Леха, Миха и немного педагогики (Рассказ)

10.04.2018

Автор: Валерия Горбачева

– Леха, товсь, тебя сейчас начальство вызывать будет! – симпатичная девушка, сняв наушники и выглянув из-за своего монитора, подмигнула и нарисовала пальчиком что-то непонятное в воздухе. Но Леха понял.

– Слышу голос из прекрасного далёка, – пропел он красивым басом, – пам-парам-парам-па… что-то там … мечты... Слышу голос, голос спрашивает строго…, – на экране его монитора, перекрывая все открытые программы, появилось изображение молодой женщины, с приятной, но укоризненной улыбкой, смотрящей как бы на Леху, но Леха знал точно – она его еще не видит и не слышит и поэтому он все-таки допел, – Вот сегодня что для завтра сделал ты? – и нажал клавишу ответа.

– Леша, вот сегодня, что на завтра ты сделал?

Сидящий в кабинете народ прыснул.

– Не в рифму, – пробормотал Леха.

– Что? – улыбка начальницы была терпеливой, но Леха уже знал – сейчас будет разнос.

– Прекрасное далее-е-е-ко, не будь ко мне жестоко, не будь ко мне жестоко, жесто-о-о-о-ко не будь! – Леха понимал, что немного дерзит, но настроение у него было отличное, и Валентине Владимировне он сейчас доложит отличные новости, и поэтому может слегка подурачиться.

Валентина Владимировна рассмеялась. Она уже достаточно изучила этого балабола, пересмешника и невероятно талантливого парня. По крайней мере, можно надеяться, что все не так плохо…

– Докладывай, певец.

– Валентина Владимировна, все задачи, поставленные перед нашим коллективом в части создания антивирусной программы, направленной на распознавание и предупреждение воздействия новейшего вируса эс-ка-эс, выполнены! – Леха лихо коснулся пальцами виска, и тут же изобразил стрельбу из пистолета, сопроводив характерное движение звуком «пуфффф!». – Мы его сделали, Валентина Владимировна! Сделали!

В этот момент все, находящиеся в кабинете, столпились около Лешкиного места и заглядывая в монитор, прокричали «ура!»

Начальница на мгновение опешила, а потом схватилась руками за голову.

– Ребята, неужели? Ничего себе… Ну и денек! Даже не верится, в кратчайшие сроки… я и надеяться не смела, думала завтра на докладе начальный анализ представить и план работ, а вы… слов нет! – Валентина Владимировна все еще покачивала головой, как будто не веря услышанному. – Спасибо, ребята, вы молодцы. Даже не представляете, какие…

– Представляем, – Леха улыбался, прямо-таки светясь от радости, – Валентина Владимировна, как теперь действовать? По обычной схеме?

– Нет, Леша, по обычной не получится, – начальница покачала головой, – здесь дело не просто серьезное, а чрезвычайно серьезное, плюс срочное… Скорее спецсвязью. Сейчас решим. Я свяжусь с тобой. – Она отключилась.

– Ребята, согласно указаниям сверху мы молодцы! – усмехнулся Леха. – Впрочем, в этом никто не сомневался и посему – все свободны до понедельника.

– Что-то я не слышала, чтобы об этом было сказано, – скептически сморщила носик девушка, – а, Лёшечка?

– Точно, Катюха! – поднял вверх палец Леха, – сказано не было, поэтому телефоны не отключаем, а находимся на связи.

– Какая же это свобода, если телефон не отключать? – поддержал Катю еще один сотрудник – плотноватый парень со смешным «ежиком» на голове, – я может на Камчатку бы полетел, а так сиди тут как привязанный…

– Лети, Витек, на Камчатку, в самом крайнем случае, прилетишь обратно, тут лету-то… часа четыре пассажирским… – Леха пожал плечами, – в чем проблема – не вижу.

– А если срочно – доставим военным, это вообще полтора часа, – Катя явно подшучивала над коллегой.

– Ну да, военным, – пробурчал Витек, – хоть бы раз пролететь военным…

– Витек, какие твои годы, – Леха уже отвернулся к компьютеру и что-то быстро набирал на клавиатуре, – ребята, все, пока, всем до понедельника. – Он сделал небольшую паузу и добавил, – надеюсь, до понедельника.

Коллеги ринулись к своим компьютерам: выключать и собираться, пока не поступило отменяющих указаний.

– Леха, а что это ты пел? – уже в дверях спросила Катя, – забавная песня.

– Названия не знаю, детская песня какая-то… мне ее бабушка все время пела, и не только ее. С тех пор я люблю старые песни. – Леха немного грустно покачал головой, – но не все помню слова.

– В сети наверняка все есть, – Катя улыбнулась.

– Да, наверное, но... надо еще найти время, чтобы найти.

