«Between the Buttons» The Rolling Stones: история самой удивительный пластинки группы в 60-х

« Критик Дэвид Дилтон писал, что на обложке «Between the Buttons» Брайан Джонс похож на «обреченного енота-альбиноса».
« Критик Дэвид Дилтон писал, что на обложке «Between the Buttons» Брайан Джонс похож на «обреченного енота-альбиноса».

«Between the Buttons» — последний залп первой пятилетки The Rolling Stones и свингующего Лондона 60-х, стремительного погружавшегося в морок и сияние психоделической революции. До «Сержанта Пеппера», Хендрикса и Pink Floyd оставалось полгода, до новой молодежной культуры с пацифизмом, ЛСД, буддизмом и павлиньей экзотикой — буквально считанные часы. И Stones успели.

Именно на «Between the Buttons» The Rolling Stones развернулись во всю инструментальную ширь и, прикинувшись бродячим оркестром с дуделками и свистелками, выпустили не похожий ни на одну их пластинку сплав слащавой пубертатной эстрады, дребезжащих резких гитар, страстного рок-н-ролла и печального барокко-попа в духе The Left Banke и The Move.

Смешно сказать, но к 67-му году Stones всерьез озаботились своим положением «стариков», теряющих пульс времени и молодежь на концертах: их основная публика первых лет — школьники и гимназисты постарше — находили себе новых кумиров, а сексуальная угроза, исходившая от Джаггера со страниц газет, входила в английский таблоидный канон. Выдать себя за антагонистов The Beatles, крушащих всё на своём пути, тоже было непросто: Леннон уже высказался насчет Христа, Маккартни признался, что пробовал ЛСД, а вместе они объявили об отказе от концертов, вызвав цунами недовольства фанатов.

С другой стороны, уже случилось «британское вторжение» в США, уже вышли «(I Can't Get No) Satisfaction», «Paint It Black» и «Lady Jane» — к 67-му The Rolling Stones больше не провозвестники корневого американского блюза, не бессребреники-идеалисты, а вторые после The Beatles законодатели музыкальных мод Британии. И пока Леннон наряжается в моржа, Кит Ричардс надевает шубу, Брайан Джонс белую широкополую шляпу, а Джаггер присматривается к теням.

Куда больше он, разумеется, присматривается к владелицам теней и вновь, как на предыдущем альбоме «Aftermath», проходится по всему женскому полу с язвительными нападками и оскорблениями. Если до этого Джаггер мог позволить себе спеть о безмерно задающихся, жутко «тупых безвкусных динозаврихах», которые без конца к нему липнут, и о невротичных светских львицах, которых он приструнил, то теперь не до ужимок и намеков.

В каждой второй строчке «Between the Buttons» демонстративный мужской шовинизм Джаггера, его бахвальство жеребца и обольстителя стекают с песен литрами: «бывшие девушки — это вчерашние газеты (выбрось их)», «не звони мне, довольствуйся тем, что дают», «в тебе нет ничего особенного — ты будешь одной из» и так далее. Из здесь же патентованные издевательства в метафорах, обыгрывающих скрытые отношения, как запасной аэродром, а расспросы, где ты был и что делал, – как досмотр перед посадкой в самолет. Здесь же придирки, желчь, сарказм и посылы куда подальше — потому что Джаггер расставался с тогдашней спутницей Крисси Шримптон; и там же тонкая лирика, почти онемевшая от смущения влюбленность — потому что Джаггер уже встречался с Марианн Фейтфулл; и поверх всего приглашение немедленно лечь в койку — потому что это Джаггер. Именно для «Between the Buttons» он впервые сочинил всю песню от начала до конца — и музыку, и текст.

И только на «Between the Buttons» в песнях Stones одновременно звучат тамбурин и орган, цимбалы и клавесин, саксофон и пианино, аккордеон и флейта — всё, от чего буквально через 2-3 года не останется и следа. Человек по фамилии Ницше ни на одном альбоме Stones тоже больше не появится.

Пик музыкального всемогущества троицы Джаггер-Ричардс-Джонс.