Политобзор СКФО с 23 по 30 июля: протесты все жарче

31.07.2018

Вся политика Северного Кавказа за неделю.

Антон Чаблин

Ставропольская оппозиция потребовала немедленной отставки губернатора Владимира Владимирова, в Нальчике завершился суд над ингушскими «оборотнями в погонах» (приговором недовольны и осужденные, и их жертвы), а Рамзан Кадыров жестко раскритиковал позицию Комитета против пыток ООН. Ставрополье, Дагестан, КЧР, КБР, РСО: вялый, но все же протест В минувшую субботу, 28 июля, в нескольких региональных столицах Северного Кавказа прошли акции протеста КПРФ против повышения пенсионного возраста. В них приняли участие, по оценкам самих организаторов, около шести тысяч человек. Самым массовым был митинг в Ставрополе, где на площади 200-летия собралось более двух тысяч человек. По итогам митинга была принята резолюция «Нет пенсионному геноциду!», два самых острых пункта которой – это выражение недоверия Владимиру Путину и требование отставки правительства Дмитрия Медведева. Такие же резолюции приняли коммунисты на митингах, которые прошли 28 июля в Невинномысске и Пятигорске (они собрали примерно 200-250 участников). Текст резолюций: http://kprf26.ru/?p=11707 А вот участники другого митинга, который прошел в Ставрополе одновременно с коммунистическим – только в противоположном конце города, на улице Мимоз – требовали еще и распустить Госдуму и отправить в отставку губернатора Владимира Владимирова. На митинг во Владикавказе собралось около полутора-двух тысяч человек – количество участников могло быть больше, если бы провести акцию разрешили в центре города; «выселили» коммунистов в сквер на углу улиц Тельмана и Мичурина. Лидер осетинских коммунистов Елена Князева заявила, что в республике собрано уже 50 тысяч подписей против пенсионной реформы. Попытались заткнуть рот протестующим и власти Черкесска: КПРФ хотела провести митинг перед зданием Драматического театра, но мэрия города разрешила собраться лишь на площади перед железнодорожным вокзалом. Тем не менее участников было около тысячи – не только коммунисты, но также сторонники ЛДПР, «Справедливой России» и «Партии малого бизнеса России». Требовать отставки Рашида Темрезова протестующие не стали, ограничившись лишь общими словами в резолюции: «Призываем главу, правительство и Народное собрание встать на сторону подавляющего большинства населения». В Махачкале также протестующих «отселили» в городской гайд-парк – в пойме реки Лососинки, которую многие местные жители с трудом могли отыскать. Как итог – всего две сотни протестующих: не в пример меньше, чем на предыдущих акциях, на которые выходили в центре дагестанской столицы сторонники Алексея Навального. Ну и, наконец, в Нальчике на площади возле кинотеатра «Родина» собралось около 250-300 участников протестной акции. – Почему митинги собрали тысячи людей, а не сотни тысяч? Причин на самом деле несколько, – рассуждает в беседе с «Кавказ Пост» руководитель «Политической экспертной группы» (Москва) Константин Калачев. – Во-первых, в последние годы люди стали опасаться ходить на митинги. Во-вторых, большинство людей не верит, что митинги что-то решают. В-третьих, лето и выходной день: люди предпочли отдых и дачные хлопоты. В-четвертых, главным организатором выступила КПРФ, но в искренность ее намерений, в не саму, в Зюганова уже не верят. Не верят как партии, у которой риторика расходится с делами, которая перестала бороться за власть. В пятых, информирование о митингах осуществлялось плохо. В-шестых, партийные организации разучились работать с обществом – тотальной мобилизации не получилось.

Ингушетия и КБР: мягкий приговор для палачей

27 июля а Нальчикском гарнизонном военном суде под председательством судьи Андрея Лазарева завершился один из самых громких процессов последних лет – над бывшими сотрудниками ФСБ и МВД, обвиняемыми в пытках. Все семеро обвиняемых признаны виновными – это бывший начальник Центра по противодействию экстремизму (ЦПЭ) по Ингушетии майор полиции Тимур Хамхоев, его заместитель полковник полиции Сергей Хандогин, начальник отдела подполковник полиции Андрей Безносюк и еще трое бывших силовиков. Самый суровый приговор получил старший оперативный уполномоченный ЦПЭ Алихан Беков – он проведет в колонии строгого режима десять лет (правда, срок исчисляется с декабря 2016 года, когда полицейский был задержан и отправлен в СИЗО). Именно Беков, как было доказано в суде, во время допроса задушил задержанного Магомеда Далиева. А вот заместитель начальника ЦПЭ Сергей Хандогин и вовсе отделался условным сроком. Правда, все полицейские лишены званий. Суммарный срок осужденных оказался вдвое меньше, чем требовало государственное обвинение – 36,5 года против 70. Но, как ни поразительно, все осужденные заявили, что будут обжаловать даже такие необычайно мягкие приговоры – они по-прежнему настаивают на своей невиновности.

Чечня: Минюст не нашел гомофобии

25 июля в Женеве заместитель министра юстиции России Михаил Гальперин представил Комитету против пыток ООН доклад, посвященный выполнению «Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания». Содержание доклада раскритиковал член Комитета против пыток ООН Клод Хеллер, который обратил внимание на участившиеся жалобы из регионов Северного Кавказа, и в первую очередь из Чечни – на внесудебные казни, пытки, похищения, сфабрикованные уголовные дела. В качестве примера он привел дело в отношении руководителя чеченского офиса «Мемориала» Оюба Титиева, который с января находится под стражей по обвинению в хранении наркотиков. В его поддержку, напомним, выступали два кандидата в президенты – Ксения Собчак и Григорий Явлинский, а также многие международные организации (Amnesty International, Human Rights Watch, Front Line Defenders, World Organisation Against Torture, International Federation for Human Rights). Также представители движения «Российская ЛГБТ-сеть» сообщили о том, что за последние полтора года из-за преследования секс-меньшинств Чечню покинули 125 человек (49 из них были перед отъездом задержаны и допрошены чеченскими силовиками, а 37 человек сообщили правозащитникам о пытках). Однако в докладе, который представил Гальперин, говорится, что факты преследования гомосексуалов в Чечне «не подтвердились». Поддержал эти доводы и Рамзан Кадыров.