И настанет новый рассвет

31.03.2018

Фантастический роман. Новая глава - ежедневно.

Автор: Анастасия Цветкова

Предисловие

«Увидишь номадов — беги», — единственное правило, которое выполняли все жители Судоры без исключений. Правда, в какую сторону бежать — к ним или от них — каждый решал сам. Хочешь быть свободным от налогов и гнета чиновников? Стремглав беги к мрачным наездникам. Ну а если жизнь отшельника не для вас, если вам приятнее жить в большом городе под опекой короля, бегите прочь. Эти истины были известны каждому мальчишке.

Немногочисленное сначала ополчение, наносящее незначительный урон восточным районам королевства, со временем стало опорой короля Ричарда на перешейке, соединяющем королевство Судора с остальным материком. Номады были хорошими воинами, с которыми Ричарду посчастливилось наладить отношения, но слишком свободолюбивыми. К тому же королевский двор хранил множество страшных тайн, о которых было известно старейшим предводителям кочевников. Старики хранили сказания о прошлом и видели в короле тирана.

Но тираном Ричард был далеко не для всех. Многие жители королевства считали его величайшим правителем, вернувшим Судоре её былые земли, поднявшим королевство с колен. Многие, кто знал его лично, считали, что такой человек, как Ричард, только чудом мог удерживаться на троне столь долго. Он был вполне мягким мужчиной, отказывающим в помощи редко, дорожащим своей немногочисленной семьёй. Ричард расширил земли королевства на весь небольшой полуостровок, но при этом не хотел расширить свое влияние еще больше. Король подготовил мощную армию, но так ни разу и не повёл её в бой. Воевать он ни с кем и не собирался, потому что вёл морскую торговлю с другими королевствами и поддерживал с ними дружеские отношения. В общем, в глазах жителей Судоры, не знающих всего, творящегося в королевстве, он был весьма неоднозначным человеком.

Хоть природа и наделила Ричарда обаятельной внешностью и подарила красавицу-жену, судьба была к королю не благосклонна. Единственный сын родился, когда мужчине было тридцать семь. Его милая жена, к огорчению всего народа, скончалась вскоре после родов, поэтому маленького Линуса воспитывали Ричард с его старшей сестрой Маргарет.

Взросление Линуса пришлось на расцвет королевства, поэтому он уже с ранних лет был незаменимым помощником отца. Мальчику было известно практически все, что происходило на полуострове: в детстве он очень увлекался географией и политикой. Но чем старше он становился, тем всё сильнее менялись его интересы. Как и любой подросток он мечтал о приключениях, сражениях, воинской славе и прекрасных девах, а его заставляли до поздней ночи сидеть над книгами и картами, запрещая даже поиграть с городскими мальчишками. С возрастом пришло угнетающее понимание слова «долг», заставляющее ещё глубже погрузиться во взрослые дела.

К двадцати четырем годам Линус мог похвастаться энциклопедическими знаниями и активным участием в политической жизни королевства. Ричард часто советовался с сыном, правда, не выдавая всех тайн и секретов. Король считал, что Линус ещё слишком юн для некоторых подробностей жизни Судоры. Мужчина угрозами немедленной казни обязал своих приближенных ничего не говорить принцу о номадах и отношениях с другими королевствами сверх того, что тот уже знал.

В общем-то, все сосуществовали очень гармонично, пока номады не решили стащить из замка некоторые документы. С этого-то и начались все проблемы.

Нарушители спокойствия

Сочная молодая трава делала продвижение бесшумным, а тусклая луна делала мужчин похожими на корявые тени, размеренно пробирающиеся сквозь сад прямо к стенам замка. На их лицах нельзя было прочесть ни одной эмоции. Все трое были сосредоточены и пугающе спокойны, словно не боялись расправы за незаконное проникновение на территорию короля. Отчасти это объяснялось тем, что им предстояло дело куда более рискованное, нежели перелезть через заградительную стену или подкупить стражников, чтобы те „забыли” запереть ворота, отчасти тем, что сам Ричард покинул королевство и временно пребывал за морем.

