Догнать «Протос» или треснуть!

110 лет назад Владивосток встречал участников первого в истории межконтинентального автопробега

Фото: кадр из фильма "Большие гонки" (США, 1965 год, реж. Блэйк Эдвардс)
Фото: кадр из фильма "Большие гонки" (США, 1965 год, реж. Блэйк Эдвардс)

Февраль 1908 года стал отправной точкой в международном автопробеге Нью-Йорк – Париж, организованном редакциями двух газет: французской Le Matin и американской The New York Times. В число городов, через которые пролегал маршрут соревнований, вошел и Владивосток.

Из Нью-Йорка в Париж за 164 дня

Старт автопробегу был дан 12 февраля в 11.15 по нью-йоркскому времени. Американская команда выехала на автомобиле Thomas Flyer («Том Флайер»), итальянский экипаж предпочел Zust («Дзюст»), а немецкий – Protos («Протос»). Французы выступили сразу на трех машинах: Sizare-Naudin («Сизер-Ноден»), Motobloc («Мотоблок») и De Dion-Bouton («Дион-Бутон»). 

Почему французов заявилось больше других? Причина в том, что в те годы Франция была ведущей автомобильной державой – законодательницей мод, инженерных решений и спортивных состязаний. 

фото с сайта loc.gov
фото с сайта loc.gov

Итак, автогонщикам предстояло за 164 дня добраться до Парижа.

С американского побережья во Владивосток авто и экипажи добирались морем, сделав остановку в Японии, чтобы погонять по дорогам Страны восходящего солнца. После чего во Владивосток отправилось лишь пять машин из шести. Дело в том, что в те годы в Японии автомобиль был настоящей диковиной. И один из тамошних бизнесменов сделал маркизу Де Диону, владельцу компании De Dion-Bouton, предложение, от которого автопромышленник не смог отказаться. В итоге четырехцилиндровое чудо французского автопрома, с 30-сильным двигателем и четырехступенчатой коробкой передач, больше не покидало японских берегов.     

Большие гонки по российскому бездорожью

Московская ежедневная газета «Русское слово», знакомя своих читателей с ходом автопробега, писала в те дни: «10 мая прибыл в Старый Свет первый автомобиль гонщиков Нью-Йорк – Париж. Трансокеанский пароход Shawmut, на котором Thomas Flyer занял место в Сиэтле, пришел в Иокогаму, откуда после короткой остановки он продолжает путь до Кобе, где высадит спортсменов. Проехав через всю Японию на своем 60-сильном автомобиле, они в Цуруге снова совершат морской переезд, последний во Владивосток, где их будут ожидать, по всей вероятности, их конкуренты, прямым путем едущие из Америки».

Затем в московском издании появилась еще одна интересная заметка, посвященная нашему городу: «Из Владивостока сообщают, что 60-сильный автомобиль «Тома» (так на французский манер, с ударением на последний слог, газета называла автомобиль Thomas Flyer модели 1907 года. – Прим. ред.), на котором передвигался американский экипаж, 22 мая выехал по направлению к Чите, через Маньчжурию. Гонщиками были получены все необходимые бумаги для беспрепятственного следования по русской и китайской территории, а также особые свидетельства для таможен и пограничных пунктов и рекомендательные листы с просьбой оказывать путешественникам возможное содействие. 
Дороги у Владивостока оказались в отвратительном состоянии. Недавно стаявший снег и почти непрерывные дожди обратили их в сплошную грязь и топь. Дождливая и хмурая погода не позволяет надеяться, что дороги обсохнут. Старт автопробега из нашего города был задержан по причине того, что фирма «Нобель» не успела организовать автозаправочные станции по маршруту автогонок в Сибири».

фото с сайта loc.gov
фото с сайта loc.gov

Ни капли топлива врагу!

С бензином связан еще один интересный эпизод, правда, документально не подтвержденный. 

Историки рассказывают, что механик американского экипажа Джордж Шустер обратился во владивостокскую контору немецкой фирмы «Кунст и Альберс» (Kunst & Albers) с просьбой продать им горючее. Однако приказчик «Кунста…», болевший, естественно, за немецкий экипаж, ответил отказом. Тогда Шустер пригрозил, что если его откажутся обслужить, то назавтра из газеты The New York Times весь мир узнает о том, как ведет дела Kunst & Albers. После такого шантажа инцидент был исчерпан…

К сожалению, с дорогами так просто проблему было не решить. Газеты наперебой сообщали о возможном срыве сроков проведения автопробега, поскольку из-за дождей то, что и так с большой натяжкой можно было назвать дорогой, превращалось в непроходимые болота. 

Вот как это описывает «Русское слово» в номере за 31 мая 1908 года: «Из Никольска-Уссурийского нам сообщают, что 12 (25) мая прибыл из Владивостока при великолепной солнечной погоде автомобиль «Тома» и тотчас же двинулся в дальнейший путь. Два часа спустя погода изменилась. Подул ветер, хлынул дождь, и разразилась гроза такой необычайной силы, что реки выступили из берегов, залили поля и дороги стали еще непроходимее».

фото с сайта loc.gov
фото с сайта loc.gov

Судя по следующей публикации, в июне погодные условия не улучшились, и до Читы американский экипаж добрался с большим трудом и вымотавшись до предела. «Биржевые ведомости» (Санкт-Петербург) писали в своем июньском номере: «Гонщики покрыты грязью, с впавшими глазами и вытянутыми лицами. «Догнать «Протос» (автомобиль немецкого экипажа. – Прим. ред.) или треснуть», – говорят они. Дальнейшая дорога была хорошей, если бы ее не испортили дожди, от которых местами образовались ямы».

Кто по шпалам, а кто и плацкартом

Выручила автогонщиков смекалка. Устав бороться с бездорожьем, американский, итальянский и французские экипажи часть пути преодолели по Транссибирской железнодорожной магистрали. Причем своим ходом: сняв с автомобилей колеса, они на дисках покатили машины по рельсам, словно дрезины. 

Но даже этот маневр не смог спасти французов – ни один из двух их автомобилей (третий, напомним, «осел» в Японии) так и не добрался до финиша, затерявшись где-то на бескрайних просторах России. 

Итальянцам повезло больше – они хоть и плутали пару лишних месяцев, но все же смогли добраться до финиша в сентябре. 

А первым – 26 июля – в Париж въехал тот самый «Протос» с немецким экипажем на борту. Их встречали как героев – с цветами и музыкой. Фотографии гонщиков не сходили с первых полос газет четыре дня подряд. Пока до финиша не добрались американцы на своем Thomas Flyer. Несмотря на столь, казалось бы, значительное отставание, именно экипаж из США был признан победителем гонки. Дело в том, что немцы получили 15 штрафных суток за то, что ехали по Транссибу не своим ходом, а… на поезде. 

фото с сайта loc.gov
фото с сайта loc.gov

Этот автопробег навсегда вошел в мировую историю. А заодно с ним и город нашенский – как часть этого большого события. Можно смело предположить, что тогда Владивосток впервые со дня своего основания столь часто упоминался в репортажах газет по всему миру… 

Кстати

В июле 1965 года в конкурсной программе IV Московского международного кинофестиваля был показан фильм американского режиссера Блэйка Эдвардса «Большие гонки», сюжет которого во многом основан на истории первого межконтинентального автопробега Нью-Йорк – Париж. Правда, в советском прокате цензура изъяла из фильма большой эпизод про разбитые российские дороги…