1. Посвящение. Часть 3. Элеора.

Самое начало тут.

Вылетаю на улицу. Темно. Прохладно. Плащ не греет… Но я не обращаю на это внимания. Сегодня у меня посвящение. Я так долго ждала этого момента. Лёгкое волнение опутывает меня с головы до ног. Теперь я стану НАСТОЯЩЕЙ! На моём бледном лице просыпается слабое подобие улыбки. Дохожу до остановки. Захожу в автобус. Старый, разваливающийся, пахнущий жжёным бензином… Протягиваю кондуктору деньги, но та лишь крестится и говорит, что ей ничего не надо. Странная старая женщина, видевшая еще Ленина при жизни, наверное. Ну хорошо, пусть так оно и будет. Сажусь в самый дальний угол, уходя в свои мечты. Собирается дождь. Даже не замечаю, как на каждой остановке входят такие же, как и я. Простых пассажиров мало, и они боятся смотреть в нашу сторону. Автобус, пахнущий кровью и смертью... Нервы одной пассажирки не выдерживают, и она, тихо шепча: «Сгинь, нечисть… Сатанисты…», яростно жмёт на кнопку остановки по требованию и выбегает, чуть не потеряв сумку и даже не оглядываясь... Толпа моих братьев и сестёр, одетых в чёрное, ждёт назначенного часа. Автобус наполняет пугающая, но такая сладостная тишина, нарушаемая лишь звуком израненного мотора и громким сердцебиением простых смертных… Сейчас бы сказать: «Буу!» и посмотреть на их реакцию…Чтобы их напугать, оказывается, нужно просто быть самим собой... Куклы… Манекены…

Когда мы вышли из автобуса, мне показалось, что он вздохнул с облегчением.

Молча по неосвещённой дороге мы доходим до кладбищенских ворот. Молчание - это одно из главных условий посвящения… соблюдаем неукоснительно. Учитель Вэнч уже ждёт нас.

Говорят, у готов нет чувства юмора. Да, это так. Всё, что может быть смешным, насильно прячется в глубины чёрной души.

Идти не страшно, ибо я иду не одна. За мной следует более десятка теней, наполненных жаждой открытий... Подходим к тяжелой кованой ограде. Ворота слегка приоткрыты, веет могильным холодом. Но это не пугает.

- О, Учитель, я послушно внимаю Вам.

- Элеора… ну что ж, идём.

Эта волнующая недосказанность. Вэнч зажигает свечу и шагает в туман. Огонёк становится моим проводником. Тишина. Даже шагов не слышно. Идём долго…Ступеньки?.. Спускаемся куда-то вниз. Нет никакой разницы: открыты мои глаза или закрыты… Но вот постепенно начинаю различать, где мы находимся. Большая комната, пахнущая сыростью. Огонёк медленно плывёт по комнате, рождая сотню таких же, как он. Становится светло. Это склеп… старинный… с вензелями и фресками… Гробы… их много...

- Где мы, Вэнч?

Я невольно нарушаю тишину таинства.

- Это усыпальница моих предков.

- Так значит, ты…

- …потомок древнего рода хранителей тайного знания. Потому я и Учитель.

Мне становится немного не по себе. Он врёт? Но Учитель не может врать. Я почему-то не выдерживаю бесплотности тишины и кричу. От этого рвется паутина на углах, рождённая здесь еще сотню лет назад…

- Этого не может быть, ты обычный парень, каких полно! В тебе не может быть никаких сил и знаний!

Он спокоен. Ни одна мышца не дрогнула. Нет эмоций, лишь сухость слов и уверенность.

- Элеора! Сейчас ты отступаешь от главного правила семьи: ты ставишь под сомнения слова старшего, и в случае повторения этой ошибки ты будешь жестоко наказана.

Наказание… Нет, не хочу. Хочу стать кем-то! Вырваться из серости обывательского тепла! Покорно склоняю голову.

