Сага о великом плагиате: Меч Шаннары

ПЕРЕВОДИЛА: ЛАРИСА ШЕСТАК

Как Терри Брукс спас эпическое фэнтези

И помог мне влюбиться в мир Толкина

by AIDAN MOHER

Терри Брукс известен своей дурной славой.

Меч Шаннары (1977), дебютная книга американского романиста Терри Брукса, была издана на пике популярности научной фантастики, мир которой сильно отличался от современного: тогда не было ни Гарри Поттера, ни Игры Престолов, а Питер Джексон был ещё подростком, едва открывшим для себя книги Толкина. Читатели были захвачены «новой волной» научной фантастики, и жанр фэнтези казался постепенно исчезающим миражом в пустыне, оставленной после отправления Фродо в Бессмертные Земли.

Фродо может, и выжил, но жанр фэнтези был практически мёртв.

Так оно и было, пока Лестер дель Рей, прославленный автор и издатель, не заметил на юридическом факультете частного американского университета молодого начинающего писателя и не опубликовал его дебютную книгу. Писателя звали Терри Брукс, его первая книга называлась Меч Шаннары, и — наряду с серией романов Томас Ковенант Стивена Р. Дональдсона — она спасла жанр эпического фэнтези. Ах да — по задумке издателя книга во всех отношениях стала бессовестным плагиатом Властелина колец.

Я имею в виду, там было всё:

и так далее, и тому подобное.

Невозможно игнорировать сходства между двумя произведениями. Брукс неоднократно замечал, что главная цель дель Рея заключалась в создании более востребованной на рынке версии истории Толкина и в пробуждении интереса читателей ко Вторичному миру2 фэнтези. То, за что Меч Шаннары критикуется сегодня, — за плагиат Властелина колец и создание эпического фэнтези «по пунктам» — на момент публикации книги было предзнаменованием того, что произойдёт с жанром.

Анализируя рецензированное издание Меча Шаннары, один из авторов сайта Tor.com Майк Першон уделяет особое внимание на некоторые культовые сцены романа и его отсылки к наследству Толкина:

Нужно просто посмотреть на оригинальную обложку и форзацы, иллюстрированные Братьями Гильдебрандт, чтобы понять намерения дель Рея: по признанию Брукса, Гильдебрандты были наняты Лестером и Джуди-Линн дель Рей для «выполнения подобных календарных иллюстраций по мотивам Властелина колец, выполненных ими ранее».

Таким образом, даже в свои ранние дни, маркетинговая кампания  Меча Шаннары была прямо направлена на читателей, жаждущих узнать больше о необъятных мирах, которыми дразнил их Толкин. Братья Гильдебрандты создали культовые иллюстрации по мотивам Властелина колец, их стиль был легко узнаваемым и приятным для миллионов фанатов Толкина. Что могло сработать лучше и побудить всех этих изголодавшихся читателей взять дебютную книгу начинающего писателя, выполненную в жанре, чей похоронный звон отгремел лет десять назад?

Иллюстрация братьев Гильдебрандт

Кого-то эта компания напоминает…

Я впервые открыл для себя книги Брукса в середине 90-х годов, будучи юным выпускником начальной школы. Это была моя первая настоящая вылазка в мир фэнтези после Толкина. Я был равнодушен к фэнтези до того, как открыл для себя Средиземье, проводив своё детство за научной фантастикой: я зачитывался Томом Свифтом, Майклом Крайтоном и смотрел Стар Трек и Звёздные Войны. Но когда меня потянуло к фэнтези, во мне будто что-то щёлкнуло, и я начал копаться в библиотеке своей матери, — состоящей из Хэмбли и Брукса, Дональдсона, Куртца и МакКаффери, — в поисках чего-то, что заполнит мою внутреннюю пустоту в форме хоббитовской норы, о существовании которой я раньше не догадывался. Меч Шаннарывполне подходил для этого. Я не хотел читать ничего нового. Со всем пылом и страстью подросткового существа, я заново хотел пережить такое же ощущение чуда, которое я чувствовал, читая Толкина. Мне хотелось скрытой магии, эльфов, гномов, погружения в дивный новый мир фэнтези. Я был идеальным среднестатистическим читателем для Брукса и дель Рея: юный, впечатлительный и готовый начать продолжительный роман с фэнтези длиною в жизнь.

