Строительные вяжущие - для вечности

(продолжение. Начало История строительных материалов. Вяжущие )

Во второй половине XVII в. развернулось строительство каменных и кирпичных мостов и гидротехнических сооружений. В смете на подготовлявшееся в 1643—1644 гг., по неосуществленное строительство Большого каменного моста с пятью пролетами и шестью ледорезами через Москву-реку, наряду с 32 тыс. шт. белого крепкого камня, 6000 шт. кирпича и 480 боч.14 (9600 пуд. или 157 т) извести, было записано 12 бочек горшечной золы — гидравлической добавки к воздушной извести.

Развитие мостостроения и гидротехнического строительства способствовало возрождению древнейшего, утраченного в период монгольского ига приема использования гидравлических добавок для придания водостойкости растворам на воздушной извести. По-видимому, первоначально их применяли только в мостах и гидравлических сооружениях...

В 1687—1692 гг. на Москве-реке был построен третий в столице каменный Большой (Всехсвятский) мост, соединивший Белый город с Замоскворечьем. Новый грандиозный мост — «седьмое чудо мира» — длиной 150 м и шириной 24 м начинался в Замоскворечье «палатным строением» с шестью проездными и проходными воротами и двумя шатровыми башнями — предмостным укреплением. На мосту с обеих сторон находились каменные торговые помещения, прерываемые в средней его части высокими каменными аркадами. У быков моста были устроены плотины с «водо действующими» мукомольными мельницами. Мост покоился на семи быках — устоях из дикого камня на крепком известковом растворе — с ледорезами и на двух береговых устоях и имел шесть речных и два береговых пролета. Мост служил до 1859 г. до замены новым металлическим мостом. Сведений о расходе материалов на строительство Каменного моста не имеется. Сооружение, например, Кузнецкого каменного трехарочного моста через Неглиниую (1756 г.) потребовало 4492 боч. (1472 т) извести. (14 Бочка емкостью 40ведер, или 492 л (0.492 м3), вмещала около 20 пуд., или 327.6 кг негашеной извести.)

Производство извести и снабжение ею Москвы в XVII в. осуществлялись в порядке трудовой натуральной повинности населения и монастырей определенных районов, подрядов и частной инициативы. Подобным же образом добывались и поставлялись белый камень, бут, песок, глина. Основной район добывания белого камня и изготовления извести «для государева каменного дела» составляли подмосковное село Мячково близ Бронниц, на берегу Москвы-реки и прилегающие села Мячковской волости.15...

В начале XVIII в. в Москве для придания воздушным известковым растворам водостойкости и повышенной прочности применяли цемянку (молотый кирпич) и «семент», или «цемент» (молотый камень — известняк), в качестве гидравлической и ускоряющей твердение добавок. «Толкли кирпич и готовили цемент», в частности, на небольшой водяной жерновой мельнице при пруде на реке Неглинной у Троицкого моста Кремля. Мельница -«ходила из оброку» по 17 руб., а с 1790 г. по 60 руб. в год.

Зодчий В. И. Баженов (1737—1799) в письме от 12 октября 1776 г. к государственному деятелю П. В. Завадовскому писал, что «крыть черепицею на извести с сементом. . . [он] не отважился до будущей весны» и объяснял остановку в кладке стен «за неварением изъвестью с кирпи-чем по осеннему уже воздуху».31 В другом письме от 11 июля 1776 г. Баженов пояснял, что «весною в Апреле лучи солнца действие сильнея имеют к известковому раствору, нежели в осенних месяцах».32 В «памятной записке, что доложить Е. И. В. по селу Царицыну» 1775 г. он указал: «4. Известь кою замаривал в Кремле архитектор Баженов, не соблаго-волено ль будет ея брать и употреблять в стены, а особливо к Готике, нежному строению необходимо нуяшо». И далее: «5. Дрова на обжиг кирпича, черепицы и извести, наймом или покупкой рощей доставать?» 33 В памятной записке от 12 октября 1776 г. Баженов спрашивал: «Полы в них («новопостроенных домах») делать из кирпичной глины плитками или сементом по-венециански?» 34 ...