Вопрос о передаче антивирусника решался еще почти час. Пока связалась с Лехой начальница, пока он дождался уполномоченного, пока фиксировал передачу, пока снова рапортовал начальству о завершении и заодно сообщил, что прям с обеда отпустил ребят на целых четыре дня. Валентина Владимировна не возражала.

Когда Леха вышел из офиса, слабое весеннее солнце уже клонилось к закату. «А может и правда, рвануть куда-нибудь? – подумал он, остановившись на крыльце. – Например в Киев. Там сейчас красота…». Он не торопясь перешел улицу и свернул в парк. «Или может домой, на Урал? Там сейчас горы цветут, родители приготовят что-нибудь вкусненькое…». Возможность поехать домой на четыре дня показалась заманчивой, Лешка улыбнулся и ускорил шаг. На выходе из старого парка есть стоянка маршрутных планеров, на них до общаги он домчится в считанные минуты, придя домой, быстро побросает в рюкзак необходимую мелочевку и позвонит родителям. Сядет на вечерний рейс, даже если не будет билетов – воспользуется своей квотой, и ночевать будет уже дома, а завтра будет вкуснейший сочный шашлычок из индейки, который умеет готовить только его отец.

Мальчишку, сидящего на скамейке, Леха заметил, только уже подойдя совсем близко. Ему было лет одиннадцать-двенадцать, курносый, белобрысый и лохматый: космы торчали в разные стороны, свисая на большой лоб, на уши, на шею и виски. На мальчишке была красная куртка с оторванной петелькой-вешалкой, торчащей над воротником словно небольшая антенна, белый свитер, темно-серые школьные джинсы и берцы. Он сидел, уставившись в землю, вывернутые, еще по-детски пухлые губы были упрямо надуты, а руки были засунуты в карманы джинсов, но даже так было видно, что они сжаты в кулаки. Всем своим видом мальчишка демонстрировал обиду, упрямство и независимость. Леха резко свернул к скамейке и сел рядом.

– А может ему морду набить? – невозмутимо предложил он.

– Кому? – мальчишка недоуменно покосился на Леху.

– Ну, тому, кто тебя обидел. Он же негодяй и вообще буржуй недорезанный.

– Не в этом дело, – мальчишка помотал головой, – и вообще, это не он, а она.

– Любо-о-овь? – Леха протянул «о» достаточно изумленно, но постарался, чтобы это прозвучало уважительно.

– Сам ты любовь, – огрызнулся мальчишка.

– Неа, я не Любовь, – Леха был сама серьезность, – я – Леха, – он протянул мальчишке руку, – но ты можешь звать меня по-простому – Алексей Игоревич.

Мальчишка искоса взглянул на невозмутимого Леху и неожиданно по-взрослому усмехнулся:

– Михаил Степанович, – представился он, пожимая протянутую руку.

Леха оценил.

– Мы недостаточно знакомы, чтобы вот так, по-простому, – заметил он, – так что, может, все-таки остановимся на Лехе и Михе?

Мальчишка хмыкнул и согласно кивнул. Взгляд у него повеселел, а это уже было достижение. В этот момент послышался звонок смартфона. Мишка вытащил из кармана куртки старенький аппарат, пробурчал «все равно не буду отвечать», ткнул в экран пальцем, переводя режим в беззвучный, и снова засунул телефон в карман.

– Ну, если не любовь, то это – училка. – Леха вопросительно посмотрел на Миху. Тот нехотя кивнул. – Ну и в чем она провинилась?

Мальчишка вздохнул.

– Комплекс проблем, – констатировал Леха. – Что преподает?

– Литературу, – выдавил из себя Миха.

– Занудство, понимаю, – немного издевательски прозвучало, но как ни странно именно эта фраза сломала какой-то барьер в мальчишке.

– Не, она не зануда, в общем-то, она ничего, умная даже, тут в другом дело! – понесло вдруг его. – Понимаешь, не может она нас, парней, понять!

При этих словах Леха незаметно хмыкнул: «парней».

– Вот сегодня, например, я случайно увидел в планшете, что Титов гол забил на последней минуте, ну представляешь, это же выигрыш, это же выход в плэйофф, я что – мог промолчать? Я конечно сказал Ваське, а она…

– Это на литературе, что ли? – Леха кивал понимающе, типа просто уточнил.

– Ну да, – Мишка отмахнулся, – да ладно бы сделала замечание, я к такому привык...

Леха чувствовал, как его начинает душить смех – привык, значит…

– Но ведь она решила, что это – про хоккей! Представляешь? – мальчишка уже вскочил на ноги и размахивал руками перед умирающим от еле сдерживаемого смеха Лехой. – Хоккей! Титов – это хоккей?!

