«The Idiot» Игги Попа: первый сольный альбом экс-фронтмена The Stooges под присмотром Дэвида Боуи

«The Idiot» — дебютный альбом Игги Попа, перезапустивший его карьеру теперь уже в роли независимого артиста — и показавший лидерам волны панка’77, что им делать дальше: взрослеть, умнеть и двигаться дальше.

В середине 1970-х Игги Поп остался ни с чем. С его группой The Stooges давно было покончено, героин продолжал убивать его лучших друзей, пластинки не продавались, концерты отменялись. Сам же Игги недавно прошел курс реабилитации в психиатрической клинике и мечтал вернуться в музыку. Сказать, что лейблы не видели в этом никакого смысла и хотя бы малейшего коммерческого интереса – не сказать ничего. В 1975 году в Игги Попа верил только Игги Поп. И еще один человек, оказавшийся в схожем положении, но по ту сторону успеха: он слишком устал от музыкальной индустрии, сонма пустых предложений, формата, контрактов и бизнеса как такового. Его звали Дэвид Боуи.

Боуи продюсировал последний альбом The Stooges и знал, на что способен Игги как музыкант, автор текстов и крайне недооцененный певец. Главный хамелеон рока был готов к очередной смене образа, а главное – имел талант вовремя уйти в тень, чтобы накопить сил и идей. Так почему бы не записать сольный альбом Игги Попу? Даром что опыт сотрудничества с оставшимся без группы большим артистом у Боуи уже был – три года назад он записывал Лу Рида из The Velvet Underground.

Боуи в прямом смысле прихватил Игги в турне «Station to Station» и начал сочинять материал для его сольной пластинки. При этом, как гласит легенда, Поп отвечал за тексты, а Боуи – за музыку.

После турне Боуи стал не просто вдохновителем и продюсером «The Idiot», а настоящим режиссером и постановщиком этого удивительного спектакля. Он искал музыкантов и оплачивал студию, отвечал за звук, подсказывал манеру пения (именно тогда Поп запел баритоном) и добавлял строчки в песни. Круглосуточно втягивал в разные авантюры и сталкивал Игги с музыкой, никак с ним не вяжущейся. Он же придумал обложку и название альбома. Боуи, в конце концов, ходил с ним на телешоу и участвовал в презентации «The Idiot», играя на пианино в углу сцены.

Как легко догадаться, в этом состоит сила и слабость «The Idiot», бросающаяся в глаза всем, кто в курсе, что в этот же период Боуи записывал свой эпохальный и рубежный альбом «Low», используя пластинку Игги, как репетиционную базу и финальный прогон собственного шоу. Всё, чем хорош и убедителен «The Idiot», в той или иной мере появится в «Low – отголоски холодного электронного мрака Kraftwerk, приёмы записи пионеров краут-рока Can, эксперименты с индустриальной музыкой и уход от любой американской традиции в сторону европейских канонов. В «Nightclubbing» звучит немецкое кабаре и Брехт, в «Funtime» доносятся готические хоры, в «Mass Production» – протяжный синтезаторный гул и парализующий бит Neu!.

А главное – повисшая в воздухе депрессия и подступающая со всех сторон агония Последних дней. Ведь еще год назад Боуи как никогда раньше был близок к уходу со сцены и едва справлялся с паническими атаками. Игги и без того держался на волоске, готовясь к провалу. Берлин, как выяснится позже, вернул их к жизни и высвободил творческий потенциал на 200%. Оба были спасены.

С одной важной оговоркой: «Low», по настоянию Боуи, выйдет раньше на два месяца и именно с него начнется его «берлинская трилогия», хотя на самом деле она началась именно с «The Idiot» Игги. Как минимум, его записывали те же самые люди, что и «Low». И даже появившийся через пару месяцев Брайан Ино для начала был приглашен на запись «The Idiot». Более того, Боуи настолько вложился (во всех смыслах) в альбом Игги, что не смог отказаться от части материала и включал его, сменив текст или аранжировку, в свои последующие альбомы.

С чем остался Игги в конце 1970-х? Со статусом человека, придумавшего не только жизнелюбивый панк, но и упаднический пост-панк. С бешеной энергией и энтузиазмом, важнейшими в его карьере песнями и той самой жаждой жизни, до сих пор удерживающей его в отличной форме. Декаданс декадансом, но в туре с «The Idiot» Игги всё равно выступал с голым торсом.