Наряду с известково-цемяночным, известково-карбонатным и другими водостойкими вяжущими, в XVIII в. находил применение и «Лориотов цемент». Известная моргаапская мукомольная водяная мельница Кутайсова (Тамбовская губ.) — «изящное произведение механического искусства» — была построена в 1799 г. инженер-механиками И. Пуадебардом и А. Диго из кирпича на «Лориотовом цементе, исправно приготовленном под бегунами» из смеси гашеной и негашеной извести, цемянки и кремня. После 43 лет службы кладка мельницы из «кирпича самого дурного свойства... затопляемая водой... и находящаяся во время водополи до 20 фут. [6.1 м] в воде... при пособии сказанного цемента осталась невридима и ни один кирпичь еще не выкрошился».(О занятиях инж.-механ. [Д. А.] Диго и сведениях им собранных. . ., с. 149, 150 [144, статья])

К началу XIX в. применение цемянки и семента имело массовый характер. Эти добавки измельчали в порошок при помощи вододействующих или с ручным или конным приводом толчей или жерновов и смешивали с обожженной известью в виде измельченной кипелки, пушонки или теста. За словом «цемент» в то время сохранились значения гидравлической и активизирующей добавки и гидравлического раствора.

После основания в 1703 г. будущей столицы — Санкт-Питербурха — всем городским, крепостным и дворцовым загородным строительством, здесь ведала созданная Петром в 1706 г. и окончательно оформившаяся к 1712 г. Канцелярия городовых дел.42 Преобладающая часть подведомственной Канцелярии рабочей силы использовалась для производства и транспортирования строительных материалов.43 В 1723 г. Канцелярия городовых дел была преобразована в Канцелярию от строений, ведавшую строительством казенных сооруя^епий в Петербурге и окрестностях.(Технический персонал Канцелярии возглавлял «полковник от фортификации и архитектор» из итальянцев Доменко Трезини (Андрей Трезин, Тресин и т. д.; 1670—1734), а директором (обер-комиссаром) ее был генерал-майор У. А. Синявин (Сенявин), брат известного вице-адмирала Н. А. Синявина)

В 1732 г. дела строительства и содержания дворцов, загородных резиденций и крепостей («Санктпитербургской и Шлютельбургской») были переданы соответственно в ведение Дворцовой канцелярии и Канцелярии Главной артиллерии и фортификации, а функции Канцелярии от строений были ограничены руководством гражданским строительством, т. е. сооружением остальных общественных и правительственных зданий.45" Никаких практических полномочий для выполнения поставленных перед, нею задач новая Канцелярия от строений по существу не имела.46 Поэтому после большого пожара Петербурга в 1737 г. Анной Иоанновной была учреждена (наряду с продолжавшей действовать Канцелярией от строений) Комиссия о строении в Санктпетербурге, которой было поручено-заботиться «обо всем строении здесь. . . как о обывательском, так и о казенном, кроме дворцов».47 Именные указы и повеления по этой Комиссии относятся к 1737—1740 гг. Для дальнейшего упорядочения и развития каменного строительства в 1762 г. была учреждена Комиссия для устройства городов Санктпетербурга и Москвы с пребыванием ее в Петербурге.

Канцелярия же от строений в 1765 г. была реорганизована в Канцелярию, с 1769 г. — Контору от строений е. и. в. домов и садов с оставлением за ней кирпичных, черепичных, известных и фаянсовых заводов. В 1797 г. Павел I объединил Контору от строений е. и. в. с подчиненной ей с 1746 г....

Предпринимались также конкретные меры для обеспечения строительств в Петербурге материалами. Так, например, в связи с перестройкой Зимнего дворца, порученной ген.-лейт. Фермору, сенатским указом 1755 г. было предписано «для заготовления камня, на известь и на плиту в фундаменты, и на обжег кирпича и извести дров, тако ж и лесов ординарной меры и больших мачтовых, реки, впадающие в Волхов и в Ладожский канал, тако жив Неву реку, Тосну, Mry и другие реки, по которым что можно достать, отдать в ведомство Канцелярии от строений на три года до будущего 1758 года, чтоб ни кто ни лесов, ни дров, ни камня там на ипые работы пе заготовлял, кроме опой Канцелярии». «Добрые каменщики» и другие мастера казенные и вольные «отовсюду, где б они ни были» также подлежали направлению в Канцелярию.(ПСЗ, т. XIV, № 10373 [306])

Вяжущим веществом для растворов в строящемся Петербурге петровского и послепетровского времени являлась известь, потребность в которой в 1720 г. превысила 1 млн пуд. (16 380 т). Крупные потребители заготовляли известь подрядным способом часто на местах добычи камня и плиты известняка по берегам судоходных рек Сяси, Волхова, Тосны, Пудости (притока реки Ижоры), Черной на территории Петербургской {в 1708—1709 гг. Ингерманландской) губернии, а также Шелони, Меты (притоков озера Ильменя) и Тихвинки в Новгородском ее уезде (с 1727 г. губернии). Доставляли известь в Петербург водным путем.