Таинственные свитки, которые Ричард скрывал даже от сына и которые вели обученные люди, погибающие при странных обстоятельствах с завидной регулярностью, были целью мужчин. В них было всё. Вся подноготная Чистейшего Ричарда. Эти никчемные на вид бумажки могли лишить короля его трона, обратить народ против того, кого они прославляли. В незнании народа крылось могущество тирана.

Неприступные стены встретили храбрецов еле слышимым шорохом приоткрывающейся двери. Задний ход, которым часто пользовались слуги, желающие попасть в город как можно быстрее, избежав участи обходить весь замок, обычно запирался на ночь последним уходящим. Но если какая-нибудь кухарка, молодая девушка, торопящаяся на свидание со своим возлюбленным, забывала закрыть засов, проход был свободен. Сегодня был один из таких дней.

Кромешная темнота подземелья делала продвижение вперёд все более затрудненным и медленным. Спертый воздух не давал вдохнуть полной грудью. Но мучения мужчин только начинались. Преодолев несколько сот метров подземных лабиринтов, они добрались до почти неприметной деревянной дверцы, ведущей в просторные коридоры замка. Кто-то из тройки негромко чихнул, и на него тут же обернулись остальные, осуждающе покачивая головой. Тот лишь сильнее натянул капюшон и подошёл к двери. Навалившись на неё всем телом, мужчина открыл дверь.

Огни факелов показались ослепительными, как солнце. Этот резкий свет ненадолго вывел их из равновесия. Теперь, при свете, было видно, что один из них был совсем стариком, из-под капюшона вились седые, слегка кучерявые волосы, падающие на тусклые зеленые глаза. Из всех троих у него был самый решительный вид и строгий пронзительный взгляд. Его спутники различались, как день и ночь. Первый был темноволосым кареглазым мужчиной, с крупным носом и густой бородой, скрывающей нижнюю часть лица. Второй был чуть старше, но выглядел менее сурово, возможно, из-за лучистых голубых глаз и пшеничных волос по плечи.

Ещё пара минут, и они все перед массивной дубовой дверью. Но как только старик протянул руку к чугунным кольцам, раздались быстрые шаги, топот, гул голосов и звон оружия.

— Балор! Они нас заметили! — воскликнул безбородый мужчина, выпрямляясь и доставая меч из ножен.

— Никаких сражений сегодня, Стивен, — старик, казалось, оставался таким же спокойным, обращаясь к безбородому мужчине. — Сейчас же уходим.

Стивен смиренно кивнул. Было ясно, что старик является авторитетом в его глазах. Тройка не успела даже пробраться в библиотеку, не то что найти ещё одну потайную дверь и секретные свитки. Это был провал. Темноволосый мужчина со злостью взглянул на двери, но поспешил за своим предводителем.

На улице мужчины скинули с голов капюшоны. Они быстро вскочили на своих лошадей и понеслись прочь из Даринга. Стража у замка оживилась, но уже через несколько минут все стихло. Воры сбежали на восток, куда люди короля не храбрились соваться. К тому же номады ничего так и не украли. Погоня была бессмысленной.

От Даринга, столицы Судоры, до поселения номадов было два дня пути, в которые мужчины почти не останавливались. Все жители их большой деревни с волнением ждали их возвращения. Даже маленькие дети, сами не понимающие, что происходит, глядя на взрослых, заражались их беспокойством. Но увы. Всех ждало разочарование. Гевор лишь повелел собрать совет и отправился в самый большой дом в деревне. До того, как номады заняли деревушку, это был единственный кабак во всей округе.

Вскоре в доме стало не протолкнуться. Все обсуждали хоть и ожидаемый, но все равно до невозможности обидный провал. Со всех сторон раздавались недовольные выкрики. Толпа все свирепела, пока в помещение не ворвалась молодая девушка, внучка Гевора, игнорируя грозных мужчин. Она подошла к старику и тихонько прошептала:

— Алан готов.

Старик тяжело вздохнул, извинился и вышел на улицу. Утренний прохладный ветерок качал листву деревьев, отовсюду слышались оживленные женские разговоры и гомон скотного двора. У кабака стоял, кутаясь в плащ, молодой парень. Вид у него был подавленный, взгляд устремлен в пол, а руки теребили какую-то веревку.

— Все хорошо? — строго спросил Гевор.

— Мне не хочется.