- Простите меня, Учитель!

Но… Всё равно я не верю. Тут дело даже не в словах, а в чувствах. Что-то мешает понять.

Вэнч в это время подходит к одному из гробов, стирает рукой пыль с него и шепчет, склонив голову: «Дай нам силы, отец..». Пылинки, кружась в свете свечей, рисуют мягкие узоры и ложатся на пол. Кажется, что жизни в них даже больше, чем во всём вокруг.

Видимо, это был сигнал к действию. Один из братьев разрушает круг, созданный за моей спиной, но тут же возвращается, неся в руках тяжёлую медную чашу, до краёв наполненную тёмной вязкой жидкостью, в которой отражаются, медленно погружаясь на самое дно, огни. Кровь? Вэнч берёт чашу и ставит её на крышку гроба, берёт свечу и поджигает содержимое этой чаши…

Никогда б не поверила, если б мне сказали, что кровь может гореть. Она вспыхивает синим пламенем. Язычки огня лижут руки Вэнча, но он не убирает рук. Закрыв глаза, Учитель что- то шепчет на не понятном для меня, но таком притягательном своей стариной языке. Эхо не осмеливается повторять его слов. Тишина. Она обволакивает, давит. Пугает. Я не могу вымолвить ни слова. Вэнч поворачивается ко мне. В глазах видны отблески огня. Жёлтые, как у тигра..

- Иди сюда, Элеора.

Иду медленно, покорно, моя обувь утопает в пыли… иду...

- Сделай глоток из чаши предков.

Я не боюсь этого, но что-то отталкивает меня от этой горящей жидкости.

- Я не хочу!

- Ты пришла сюда, чтоб стать одной из нас, так пройди с достоинством это испытание.

Десятки глаз смотрят на меня. Давление, жуткое давление со всех сторон… И я в центре затёртой каменной пентаграммы…

Наклоняюсь над чашей. Темно, даже не видно моего отражения. Огонь лижет мои волосы, но я даже не пытаюсь ему помешать. Беру чашу в руки, закрываю глаза и делаю глоток. Противно вязкая, горькая на вкус жидкость медленно ползёт по моему горлу, обжигая и сводя с ума, отдавая ржавым железом. Ожидание… секунды кажутся вечностью. Моё тело больше не в состоянии слушаться приказов затуманенного мозга, и я лечу на холодный каменный пол.

Пустота. Мне кажется, что я стою на краю земли, внизу - бесконечность Вселенной. Я должна сделать свой выбор. И я его делаю: я шагаю вперёд. Этот полёт умиротворяет. Встречный ветер касается крыльями лица, оставляя саднящие полосы. Нет красок, всё делится на чёрное и белое. Никаких полутонов. Лишь я и это манящее чувство неопределённости. Мой взгляд невольно падает на странную фигуру, неподвижно застывшую в воздухе. Я пытаюсь разглядеть. Она ускользает… Я почти дотрагиваюсь до неё рукой. Ещё миг… Тут полёт резко заканчивается, и я стремительно падаю вниз. Темнота поглощает моё тело. Нужно вдохнуть. Но я разучилась дышать!.. Раз, два, три... Я падаю на что-то твёрдое. Открываю глаза: пыльный каменный пол. Вдох. Встать. Медленно встаю, собирая остатки сил… Где все??? Горит только одна свеча. Подхожу к освещенному гробу, на котором стояла чаша. Виден вдавленный след от неё и капли уже мёртвой жидкости. Склоняюсь над ним. Какой неприятный сон. Нужно перевести дух. И тут я замечаю обрывок листа с надписью: «Мы ждём тебя..».

Посвящение ещё не закончено! Ждём? Но я даже не знаю этого места, я не знаю, куда идти. В мозгу рождается одна фраза: «Я подскажу тебе».