Спустя 35 лет после публикации, Меч Шаннары трудно читать и не замечать банальные клише одно за другим. Целый популярный жанр создан на основах, заложенных Толкином  (а его истории в свою очередь опираются на древние мифы), и на кирпичиках, впоследствии заложенных Бруксом, Дональдсоном и дель Реем. Чтение Меча Шаннары с перспективы XXI века может сопровождаться разочарованием, замешательством, энтузиазмом, скукой и восхищением одновременно. Подобно любому большому труду, создаваемому на протяжении почти четырёх десятилетий, необходимо принимать во внимание контекст, в котором Брукс писал книгу, и в целом состояние жанра фэнтези с очень небольшим количеством книг о вторичных мирах помимо толкиновских. Сейчас книга может показаться скучной, но в свое время она была эволюционной и открыла двери, в которые на протяжении долгих лет стучались Куртц, МакКаффри и Желязны. За ними последовали Катарина Керр, Дэвид Эддингс, Барбара Хэмбли и Раймонд Фэйст. Тогда-то шлюзы и открылись.

Властелин колец является наиболее очевидным аналогом книги Брукса, однако в рецензированном издании Меча Шаннары, Брукс раскрывает ряд других авторов, повлиявших на него во время написания книги:

Я черпал вдохновение у европейских авторов приключенческих романов: сэра Вальтера Скотта, Роберта Льюиса Стивенсона и Александра Дюма, но только после прочтения Властелина колец Дж. Р. Р. Толкина я понял, что жанр фэнтези был именно тем холстом, на котором я должен был написать историю о Мече Шаннары.

Иллюстрация Luis Melon

Чем Брукс абсолютно покорил меня как юного читателя, так это своей способностью из элементов, привнесённых Толкином в современную литературу, создавать что-то доступное и забавное: захватывающие приключения без всяких толкиновских странностей. Я любил Толкина, но его слог казался мне сухим, а с персонажами было слишком сложно установить эмоциональную связь. Смешав дух авантюризма Дюма и Дойла с размахом и методом миростроения Толкина, Брукс познакомил читателей с фэнтези, которое было не только масштабным и необычным, но существовало само по себе как потрясающий образец попкорновой фантастики. Брукс избегал излишней глубины повествования, чтобы сделать произведение более доступным для массового читателя, и тем самым перевернул весь рынок фэнтези. Меч Шаннары в одночасье стала книгой, в которую вцепились фанаты Властелина колец, и прекрасным началом знакомства с фэнтези новых читателей. В то время как Стивен Дональдсон — Гарфанкель Брукса-Саймона3 — продавался исключительно взрослым читателям, ищущим что-нибудь мрачное, интроспективное и взрывное, Брукс с распростёртыми объятиями ждал любых  читателей, независимо от их возраста и опыта.

Брукса часто критикуют (на мой взгляд, незаслуженно) за детскость и оставляют в тени более бескомпромиссных фантастов, популярных среди современных читателей. Но что, если бы было опубликовано оригинальное видение Бруксом Меча Шаннары?  «Брукс [признается], что первоначальный проект «Меча» был более трагичным, и большинство главных героев погибало в конце», — отмечает Першон в своей рецензии. — «Дель Рей же убеждал его, что читатели «не смогут смириться с таким количеством убитых персонажей»». Эх, как же всё изменилось.