Канцелярия городовых дел — основной потребитель извести — заготовила в 1720 и 1721 гг. на Сяси, Тосне и Пудости 48 511 и 25 836 20-пу-довых бочек (15 893 и 8317 т) извести и наметила заготовить ее в 1722 г. 30 тыс. бочек (9828 т). На Сяси, например, известь обжигал дворянин Иван Кушелев, который с 1716 г. имел 30 печей с производительностью за кампанию по 500 бочек, или 10 тыс. пудов (164 т) извести и получал от Канцелярии по 195 руб. за каждую печь. Стоимость извести на месте, следовательно, составляла 39 коп. за бочку, или около 2 коп. за пуд. С доставкой в Петербург по Ладожскому озеру и Неве известь обходилась в 50 коп. за бочку.(ЦГИАЛ, ф. 467, оп. 73/187, кн. 21, ч. 1, л. 227—230; П. Н. П е т р о в. История Санкт-Петербурга..., с. 176 [229]; С. П. Л у п п о в. История строительства Петербурга.ю., с. 105 [245])

Кроме белой и серой сясьских, серой свинорецкой, белой боровицкой,, тосненской, белой пудостской, волховской и других, применяли также серую гостилицкую известь (Петербургская губ.), белую и серую новгородские извести — по-видимому, собирательное название для извести ряда местных месторождений. Для ремонтно-строительных работ Выборгской крепости, кроме свинорецкой и сясьской известей, применяли и дагиютскую (дагиутскую) известь (1751, 1753 гг.), доставлявшуюся морем с острова Даго (Дага) в Рижском заливе. В Петербурге продавалась и «самая чистая», белая готландская известь (1738, 1759 гг.), доставлявшаяся морским путем с острова Готланд (Швеция) на Балтийском море.(В публикациях и документах того времени сясьскую известь именовали также сясской, сеской, сяжской, сияжской, а пудостскую—пудовской, пудожской. Одно из месторождений сырья для тогдашних новгородских известей, расположенное вблизи Боровичей, и теперь эксплуатирует крупнейший в стране Угловский известковый комбинат.)

Поставки составляли от нескольких сот до нескольких десятков тысяч бочек извести. Так, например, «к достроению Санкт-Петербургской [Петропавловской] и Нарвской крепостей» в 1733 г. Канцелярии Главной артиллерии и фортификации потребовалось 41 ,тыс. 28 бочек (13 441 т) серой извести и 200 бочек (65.5 т) белой извести.77 «К строению кронштат-ских каналов» в 1737 г. «Канторе кронштатских строений» требовалось 20 тыс. бочек (6550 т) серой гостилицкой круховой извести. Тогда же для постройки каменного полкового двора в Петербурге предлагалось поставить 8785 бочек (2878 т) извести серой и 250 бочек (82 т) — белой, а «строению Аранибомского дому» (дворца) — 9279 бочек серой извести (3040 т).(С.-Петербургские ведомости, 1733, с. 20.)

«К исправлению фортификационных работ» при крепостях Санкт-Петербургской, Шлиссельбургской, Кронштадтской, Кексгольмской, Нарвской и Перновской в 1738 г. Фортификационной конторе было необходимо 5679 1 /2 бочек (1861 т) серой извести и 50 бочек (16.4 т) белой,, о чем было объявлено в трех публикациях. В том же году «к строению Адмиралтейских мастерских покоев» в трех объявлениях требовалось 10 млн кирпича трех видов, 47 797 бочек (15 659 т) серой и 1257 бочек (412 т) белой извести.79 В 1753 г., в связи с проводившейся по проекту инженер-генерала А. П. Ганнибала перестройкой верков Петропавловской крепости, Артиллерийская и фортификационная контора объявила о поставке 43 919 V2 бочек извести боровицкой, 651V2 бочек свинорецкой и 14 499 бочек сясской серой, а всего 59 070 бочек (19 352 т).

Представления строителей того времени о свойствах «материалов, которые употребляются в строении», в том числе и извести, в зависимости от исходного сырья и способа обработки, а также об областях и порядке их применения изложены в трактате-кодексе «Должность Архитектурной Экспедиции», разработанном в 1737—1740 гг. Комиссией о Санкт-Петербургском строении.(Должность Архитектурной Экспедиции [149, статья]. — Этот обширный труд, составленный виднейшими архитекторами своего времени и сочетающий элементы теории, практики и законодательства архитектурно-строительного дела и производства строительных материалов, оставался неизданным до 1946 г. (ЦГАДА, разр. XVI, № 417, л. 60—235 — рукописный текст; Государственный исторический музей, собр. А. Д. Черткова, № 31 — чертежи).)