Беру свечу и поднимаюсь по ступенькам. Тяжёлая дверь со скрипом поддаётся, делая мне одолжение. Луна. Полная луна. Тихо. Где?! Пытаюсь сохранить остатки спокойствия. Иду через засохшие скрипящие заросли деревьев, мимо покрытых мхом надгробий и заросших полуразрушенных временем памятников, куда зовёт меня голос в голове. Не удивляюсь. Нет сил спорить с ним. И нет желания продолжать эту игру. Сколько времени меня не было на этой земле? Что произошло? Я не ошиблась с выбором пути. Вдалеке я вижу алтарь и своих братьев и сестёр. Спешу к ним, расцарапывая руки о кусты. Алтарь… Вероника?!! Почему она? Почему здесь? Я не могу говорить... Обряд. Они что-то говорили про обряд жертвоприношения. Но она моя сестра!!

Тише… Она не даст себя в обиду. Нервничает, пытается испортить обряд. Но это же МОЁ ПОСВЯЩЕНИЕ! Я так ДОЛГО ЖДАЛА этого момента! Я хочу стать НАСТОЯЩЕЙ, Но она же моя сестра… а если с ней случится что-то плохое?..

Вэнч режет ей ладонь. Кровь жертвы. Мы должны выпить вина с кровью. Чаша. Звенящая тишина. Слышно, как кровь крупными каплями падает в чашу, расползаясь по медным стенкам. Вино в тёмной бутылке просит испить его, рвётся на свободу и получает её. Чаша наполняется до краёв. Чьи-то руки осторожно берут чашу и передают её по кругу. Она доходит до меня. Я уже не думаю. Я прижимаюсь губами к холодному металлу. Пить не хочется, но нужно. Делаю глоток. Вино стекает по обожжённому горлу, принося с собой наслаждение.

Вэнч жестом принуждает меня встать на колени перед алтарём. Крестят? Ножом. Моя ладонь подвергается тем же пыткам, что и ладонь Ники. Они что-то вырезают на ней… Начинает кружиться голова. Душно… Они целуют мою руку. Завязывают сестре глаза. Я чувствую, что ей противно. Противно здесь находиться. Тонкие паутинки страха опутывают её с ног до головы. Она храбрится, она хочет показаться сильной. Но Ника ещё ребёнок, эти глупые испытания не для неё.

Чёрное небо резко окрашивается красным. Луна ехидно ухмыляется со своей высоты. Учитель шепчет какое-то заклинание и чертит в воздухе не знакомые с разумом простых обывателей знаки. Его волосы, его одежда развеваются на ветру. Его глаза горят. Внезапно мои братья и сёстры начинают бледнеть… и вот ещё минута, и я вижу сквозь них надгробия и деревья… Они застывают в каких-то нелепых позах и становятся туманом, расползаясь по всему кладбищу… Исчезли, растворились. Не верю! Закрываю глаза. Но никакого больше страха. Этот мир перестал меня удивлять…

Чья-то рука гладит мои волосы. Вэнч.

- Теперь ты знаешь правду.

- Они не были настоящими? Это мираж?

- Это духи.

- Но они были так реальны...

- Я сделал их такими. Я дал им силу. Ради твоего посвящения, Элеора. И я могу дать силу тебе. Чего ты хочешь?

- Я так долго ждала этого дня. И я не хочу, чтоб этот день закончился... Я боюсь, что будет дальше.

- Будь осторожна со своими желаниями, Элеора.

Закрываю глаза. В моей голове проносится всё, что произошло, как будто кто-то перематывает кассету на начало. Странный день…

А что будет, если я открою глаза?

Звонок. Телефон надрывно призывает поднять тяжесть трубки. Открываю глаза, протягиваю руку к телефону…

- Привет, Элеора!

- О, хай, Вэнч! Знаешь, я пойду сегодня на вечеринку… Я так решила.

Какая же я ДУРА!!!!!!!

Будь осторожна с желаниями...