– Да беспредел! – тут же горячо поддержал Леха пацана, – Титов, это ж имя! У него же еще прадед в «Спартаке» играл!

– Вот! Ты понимаешь! А она – нет, – Миха продолжал уморительно, по-детски трясти руками перед Лехиным носом, демонстрируя свое возмущение. – И так во всем!

– Безобразие! Учитель литературы не разбирается в футболе! – Леха тоже взмахнул рукой. – Перепутать футбольного игрока с хоккеистом – это же все равно, что перепутать Михаила Юрьевича Толстого с Львом Николаевичем Лермонтовым!

Мальчишка оторопел. Шмыгнув носом, через секунду осторожно заметил:

– Вообще-то Толстой – это Лев Николаевич, а Лермонтов – Михаил Юрьевич…

– Гляди-ка ты, – изумился Леха, – откуда знаешь?

– Так это, в школе же проходим…

– В шко-о-оле? – еще больше изумился Леха. – Выходит, что литературе-то она учит вас ничего.

Миха вздохнул.

– Ну да, – согласился он, – вообще-то ничего. Интересно даже.

– Так может и ничего, что она в футболе не слишком разбирается, – задумчиво протянул Леха, – как думаешь? Может мы простим пожилую училку?

– Да не слишком она пожилая, – махнул рукой Мишка, – могла бы и поинтересоваться, что ребятам интересно, раз уж в школе работает.

– Это да, – уже серьезно кивнул Леха.

– Да вообще, как с ней отношения налаживать, трудно с этими женщинами…

Леха хмыкнул:

– А у меня, например, начальница – женщина, – поделился он с мальчишкой, –Валентиной Владимировной зовут.

– Да ладно? – не поверил Миха. – Как Терешкову?

– Точно. И представляешь, ничего, ладим. А знаешь почему?

Мальчишка помотал головой.

– Потому что: а – я добрый, б – веселый и в – я ей нужен, потому что умный. Это три составляющие успеха. Ну что, пойдем?

– Куда?

– К учительнице, естественно, надо же ей объяснить все… – Леха, конечно, не собирался встречаться и уж тем более разговаривать с Мишкиной учительницей, но и оставлять парнишку в парке на скамейке он не захотел, темнело, мало ли что. – Как ее зовут, кстати?

– Светлана Николаевна, – мальчишка замялся, – а может … не стоит?

– Не боись, солдат ребенка не обидит, – Леха уверенно поднялся со скамейки. – Идем.

В этот момент у мальчишки завибрировал карман куртки. Мишка снова вытащил свой смартфон. Посмотрев на экран, он нахмурился и деловито поднес аппарат к уху.

– Да, здорово, Колян, – Леха отметил, что за доли секунды Мишка вдруг непостижимо изменился, вместо возмущенного и вместе с тем неуверенного мальчика рядом с ним стоял вполне взрослый и главное – спокойный парнишка.

– Колян, не рыдай, ты же мужчина, – серьезно и наставительно проговорил в телефон Михаил. – Нет, девочек трогать нельзя, потому что они девочки. – Он помолчал, слушая, – Колян, ты взрослый человек, тебе уже пять лет, ты можешь просто подождать, пока я приду? – снова молчание. – Вот и молодец. Я скоро буду.

Мишка отключил телефон и взглянул на изумленного Леху.

– Подшефные мои, – нехотя проговорил он, – наш класс шефство взял над детским садиком, что в нашем дворе. А Колька рыдает, у него Аннушка ведро какое-то забрала, – Миха серьезно и укоризненно покачал головой. – Но ведь драться же с девчонкой нельзя? – он вопросительно глянул на Леху.

– Нельзя, – подтвердил тот, еще находясь в некотором шоке.

– Ну вот. – Миха вздохнул, – ну что – пошли что ли? Только я думаю, не стоит тебе со Светланой Николаевной разговаривать, я понял.

– Да? Что ты понял? – Они уже шли по парку, а Леха еще никак не мог отойти от резкой перемены, произошедшей с мальчишкой.

– Понял, что она не обязана разбираться в футболе.

– Не обязана, – пробормотал Леха, – но лучше бы разбиралась.

Но мальчишка его не услышал.

– Я же, например, не разбираюсь в платьях для кукол, – продолжал рассуждать он, – вот они мне показывают разные, а я ничего не понимаю, чем они отличаются.

– Они – это подшефные?

– Ну да. Ты вот тоже в литературе, например, не очень сечешь…

Леха снова развеселился, но спорить не стал. Они уже подходили к выходу из парка, рядом с которым виднелись здания учебного комплекса.

– А ты кем работаешь? – Мишка снова шмыгнул носом.

– Программист я.

– Программист? – удивился мальчишка, – скучно поди…

Леха неопределенно пожал плечами.