Несмотря на то, что другие романы Брукса не могут сравниться с некоторыми популярными сегодня представителями более бескомпромиссного фэнтези, серия Шаннары долгое время была небезопасной для своих же героев — и положительных, и отрицательных — и почти все книги (за исключением может, последнего опубликованного тома Клинок Высшего Друида) ведут такой счет телам, которому бы позавидовал Джордж Р. Р. Мартин. Братство Шаннары не неуязвимо. Во всех историях Брукса присутствуют жертвы и неудачи, смерть и благородство. Ваш любимый персонаж никогда не будет в полной безопасности. Возможно, наиболее примечательным является то, что Брукс не приберегает драматичные смерти к концу своих книг, и нередко ключевые персонажи могут сыграть в ящик в самый неподходящий момент, унося с собой в могилу на первый взгляд мирный и безопасный сюжет.

Дель Рей охладил пыл Брукса в этом плане. Однако, оглядываясь назад, я задумываюсь, как бы я, будучи юным читателем, отреагировал на смерть своих любимых персонажей, в которых я влюблялся на протяжении более 700 страниц? Понял бы я трагический подтекст истории Брукса? Я был просто раздавлен и горд, когда один тролль пожертвовал своей жизнью, чтобы Ши Омсворд смог закончить своё путешествие, но я не уверен, что я бы справился с подобной судьбой Мениона Лиха или Ширли Равенлока.

***

Меч Шаннары (by Doug Beekman)

Даже несмотря на ряд повторяющихся сюжетов, серия Шаннары во многих отношениях опережала своё время:

  • В отличие от практически любого другого вторичного мира, который приходит на ум, Четыре Земли постоянно развиваются: технически, культурно и социально.
  • Там полно сильных женских персонажей, которые справляются с любой грязной работой. Они и добрые, они и злые, они и где-то посередине. Они неоднозначны и полноценны.
  • По ходу хронологии (от Бегущей с демоном до Клинка Верховного Друида), серия Шаннары на разных этапах является городским фэнтези, постапокалиптическим сюжетом и эпическим фэнтези. Брукс никогда не довольствовался одним жанром.
  • Серия во многом затрагивает темы физических, эмоциональных и психических недостатков.

***

Четыре Земли

Другим любопытным отличием от работы Толкина, по-разному использованным Бруксом и Дональдсоном, является проникновение нашего мира  в мир фэнтези. Дональдсон осуществил его, послав человека с современной земли, Томаса Ковенанта, в свой фантастический мир, а Брукс, задумав нечто большее, создал свою фантастическую игровую площадку на осколках Земли, разрушенной радиоактивными осадками в далёком будущем. Призраки этого мира, в котором мы все сейчас живём, преследуют мир Брукса, и мы непрерывно наблюдаем противостояние науки и магии.

Всё начинается с тончайших намёков. В Мече Шаннары есть эпизод, где, если присмотреться, кажется, что действие происходит среди стальных балок огромного обрушившегося здания; в Наследии Шаннары Уокер Бо со своими товарищами исследует каменный город, жутко напоминающий Сиэтл, штат Вашингтон; Чумаописывает полноценный компьютер с лазерной установкой, обнаруженный далеко за пределами Четырех Земель; а трилогия приквелов Рождение Шаннары рассказывает о последствиях ядерной войны, унесшей жизни большинства людей на Земле, и оставившей после себя зачатки мира, полного легенд и магии.

Паб (by Michael de Jong)

Одной из главных составляющих серии является то, что действие каждого блока истории о Шаннаре, — представленного как отдельными книгами, так и многотомными сериями — разворачивается в новом поколении. Четыре Земли меняются, технологии развиваются, и старые герои сменяются своими потомками (в каждой из книг/трилогий/серий Шаннары есть главные герои, восходящие своими корнями к персонажам первой книги Меч Шаннары). Такая смена поколений в серии Шаннара одновременно является и любопытным решением, и убийственной ошибкой.