— Я тоже от этого не в восторге, но мы с тобой уже обсуждали это сотню раз. Если хочешь оставаться здесь, ты должен приносить пользу. Хватит дрожать, как последний трус! — старик протянул Алану свернутый пергамент. — Не щадя жизни, понял?

— Понял, понял, — парень поджал губы. Как только Гевор решил вернуться в кабак, Алан выпалил: — Каждый раз ты меня отправляешь, рано или поздно меня кто-нибудь узнает.

— Прекрати, — поморщился старик.

— Знаешь, он мог бы встречать меня у ворот, а не на рыночной площади. Я мотаюсь мимо стражников чуть ли не каждую неделю. Они уже косятся на меня.

— Алан, во имя Тараниса! Никто в королевстве уже не помнит, как выглядел Льюис. Не вынуждай меня общаться с тобой, как с ребенком. Пора взрослеть. Ониа, — С этими словами Гевор скрылся за дверью, оставляя парня в одиночестве.

— Киитос, — он задумчиво провел рукой по рыжеватым волосам, растрепав их. Традиционное прощание номадов, к которому его долго не могли приучить, теперь немного успокаивало. Как-никак удачи же пожелали. Метнув злобный взгляд на курицу, начавшую клевать его ботинки, Алан вскочил на коня и погнал его в сторону Даринга.

Через два дня он, уставший и проклинающий все на свете, проходил мимо знакомых стражников, кивнув им в знак приветствия. Те лишь недоверчиво на него посмотрели. Закатное солнце палило нещадно, по улицам сновали люди, стоял оглушительный шум. Алан брел к назначенному месту, смотря себе под ноги, изредка сталкиваясь с кем-нибудь. Мимо проносились мальчишки с рогатками и деревянными мечами, плакала девочка, которую дернули за косички. Алан смотрел на все это с грустью и легкой завистью: у него не было такого беспечного детства.

Дойдя до определенного места, небольшой лавчонки, где продавались глиняные игрушки, парень с удивлением обнаружил, что его никто не ждет. Алан быстро осмотрелся и еще раз убедился, что встречать его никто не собирается. «Можно подумать, мне это нужно», — с досадой думал он. Парень еще немного походил по оживленным улочкам, пока не дошел до кузницы. Рядом стоял грузный раскрасневшийся мужчина и курил.

— Я ждал тебя на площади час назад! — сразу налетел на него парень.

— Алан, ты как тут? — опешил кузнец. — Разве уже…

— Двадцать седьмое, — подсказал номад. — Послушай, Арт, я не горю желанием оставаться здесь еще дольше. Не мог бы ты поскорее начеркать ответ, и я поскакал?

— Давай, — усмехнулся мужчина и выпустил густое облако дыма. Принимая свиток, он добавил: — Иди погуляй пока с пару часов, нечего тут маячить.

Алан довольно быстро добрался до замка и застыл в благоговейном трепете. Этот белокаменный великан гордо возвышался над городом, равнодушно взирая на копошащихся людей. «С башен, должно быть, люди выглядят, как муравьи», — размышлял парень. Он смотрел на этого исполина, и безмерная печаль затапливала его сердце. Алан представлял, как он мог бы бродить по богато украшенным коридорам, спать на мягких перинах и без опаски проживать свою жизнь. Все это казалось таким далеким и таким близким одновременно, что Алан зажмурился до боли в глазах и тряхнул головой, чтобы согнать наваждение. Гевор всегда запрещал ему мечтать о подобном. Старик говорил, что это пустое и лишь зазря тревожит душу. Отчасти парень был согласен с ним.

Тут он заметил на одном из балконов принца Линуса. Тут облокотился на перила и безмятежно смотрел на площадь. «Интересно, какой он?» — на минуту замешкался парень.

— Что-то потерял? — раздался грозный голос прямо над головой. От неожиданности Алан чуть было не побежал сломя голову. Совладав с собой, он обернулся и увидел стражника. Ну конечно, принц позаботился об улучшении охраны после неудачного проникновения номадов.

— Нет, — парень старался выглядеть как можно более беспечно.

— Ты здешний? — лица из-за шлема было почти не видно, но Алан мог поклясться, что стражник подозрительно щурится.

— Нет, я тут проездом, — в голове метались мысли, страх мешал нормально соображать.

