1933. Тревожный апрель в Джибути

Вскоре после произошедших в феврале 1933 года на западной границе французского Сомали столкновений, Военно-Морской флот в апреле того же года принял решение об отправке в Джибути гидроавиатранспорта "Commandant Teste" с расположенными на нем частями Военно-Воздушных сил. Цель такой передислокации состояла в возможности более четкого определения отношения мирного населения к скрывающимся в тех местах бандам кочевников, которые могли серьезно дестабилизировать ситуацию в этой африканской колонии.

Джибути являлся для Франции стратегически важным местом, в котором войска размещались по множеству причин. Прежде всего они были необходимы для осуществления

контроля побережья Красного моря и Йемена, но также важным моментом было и усмирение коренного населения, среди которого было множество мародеров из пустыни Данакиль, расположенной в Афарской котловине на севере Эфиопии. Начиная с февраля 1933 года эти мусульмане-сунниты, являвшиеся по сути своей кочевыми племенами, привлекали все больше и больше внимания губернатора Джибути, который проявлял нарастающую обеспокоенность в связи с возможностью проникновения этих людей на французские территории. Вероятно он представлял соседнюю Эфиопию государством, старавшимся дестабилизировать обстановку.

Шлюп "Vimy" под командованием капитана третьего ранга Дюпу де Динешана (Dupou de Dinechin) доставил в феврале контр-адмирала Жубера (Joubert), командующего "Морской дивизией Леванта" (Division Navale du Levant - DNL) для контрольной поездки по берегам Красного моря. Оба выделенных для этой цели корабля - "Diana" и "Vimy" обеспечивали достаточно интенсивное судоходство в малоизученной с точки зрения гидрографии зоне. Они ходили "по обоим берегам Красного моря, изучая наиболее популярные фарватеры, посещали все основные порты, якорные стоянки и труднодоступные места", повышая свои навыки навигации в сложных условиях, постоянно совершенствуя технику плавания в опасных, насыщенных сложностями и ловушками местах.

После посещения Аденского залива корабли совершили остановку на острове Перим (Perim), в Адене (Aden) и Бербере (Berbera), после чего провели пятнадцать дней в Джибути, куда они доставили две стрелковые части, в задачу которых вменялось обеспечение защиты колонии. Зачем же была необходима такая предосторожность? Контр-адмирал Жубер после посещения Аддис-Абебы и Асмэры (Asmara) и приема у императора Эфиопии и губернатора Эритреи отметил, что "мой приезд в Джибути к 25-му февраля совпал с вооруженным столкновениями на границе колонии. Я отдал распоряжение о проверке боеготовности защитников Джибути - и она оказалась нулевой. Именно поэтому я, уезжая из Джибути, был вынужден оставить в нашей колонии стрелков под командованием капитан-лейтенанта, отдав им приказ обеспечить защиту города а также начать мобилизацию резервистов."

21 марта 1933 года вице-адмирал Дюран-Вьель (Durand-Viel), начальник штаба военно-морских сил, направил письмо вице-адмиралу и командующему 1-й эскадры по поводу отправки гидроавианосца в Джибути: "Министр колоний проинформировал меня, что в следствии часто повторяющихся набегов банд из Эфиопии на территорию нашей колонии в Сомали, он считает необходимым размещение на постоянной основе в Джибути с 15 апреля 1933 года одной из частей ВВС, которая будет взята из состава военно-морской авиации Леванта. Министр колоний просил меня как можно скорее перевести гидроавиатранспорт из Бейрута в Джибути, где основной целью авиации станет демонстрация силы в ожидании прибытия наземных авиачастей."

"Commandant Teste" снялся с якоря в Тулоне 26 марта (официально он шел в Сайгон) с большим количеством самолетов и запасных частей, предназначенных авиации Индокитая. На самом же деле корабль отправлялся в Джибути. Размещенная на нем палубная разведывательная эскадрилья 7S2 была вооружена четверкой гидросамолетов Гурду-Лезер (Gourdou-Leseurre). Также на корабль погрузили три пулеметных Фармана (Farman 168 Goliath) из эскадрильи 3B1 из Бера, на которые были установлены бомбодержатели. Самолеты снабдили полным комплектом запасных частей, месячным запасом топлива, а также комплектным заправочным оборудованием.

Кроме этого на "Teste" были погружены вооружение и боеприпасы (в том числе 10-килограммовые бомбы), полученные со склада военно-морской артиллерии в Тулоне. Персонал 3B1 состоял из 2-х офицеров, 7 морских офицеров, 10 квартирмейстеров (они же капралы) и матросов. Летный состав, в свою очередь, насчитывал двух офицеров, 8 унтер-офицеров, от 6 до 8 капралов и солдат. Также в поход были направлены и сенегальские стрелки.

Фарман 168 был последним аппаратом из семейства Голиафов, находившимся на службе в военно-морской авиации. По сравнению с типом 165 он был ощутимо мощнее (двигатель 480 л.с. вместо 380), имел четырехлопастные воздушные винты Шовье (Chauvier) и полностью перепроектированные и увеличенные поплавки. К тому же 168-й мог использоваться как в варианте гидросамолета, так и в варианте чисто сухопутной машины.

В Бейруте, городе, который невозможно было не пройти на пути к Джибути, DNL получает приказ подготовить "Ypres" к приему самолетов для Джибути. Сам "Ypre" появился в бейрутском порту 30 января, придя из Сиди-Абдаллаха (Sidi-Abdallah, городок в Марокко). За время пребывания в Бейруте все вооружение корабля было проверено специальной артиллерийской комиссией.