Будучи фанатом Шаннары уже долгое время, невероятно приятно начинать новое путешествие в Четыре Земли. У героев могут быть новые имена, но каждый раз знакомясь с персонажами новой трилогии/серии это похоже на встречу в любимом пабе со старыми друзьями: между вами ощущается постоянная химия, и беседа течёт так, будто никогда и не прекращалась.

Однако, во многих отношениях последние книги Брукса пострадали от этого: беседа, оставаясь, в общем, приятной, уже немного наскучивает; паб приелся; пиво уже не то, что раньше. Ты постоянно смотришь на часы, пытаясь понять, не слишком ли рано ещё уходить. Истории давно стали предсказуемыми, будучи собранными из знакомых фраз, переставленных между собой — как будто автор играет в один и тот же конструктор Лего вот уже 30 лет.

Вместо того чтобы создавать хорошо продуманных, тонких персонажей, Брукс лезет в мешок архетипов и вытряхивает их оттуда. За редким исключением (особенно в средних томах серии Наследия Шаннары), каждая книга Шаннары разворачивается вокруг потомка рода Омсворд. Он/а:

  • Молод/а;
  • Наивен/на;
  • Наделен/а скрытой магией;
  • Спрятан/а от остального мира;
  • Не осознаёт свою внутреннюю силу;
  • Противостоит неизвестному; и
  • Сопротивляется вовлечению в более масштабный мировой конфликт.

(Не все эти составляющие представлены в абсолютно каждом из главных героев, но все они используются с различной частотой, отсюда и ассоциация с мешком)

К сожалению, Брукс не заходит так далеко, чтобы  использовать свои повторения новым или тематически интересным способом. Грайан — противоречивый антигерой нескольких поздних книг Шаннары «подошёл» к этому ближе всех, но Брукс упускает (или намеренно обходит) возможность использовать предрассудки и предубеждения читателей против них самих, перевернув их ожидания с ног на голову. В его последней книге Клинок Верховного Друида впервые за все время главный герой не является потомком Ярла Шаннара, что представляет собой прекрасную возможность попробовать что-то новое, однако результат остаётся таким же тухлым, как и недавние Омсфорды.

Это же применимо и к сюжетам Брукса, которые часто являются перефразированием какого-либо решения из более ранней книги Шаннара: использование Меча Шаннары для борьбы с тёмными силами; обладание силой эльфийских камней; или овладение давно потерянным волшебным артефактом. «В основу каждой книги я  вписал мысль о том, что абсолютная власть необычайно развращает», — признаётся Брукс в рецензированном издании «Меча Шаннары». Это некоторым образом проливает свет на постоянные повторения в серии Шаннары.

«К сожалению», — говорит он (довольно очевидные вещи), — «это так же верно, как и в 1977 году».

Действительно, природа абсолютной власти является обширным и ключевым элементом человеческой личности, но задумаемся об авторе, который на протяжении 30 лет изучает одну единственную тему (не исключая и другие, но и не меняя основу всех историй). Как много может автор рассказать по ней? И как Брукс продолжает бросать себе творческий вызов, задавая одни и те же вопросы снова и снова?

Более уместным, пожалуй, будет задаться вопросом: почему, несмотря на все попытки Брукса оседлать эту мертвую лошадь, я год за годом возвращаюсь к его творчеству, чтобы прочесть последнюю книгу Шаннары?

Подобно долгой любовной связи, от затяжной ностальгии нелегко избавиться.

***

Учитывая вышесказанное (Меч Шаннары — это очевиднейший плагиат Толкина,  написанный как по инструкции), нет ничего удивительного в том, что я считаю лучшими работы Брукса с середины восьмидесятых до начала нулевых:

  • Наследие Шаннары (1990-93 гг.) четырехтомная серия, особенно примечательная своей мрачной атмосферой и структурой повествования, средние два тома которой посвящены двум компаниям, отправляющимся в свои собственные параллельные путешествия.
  • Путешествие Ярла Шаннара (2000-2002 гг.) осуществляет проникновение технологий в серию и начинает длительное наблюдение за общественными последствиями противостояния магии и технологий. Также более очевидно намекает на взаимосвязь мира фэнтези с нашим собственным.
  • И, в особенности, Эльфийские камни Шаннары (1982 г.).