– Я вот, например, или океанографом буду, или в космическую медицину пойду. – Миха вздохнул, – не определился еще.

– А может лучше педагогом? – Леха подмигнул, – у тебя получилось бы.

Мальчишка взглянул на него укоризненно:

– Ты что? Не знаешь разве какой там конкурс?! И профотбор! А я это…, – он замялся, – вспыльчивый очень, вот. Не подхожу, короче.

– Вспыльчивость – это характер, друг мой, – усмехнулся Леха, – у тебя еще есть время эту черту подкорректировать…

Мишка искоса взглянул на Леху – не шутит ли, вздохнул, но ответить не успел.

– Миша! Коростылев! Ты где ходил? – молодая девушка неожиданно появилась прямо перед ними и требовательно смотрела на Миху, – тебя обыскались уже все!

– В парке гулял, Светлана Николаевна, – бодро ответил мальчишка, – вот, с Лехой.

Леха вытаращил глаза. Девушка никак не тянула даже на «не слишком пожилую» учительницу. Рыжая челка, взлохмаченная ветром, серые строгие глаза и веснушки, щедро разбросанные по носику и щекам. Что-то внутри Лешкиной груди пробежалось холодком и, вырвавшись наружу, растянуло его губы в довольно-таки идиотскую улыбку.

– Здрасти, – промямлил он.

– Здравствуйте, а Вы кто? Брата у Михаила нет.

– Он друг мой, Светлана Николаевна, – встрял Мишка, – он программист, скучная профессия, конечно, но сам он классный.

– Профессии всякие нужны, – довольно-таки заученно проговорила девушка, и было видно, что она полностью разделяет мнение Михи о Лешкиной профессии.

Возникла неловкая пауза. Впервые в жизни Леха не знал, что сказать, испытывая какое-то странное смущение и неловкость. Неожиданно девушка улыбнулась и протянула руку:

– Светлана.

– Леха. То есть Алексей, – Леха осторожно пожал нежную ладошку, молниеносно воспрянув духом. – А мы с Михаилом Степановичем хотели обсудить с Вами футбол…

Девушка звонко рассмеялась.

– Мишка, ты рассказал про мой позор своему другу? – она весело и немного смущенно взъерошила свою и без того лохматую челку, – как мне теперь ему в глаза смотреть?

– Я могу помочь наверстать пробелы в Вашем образовании, – с готовностью предложил Леха.

– А Вы, Светлана Николаевна, поможете ему с литературой, – на полном серьезе встрял Миха, – а то он Толстого с Лермонтовым путает…

Леха уже был голов дать достойный ответ на такую «подставу» со стороны нового друга, но, к несчастью, снова послышался звонок смартфона. На этот раз Лешкиного. Он торопливо вытащил свой аппарат, краем глаза увидев загоревшиеся глаза мальчишки и изумленный взгляд «училки» – его солидный, но изящный прозрачный смартфон постоянно вызывал восхищение, все-таки таких аппаратов было еще совсем немного.

– Да, Валентина Владимировна, – Леха предусмотрительно сделал шаг в сторону, но оставался стоять лицом к Мишке и Светлане Николаевне, которые молча наблюдали за ним, с непонятным для него возрастающим изумлением.

– Я недалеко от офиса, Валентина Владимировна. Не надо? А куда? – Он помолчал, слушая. – Понял. Борт полста пятый. Ребят вызывать? Хорошо.

Леха отключил телефон:

– Ну и денек, – пробормотал он.

– Леха, – Мишка протянул вперед руку, – смотри!

Леха обернулся. Небольшой серого цвета планер с красной звездой и цифрами «55» на борту уже медленно приземлялся позади него на небольшом пятачке маршрутных планеров рядом с входом в парк. «Как в кино», – разозлился про себя Лешка, но вслух ничего такого не сказал.

– Это за мной, – он лишь виновато пожал плечами. – Вот так, даже познакомиться толком не дали…

– Мой телефон есть на сайте школы, – улыбнулась девушка.

– Понял, – Леха расплылся в радостной улыбке и привычно коснулся виска пальцами, имитируя воинское приветствие, – Миха, веди себя тут нормально…

– Не боись, солдат ребенка не обидит, – гордо повторил тот Лешкину присказку.

Леха хмыкнул и, развернувшись, направился к планеру. Отойдя на пару шагов, он вдруг остановился.

– Я на выходных на Урал собирался, – скороговоркой проговорил он, обернувшись и глядя в серые смеющиеся глаза девушки, – не получилось, но ведь когда-то получится. Полетите со мной?

Нравится рассказ? Это результат кропотливого литературного труда. Поддержите творчество Валерии Горбачевой денежным переводом с пометкой "Для Валерии Горбачевой".