Отправление этого судна назначалось на 29 марта, когда была получена очередная тревожная весть: "Губернатор Сомали встревоженно сообщал, что ситуация на границе ухудшается и он хочет, чтобы "Ypres" был отправлен как можно скорее и выполнял задания совместно с "Teste"..."

Таким образом, DNL снялась с якоря и, под командованием капитана третьего ранга Фавье (favier), направилась в Джибути, где и должна была поступить под командование губернатора французского побережья Сомали.

"Commandant Teste", тем временем, сообщил, что прибудет в Бейрут 30 марта после перехода в 1570 миль, начатого в Тулоне. Буквально на следующий день он встал под загрузку: с корабля были сняты 3 или 4 биплана Поте (Potez-25TOE), при чем часть из них была собрана, а часть находилась в ящиках вместе с запасными частями к ним и вооружением. А загружены были три автомобиля (один легкий, один пикап и один тяжелый трехтонник). С этим грузом корабль взял курс на Порт-Саид, место своей дозаправки, в которое он благополучно прибыл 1-го апреля (покрыв расстояние в 228 миль) и где догнал "Ypres", ремонтирующий вышедший из строя двигатель.

На следующий день "Teste" в сопровождении "Ypres" прошел Суэцкий канал и прибыл в Джибути 5 апреля (было пройдено 1284 мили , считая от Бейрута). Корабли были немедленно выгружены и самолеты Гурду-Лезер встали на поплавки, готовые к полетам.

Бомбардировщики эскадрильи 3B1 начали активную работу с выполнения разведывательных полетов на территории различных племен во внутреннем Сомали, имея задание предотвращать любое вторжение на территорию французской колонии. Вице-адмирал Дюран-Вьель так написал об этом в своем дневнике: "Commandant Teste" наладил взаимодействие с губернатором колонии и приступил к выполнению столь необходимых разведывательных полетов, используя эскадрилью 7S2 и тройку Фарман-168." При помощи своих Фарманов французам на самом деле удалось наладить патрулирование и навести серьезную панику на располагавшиеся в пустыне банды. Полеты гидросамолетов-разведчиков Гурду-Лезер стали с этого момента ежедневной обыденностью. Вылетая из Джибути, они дотягивались до портов в Таджуре (Tadjoura), месте выхода всех основных караванов в центральные части страны, контролируя также и Обок (Obock).

По поводу сроков своего пребывания в Джибути командир "Commandant Teste" капитан первого ранга Реимо Сейе (Raymond Ceiller) предложил, что оно продлится "до введения в строй военной авиации, которое ожидается в течение ближайших двенадцати дней"

Приграничные племена были "усмирены", и, как сообщается в адресованной Министру ВМС телеграмме от 9 апреля, "ситуация не выглядит обеспокаивающей, поскольку прибытие "Teste" и "Ypres" оказали важный подавляющий эффект, а губернатор Абиссинии направил губернатору прибрежных районов Сомали дружеское послание."

Однако пребывание в Джибути было для кораблей очень тягостным - жара и дизентерия стали ежедневными мучителями моряков. Мясо, из которого готовилась еда, было очень плохого качества, овощей вообще не было. Французским морякам очень повезло, что они привезли с собой запасы продуктов питания.

Командир "Teste" направил в Париж телеграмму с предложением вернуться во Францию не через Суэцкий канал, а вокруг мыса Доброй Надежды, что, конечно же, несколько удлиняет путь, но... Но стоимость использования канала, равная 400 000 французских франков за проход, с успехом покрывала увеличение маршрута и такая экспедиция с экономической точки зрения не казалась столь уж плохой. К тому же это было бы хорошей отправной точкой в будущем обсуждении стоимости прохода по каналу с компанией, отвечающей за его коммерческую составляющую. К тому же ВМС Франции получали хорошую возможность посещения других африканских колоний, а столь длинный путь "позволял продемонстрировать военную силу (гидросамолеты) африканским странам." Однако, ответ на это предложение был отрицательным, и "Teste" должен был в кратчайшие сроки и по кратчайшему маршруту направиться в Сайгон.

"Прибытие гидроавианосца положило конец проблемам на границе и придало импульс к защите Джибути, чему губернатор крайне рад" - так рапортовал контр-адмирал Жубер. После такой демонстрации силы губернатор Джибути получил очень обнадеживающее сообщение из Эфиопии. В нем говорилось, что "в настоящий момент речь не идет ни о каких военных конфликтах с Францией, а вся концентрация военных произошла из-за небольших локальных конфликтов на границе."

После этого "Teste" должен был вернуться в метрополию, пополнить свои запасы и выйти в Сайгон. Он загрузил с "Vimy" всю материальную часть, и снялся с якоря 20-го апреля, совершил затем промежуточные остановки в Адене с 21 по 23 и в Порт-Саиде с 27-го апреля по 1 мая, где и заправился. "Vimy", в свою очередь, 26 апреля уже вышел из Бейрута, и встретился в Порте-Саиде с "Teste", который затем взял курс на Тулон, куда и прибыл 6 мая.

"Ypres" вышел из Джибути 25 апреля, пополнил запасы топлива во время остановки на острове Перим, после чего направился в Бейрут, куда и прибыл 8 мая, проведя по дороге исследования банки Фаризан (farisan). "Vimy" и "Ypres" оставались в Бейруте и Сирии, совершенствуя боевую подготовку во время периодических выходов в открытое море. Что касается "Commandant Teste", то от его перехода в Сайгон в конечном итоге было решено отказаться и 10 мая корабль вышел на маневры в Северную Африку, имея на борту эскадрилью 7S2 и часть эскадрильи 7B2...

Arnaud Prudhomme, перевод avianikitoss" и alexww1