— Куда едешь? — а вот по голосу мужчины нельзя было определить, чувствует ли он вообще хоть что-то.

— Я… в Кальти из Терешки, деревеньки на юге, — стражник поднял забрало, и Алан похолодел. Мужчина смотрел с явным недоверием.

— Не самый короткий путь, — парень лишь плечами пожал.

— Я уже ухожу, — Алан было двинулся, но стражник преградил дорогу.

— Не торопись так, — стражник хотел сказать еще что-то, но тут его прервали мягким, но уверенным голосом:

— Все нормально, Артур? — перед многострадальным перепуганным Аланом теперь стоял принц собственной персоной. Вид у него был помятый, словно он не спал пару дней. Он был очень похож на своего отца: такие же темно-русые волосы, нос с горбинкой и темные, почти черные, глаза.

— Этот мальчишка с полчаса пялился на замок, сир, — Линус, казалось, только сейчас его заметил. Принц окинул Алана критическим взглядом и тихо сказал ему:

— Иди, ониа.

— Киитос, — сорвалось с губ быстрее, чем парень успел сообразить, кто ему это сказал. Ни секунды не медля, Алан рванул к кузнице.

Тяжелые доспехи не дали стражнику среагировать достаточно быстро. Зато Линус был в легких штанах и рубахе. Он ни на шаг не отставал от парня. Среди горожан поднялось волнение, со всех сторон кричали: «Номад! Ловите его!»

Алан чудом добрался до кузницы, вырвал у Арта недописанный пергамент и, сопровождаемый и его проклятиями тоже, поскакал прочь из города. Стражники в нерешительности остановились у главных ворот города. Никому не хотелось продолжать погоню, потому что дело было бесполезным. У номадов были невысокие быстрые и выносливые лошади, равных которым не было во всем королевстве, так что догнать беглеца было практически невозможно.

Но тут мимо толпы пронесся всадник, устремившийся за Аланом. Две минуты стражникам понадобилось, чтобы понять, что это Линус. Пять минут им понадобилось, чтобы добраться до конюшен. Пятнадцать минут им понадобилось, чтобы окончательно потерять из вида принца и беглеца. Стражники разделились и направились в сторону деревни номадов, постоянно оглядываясь и осматривая окрестности.

Через час Алан скрылся в небольшой роще у ручья, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Его конь мирно щипал траву, а парень щипал себя за руку, пытаясь понять, не спит ли он, не ночной ли это кошмар.

Вскоре он заметил идущего на него человека, который вел лошадь под уздцы. «Погоня», — спохватился парень. Быстро оглянувшись, он заметил небольшое березовое полено. Видно, кто-то заготавливал себе дрова, да и оставил несколько. Недолго думая, именно им и вооружился Алан и спрятался за деревом. Озираясь, человек подходил все ближе. Тут он заметил одиноко стоящую лошадь и замер. В этот же момент Алан обрушился на него, повалив врага ничком. Бросив бревно на землю, парень перевернул безвольное тело на спину.

— Да твою ж… Линус? — Алан попытался привести бедолагу в чувство, но у него ничего не вышло. — Ладно, он скоро очнется и поедет домой. Все хорошо, вон же дышит, да? — он обернулся к своему коню, тот равнодушно взирал на открывшуюся его взору картину. Алан вздохнул и подошел ближе. — Мог бы и поддержать.

— Он же конь… — раздалось тихое мычание со спины.

— Ты жив! — радости номада не было предела. — Прости, я не хотел. То есть хотел, конечно, но не прям чтоб убить, сечешь, да? Просто вырубить. Но когда вырубил, вдруг подумал, что ты откинулся.

На Линуса будто вылили ведро ледяной воды, такой поток слов вылился на него. Голова ужасно болела, но отступать было поздно. Если он хотел получить то, ради всего погнался за мальчишкой, нужно совладать с собой.

— Я хотел поговорить, пока меня не найдут, — прервал Алана принц.

— Со мной? — опешил парень.

— С номадом, — Линус сел прямо на траву. — Как тебя зовут?

Продолжение следует...

Нравится роман? Это результат кропотливого литературного труда. Помогите автору улучшить условия работы. Поддержите творчество Анастасии Цветковой денежным переводом с пометкой "Для Анастасии Цветковой".