмацию, на Диррахий; д) самым запад­ным путем в область Венетий уже в пределах Италии45.

Вот этих-то склавенов, которые были в VI в. подлинной, неотвратимой грозой для империи и обрушивались на ее владения не на каком-либо узком участке, а широким фронтом, растянувшимся с запада на восток по Саве и Дунаю, Иордан и определил как живущих между Мурсианским озером и городом Новиетуном (на западе) и Днестром (на востоке). 

Примечание

33 Такой случай отмечен тем же писателем в отношении города Сирмия, который страдал от болотистой почвы: солдат принуждали производить земельные работы — «ad siccandam iacunis ас fossa urbem ipsi. . . adigerentur, quae [urbs] palustri solo hiemalibus aquis corrumpitur» (De caesar., 37, § 4, p. 115).

34 Как известно, серия кратких описаний жизни и деятельности римских импера­торов (до Юлиана включительно), называемая De caesaribus, считается подлинным произведением Аврелия Виктора, который в середине IV в. был правителем Паннонии. Существует сомнение относительно сокращенной версии De caesaribus, обычно называемой Epitome, которая не считается безусловным произведением этого же писателя. Название Hiulca palus около города Цибал упомянуто в Epitome (a. 314. 41, § 5, ed. Pichlmayr, p. 166).

35 Почему не допустить, что славянское население могло уже в IV в. зафикси­ровать свои, славянские, названия по берегам Дуная. Ведь новая датировка «Диалогов» Псевдо-Кесария — начало V в. (см., например, издание Византийского Института. Сербской Академии наук «Византиски извори за историју народа Југославије», т. I. Београд, 1955), и поэтому сведения, сообщаемые в этом источнике о славянах на Дунае, могли бы относиться к еще более раннему времени. Эта ранняя дата написания «Диалогов» устанавливается в статье югославского исследователя Фр. Баришича (Када и где су написани Псеудо-Цезаријеви Дијалози. Спрска Акад. наука. Зборник радова XXI. Византолошки инст., I, 1952, стр. 29—51). Такая дата кажется нам — в отношении данных о славянах — более убедительной, чем дата 530—558 гг., предложенная болгарским исследователем И. Дуйчевым (Ivan Dujcev. Le témoignage du Pseudo-Césaire sur les Slaves. Slavia antiqua, t. IV, 1953, p. 193—209). В «Диалогах» некоторые сведения о славянах, как правильно показал И. Дуйчев, исходят не из наблюдений, а из мифов (например, из мифа об амазонках); естественно отнести подобные рассказы как раз к тем временам, когда в империи еще не знали славян в той степени, в которой их стали знать в VI в. Автор «Диалогов» еще не слышал об опустошительных славянских набегах из-за Дуная, о чем непрестанно писали авторы VI в. А его описание перехода варваров через Дунай по льду ничто не мешает скорее отнести к готам или гуннам, чем к славянам. Варваркие племена — противники империи — постоянно переходили Дунай по льду. Ср., на­пример, Amm. Marceli., XIX, 11, 4.

36 От Мурсы на Драве через Могентиану (Mogentiana y юго-западного конца Балатона) на Саварию и дальше на Виндобону; от Мурсы же через Озоны (Osones у северо-восточного конца Балатона) на Аррабону, Бригетион и Аквинк; между Могентионой и Озонами вдоль северо-западной стороны озера.

37 Как известно, вдоль юго-восточного берега озеро Балатон очень мелко и бо­лотисто.

38 Мы оставляем без определения—да третьего древнего определения после Пелсо и Мурсианского озера в источниках пока и нет—значительное Нейзидлерское озеро. Признать его Мурсианским мешает то, что оно находится гораздо дальше, чем Балатон, и от Мурсы, и от гепидов около Сирмия и Сингидуна, и от всего узла путей, которые связывали центр Паннонии с дунайским побережьем — границей владений Византии ниже впадения в Дунай Дравы и Савы. Быть может, подтверждением присутствия многих славянских племен именно в Паннонии, в центре которой находится озеро Балатон, является сообщение Прокопия о том, что герулы, побежденные лангобардами и ушедшие на север (вернее — на северо-запад от областей вокруг Сингидуна), «миновали все славянские племена, одно за другим», .... Это, по-видимому, значит, что герулы прошли через славянские племена Паннонии, а затем — Полабья. 

 30: он связал Мурсианское озеро с районом соприкосновения или пограничного взаимопроникновения Скифии и Германии. Если озеро Балатон (предполагаемое нами Мурсианское озеро) не находится на самой расплывчатой границе между Скифией и Германией (а подобные линии границ едва ли могли быть четки в представлении человека, смотревшего издали в условиях географических познаний VI века), то уж озеро или болото близ дельты Дуная никак не могло быть рассматриваемо как распо­ложенное в местах, прилегающих к Германии.

40 См. выше, стр. 6—10.

41 Этот Новиодун близ Савы, соответственно римским надписям, назывался Neviodunum. Ср. CIL, III, l, Pannonia superior, 3919, 3921. He случайно, что во всех рукописях сочинения Иордана сохранен звук «е» — Novietunum. 

42 Приск переправился через Дунай около впадения в него Моравы и двигался на запад, пересек три реки, из которых одна — Τιφήσας была Тисса. После этого он пришел в «деревни» (χώμαι), где пил «мед» (μέδος), то есть попал, по-видимому в места поселения славян. Prise , fr. 8, ed. Dindorf, I, p. 300. Ср. слово «страва». отмеченное Иорданом (Get., § 258). Как известно, еще в 40-х годах прошлого сто­летия указывалось, что слово «страва» происходит от готского straujan (Габелені и Лёбе, Якоб Гримм, Мюлленгоф; см. в указателях Моммзена к изданию Getica, MGH. Auct. ant., V, 1, p. 198). Но допустимо предположение, что соприкасаясь в первой половине V в. со славянами, гунны восприняли именно от них это слово, опреде­ляющее редкое, исключительное событие — пир по знатному усопшему. Обычно груп­пируют три славянских слова, связанные с ранним славянством на северном побережье Дуная: мед, страва, плот. Однако третье из них — «плот» — имело другую судьбу, не коснувшуюся гуннов; оно проникло в византийскую военную среду в VI в. и упо­мянуто как особый термин в XI книге «Стратегикона» Псевдо-Маврикия (Upsala, 1664, стр. 277).

43 Bell. Goth., III, 35, § 17-22 . 

44 PL, t. 77, col. 1902. У Иордана (Get., § 292) отмечен этот же путь в связи c походом Теодориха «на Гесперию», то есть на Италию: «прямым путем через Сирмий поднялся он в соседящие с Панноней области, откуда вошел в пределы Венетий и остановился лагерем у так называемого Моста Сонция» (на р. Изонцо около Аквилеи).

45 Все эти направления славянских походов на империю выясняются из сообщений, главным образом, Прокопия. Например, Bell. Goth. I, 27, § 1—2; III, 13, § 24, 14, § 11, 29, § 1-3 , 38, § 9, 40, § 1-5 , 7, 38-3 9 и др.; Anecd., 18, 20-21 , Menandri fr. 47, 48 и др. Theophylacti Symocattae Historia I, 7, § 1—2, 5; VI, 4. § 1—5; VII, 2, § 14, 16 и др. 

Източник: http://www.vremennik.biz

Русы, Славяне:

Имя русов в истории

Гетика о славянах

Комментарии к Гетике

О склавенах и антах, о Мурсианском озере и городе Новиетуне