«Известь серая — самая нужнейшая вещь каменным строениям; оная ж бывает разная в доброте своей, ибо из разного камня выжигаема бывает и разными имянами называетца по урочищам тех мест, где оную промышленники жгут. Между всеми ж разными ее званиями именуютца две — распускпая и круховая [гашеная и негашеная]; распускная, которую промышленники при зжении на местах водою взмачивают, оттого оная распускаетца и называетца распускная; круховая та есть, которую водою при зжении на местах не взмачивают, а привозят в продажу, какова она созжена бывает, которая признаваетца по большой части за лутшую; токмо особливо доброта извести находитца по месту того натуралного камня, ис которого известь зжена бывает. Белая такожде выжигаетца. из особливого ж природою натуралного камня, почему оная белая и бывает; и как оная известь цветом своим с протчею известью разнство имеет, такожде и в качестве добротою своею, которая более употребляетца в штукаторную работу» (стр. 50).

При выборе извести для различных частей сооружения предписывается учитывать свойства известей тех или иных месторождений. При устройстве фундаментов «под ту [ревельскую и тосненскую] плиту и кирпичь должно известь употреблять уже сеяную, круховую, а паче которую привозят па барках, называемую свинорецкую; к тому ж и еще привозят известь круховую гостилицкую, а не так как сяскую распуск-ную, которую не токмо в строение партикулярное, но и в фундамент употреблять сумнително, ибо во многой той сяской извести находитца песку, а уже при работе того и класть невозможно, или паче чаяния для зжения той извести кладут в печи негодную песчаную плиту» (стр. 71).

Соответственно этому предлагается «в ызвесть на фундамент класть песку, буде в сяскую распускную третюю долю. Буде же в такие извести, как ниже сего упоминаютца, класть половину» (стр. 71). При укладке же фундамента из плиты требуется «с разсуждением, а не с торопливостью. . . каждый ряд укладывать на извести, равно и расщебенивать мелким плитняком или кирпичем щебнем все находящиеся пустые места с ызвестью; а потом заливать известью же твореною с песком и так поступать должно перевезью» (стр. 70).

Вопреки старому обычаю для стен рекомендуется кирпичная кладка с тонким швом. «Те стены кирпичные должно класть на сееной же раз-твореной круховой извести, в которую песку употреблять третью часть,а смотря доброту, то хотя и более, и перебив с песком, делать кирпичем так тонко втирав, толко б вид был под помянутыми кирпичами извести, а не так, как по обычаю кладут под кирпичь извести веема толсто» (стр. 71).

Предусматривается применение извести для «обмаски (или вымаски)» стен, расшивки швов между кирпичом, а также для «подмаски простой, неполивной черепицы. . . в удобное летнее время...; притом... не одну известь с песком, но надлежит того сделать нарочной состав, которой бы от дождя, мороза и снега не так лехко мог поврежден быть» (стр. 63). Упоминается, что «в некоторых городах мостят диким камнем с известью» (стр. 86).

Анализируя «разные непорятки каменщичьи при работах», авторы уделяют большое внимание нормальным условиям твердения и службы известкового раствора (стр. 43, 44).

Для предотвращения происходящих от общего непорядка «болшой конфузии, переделок и вреда при работах» установлен определенный порядок ведения каменных работ, а строителям вменены в обязанность надлежащее знание свойств материалов, надлежащее их хранение и применение. Так, «каменного дела мастер должен. . . паче всего знать, как в глине, песке, кирпиче, извести разных сортов, алебастре, сементе и других композиций. . . не меньше же того — силу в творении и приуготовлении извести и в смешении по своей пропорции с песком. . . а при водах — семента и протчаго тому подобного» (стр. 33, 34). «Штука-торного дела мастеру. . . должно. . . искусну быть в знании доброты материалов — извести, алебастра, песка и других разных композиций, которые в здешнем хладном климате могли терпеть от морозу, снегу и дождя, наипаче во внешнем украшении» (стр. 35). «Всякая известь охранена имеет быть в анбарах каменных или в деревянных... чтоб не подмокла, понеже подмоклая в дело и х крепости неспособна» (стр. 65).

О значении, придававшемся тогда производству извести и других материалов, можно судить по тому, что лица, предназначенные «для надзирання над известными заводами и каменными ломками (и над кирпичными и черепичными заводами)», имели звание «1-го класса архитектурии адъюнктов» и были в ранге капитанов с годовым окладом «денежного жалованья» в 400 руб. (стр. 24, 26).

Конспект книги "Очерки истории вяжущих веществ" - Значко-Яворский И.Л.

Читайте также:

Римский бетон приоткрывает свои секреты пытливому уму

Отец русского цемента

О цементе Егора Челиева

История строительных материалов. Вяжущие

Реставраторы занимались и в курсе :о)

Каменоломни

Откуда камень, Зин? Где брали? (книга Алопеуса 1787 г)

Старинные разработки мрамора и гранита. Где следы фрезы?