Эльфийские камни Шаннары, — часто позиционируемая как лучшая из книг Брукса из серии, — поразительна тем, что так сильно отличается от своей предшественницы. Масштаб описываемых в ней событий более скромен по сравнению с Мечом Шаннары, и это отдаляет Брукса от первоначального намерения подражать Толкину. Именно это повлияло на решение MTV адаптировать для телевидения именно эту книгу, а не Меч Шаннары. Она более лаконична, содержит более продуманный и необычный сюжет, и демонстрирует писательский талант Брукса в лучшем свете.

Призрак Ведьмы (by Todd Lockwood)

Разумеется, Эльфийские камни Шаннары также полны многочисленных штампов и клише, которые чрезмерно использует Брукс в своих более поздних томах, и они не выделяются уникальностью на фоне современного фэнтези, но в своё время, в мире, который только начинал заново открывать для себя вторичные миры благодаря Бруксу и Дональдсону, Эльфийские камни Шаннары значительно превосходили дебют Брукса, и по сей день они остаются образцом эпического фэнтези 80-х годов. Если вы собираетесь начать читать Терри Брукса сегодня, нет ничего лучше, чем начать именно с Эльфийских камней Шаннары.

Для меня стало в некотором роде шоком то, что последняя вышедшая трилогия Брукса Тёмное наследие Шаннары (и в частности, её второй том The Bloodfire Quest) была первым прямым сиквелом Эльфийских камней Шаннары с момента её публикации в начале 80-х гг. Просматривая библиографию Брукса, можно заметить, что многие книги серии были написаны за прошедшие с тех пор годы, однако Тёмное наследие Шаннары вбирает в себя многие тематические элементы из Эльфийских камней Шаннары и перемешивает их, чтобы посмотреть, как они изменятся спустя сотни лет технологического и культурного прогресса в Четырех Землях. Однако вместо того, чтобы наскучить, интроспектива и отсылки Темного наследия Шаннарывоспринимаются как нельзя лучше.

Именно такой и должна быть эпопея, повествующая о нескольких поколениях. Книги должны основываться друг на друге и развиваться. Уроки прошлого должны влиять на будущие действия. Последствия решений находят отражение сквозь поколения. Время никогда не останавливается на своём пути вперёд.

***

Невозможно точно определить и объяснить, что делает серию Шаннара Терри Брукса такой дорогой моему сердцу по одной простой причине: в книгах Брукса нет магии. Это не то, на что бы я обратил внимание. Это не тот элемент, который я бы помог уловить новому читателю. Вместо этого, она живет во мне. Это часть моих воспоминаний и моей ностальгии, это часть того чуда, которое проникло в моё сердце, когда я только открывал для себя мир фэнтези. В конце концов, всё это субъективно.

Фэнтези и ее идеология много для меня значат. Его безграничный потенциал ежедневно напоминает мне, что мы можем стремиться к большему, надеяться на лучшее, мыслить шире.

Своим академическим слогом Дж. Р .Р. Толкин ввёл меня в мир фэнтези. Но именно Терри Брукс помог мне в него влюбиться. Подобно учебнику истории Властелин колец представлялся мне безжизненным сборником мифов. Когда же я взялся за Меч Шаннары, казалось, что сам Брукс протянул мне руку и сказал: «Добро пожаловать в Четыре Земли. Позволь мне всё тебе здесь показать».

И за это я буду вечно благодарен.

ОПУБЛИКОВАНО 18.03.2015 НА MEDIUM.COM

ОБЛОЖКА: FERDINAND DUMAGO LADERA