Мужчина заходит в бар

2 December 2017

Чарльз Стросс

Наверное вы удивляетесь откуда берутся повести вроде Equoid.

Вот откуда:

Человек заходит в бар.

На самом деле, два человека зашли в бар отеля в Денвере. Было это во время нф-конвента. Чарли Стросс сидел в баре, потягивал пиво между выступлениями и лениво размышлял о том, чтобы разыскать Питера Уоттса. Но его внимание мгновенно переключилось, когда он заметил нечто очень странное в языке тела двух мужчин.

Одним из них был Джон Скальци. Язык его тела был языком энергичного продавца-экстраверта. Вторым был редактор Лу Андерс. Положение его тела было защитным: скрещенные руки, взгляд в сторону — будто он с трудом сдерживал слова: а ну отойди, извращенец!

Чарли уже выпил пару кружек пива и был в озорном настроении. Так что он поднялся и подошел к Лу и Джону.

- Привет, ребята. — сказал он. — О чем спорите?

- Я пытаюсь продать тематическую антологию! — сказал Скальци.

- Но я ее не покупаю. — сказал Андерс.

- А что за тема? — спросил Стросс.

- Единороги! — в этот момент Скальци почти подпрыгивал, словно вибрируя от энтузиазма.

- Единороги? — спросил Стросс. — Наверняка здесь какой-то новый подход…

- Да! Это будет тематическая антология «Истории единорожьего буккаке*»!

Стросс впал в глубокую задумчивость, над его головой появилась лампа, даже, скорей, стадионный прожектор, когда омерзительная идея буккаке и единорогов совершила моментальное перекрестное оплодотворение с сексуально диморфным морским хищником, о котором он хотел расспросить Питера Уоттса. И все это чудесно вписалось во вселенную Прачечной.

- Лу, если ты опубликуешь антологию Джона, я тоже пришлю историю: как тебе мысль? У меня только что появилась идея…

Стросс объяснил Скальци и Андерсу идею о жизненном цикле единорогов . Когда Скальци перестало тошнить, язык его тела переменился и стал поразительно похож на Андерса.

- Не звони нам, мы сами тебе позвоним. — сказал он с ледяной вежливостью и поспешно удалился.

***

Это было в 2008 году.

Как только идея единорогов, как сексуально диморфного вида вроде удильщика, окопалась в моем мозгу, я начал обдумывать другие аспекты пугающего, паразитического цикла жизни единорогов. Должна быть мимикрия. Носитель, которого можно использовать для убежища и еды. Подвижная фаза перед проникновением в носителя и фаза развития, позволили мне создать отличное объяснение для самых пугающих аспектов размножения единорогов (Да, я описал жизненный цикл Питеру Уоттсу).

Конечно в Equoid нашлись и другие удачные моменты для вселенной Прачечной: все очень мило сложилось. Неоплодотворенная юная самка предоставила объяснение для распространенного мифа о плотоядной лошади. А взрослый, плодящийся ужас позволил объяснить нервный срыв Г. Ф. Лавкрафта в 1908 году. И, наконец, это помогло мне продемонстрировать связь между мифами Лавкрафта и Прачечной — что Лавкрафт был полным энтузиазма, но заблуждающимся проводником в оккультизм, а его работы для практикующего демонолога не полезней «Поваренной книги анархиста» (рецепты которой печально известны тем, что сильно проредили количество начинающих анархических поваров).

Все, что мне было нужно, это история. Я написал около 4000 слов в 2008 году и оставил повесть на год. Затем написал еще 2000 слов. Отложил повесть, чтобы закончить роман. Или два. Или три. Наконец, в начале 2013 года, у меня образовался перерыв. И я понял, что лучше времени, чтобы добить эту вещь, у меня не будет. Так что в марте я сел и написал остальные 27000 слов где-то за три недели.

Но в любом случае, я подумал, что вам стоит узнать, откуда она взялась, просто чтобы Андерс и Скальци тоже приняли на себя часть вины. Привет, ребята! И в следующий раз, когда Джон решит сделать тематическую антологию, вам лучше меня позвать!

_____________________________

*Сами погуглите, если кто не знает.

Мой канал в телеграм