Ночь, чтобы проснуться-15

Читайте Главу 1, Главу 2, Главу 3, Главу 4, Главу 5, Главу 6, Главу 7, Главу 8, Главу 9, Главу 10, Главу 11, Главу 12, Главу 13, Главу 14 романа "Ночь, чтобы проснуться" в нашем журнале.

Автор: Валерия Горбачева

Я замираю. Широко раскрыв глаза я несколько секунд молча смотрю на него. Я не притворяюсь, я действительно в шоке. Потом осторожно спрашиваю:

- С угрозами? – мне страшно. Страшно представить, что Эльнар угрожал или требовал какой-нибудь выкуп или что-то еще такое, что никак, ну никак не вписывается в мое представление о нем.

- Нет, - задумчиво качает головой Иван, - с информацией о предстоящих террористических акциях. – Он молчит, и я не смею прервать паузу. Потом он добавляет: - Благодаря этому звонку мы смогли предотвратить два крупных теракта.

Сердце заколотилось бешено, готовое разорвать все внутри:

- Это не те, о которых по телевизору говорили? – спрашиваю я, - детский дом и больница?

- Да, - кивает мужчина, - это они.

- Оперативно сработано, - машинально говорю я, - быстро.

- В смысле – быстро? – чуть настороженно спрашивает Иван, - что Вы имеете в виду?

- Я услышала про это вечером в новостях, а телефон у меня взяли утром того же дня. Быстро – и звонок, и все предотвратили, и в новости передали.

- Утром? – улыбается Иван, - откуда Вы знаете, что не ночью? Или что не вечером?

- Вечером вряд ли, - пожимаю я плечами, - я же сумку нигде не оставляла, а ночью… может и ночью, конечно. - Да, чуть не поймал. Надо быть осторожнее в словах.

- А кто ехал вместе с Вами? – кажется, допрос возобновляется, что-то его насторожило все-таки.

- Только один парень какой-то, - я спокойно поворачиваюсь к Дружку, допившему молоко, и беру его на руки, - а на боковых вообще никого не было всю дорогу. Дополнительный поезд, середина недели. Мало народу.

- Что за парень?

- Не знаю, мы не общались, - я улыбаюсь, прямо глядя в глаза милиционеру, - я почти сразу спать легла.

- И телефон проспали.

- Проспала, - соглашаюсь я. – Так это и хорошо, верно, Иван?

- Почему хорошо?

- Потому что с него позвонили и предупредили о взрывах. Жизнь людям спас мой телефон.

- Ну, в общем да, - признает Иван, - узнать бы еще кто звонил.

- А зачем?

- Так может он еще чего знает хорошего.

Я неопределенно пожимаю плечами. Мелькает непрошенное «ничего он уже не скажет больше» и от этого сразу заканчиваются силы. Мне становится нехорошо. И нет больше возможности притворяться веселой и легкомысленной. Мне хочется теперь, чтобы Иван ушел. Ушел побыстрее. И я довольно демонстративно гляжу на часы.

- Вы торопитесь?

- На работу пора, - виновато улыбаюсь я.

- Не стану Вас больше задерживать, - он поднимается и протягивает мне визитку, - если что-то вспомните – позвоните.

- Что я могу вспомнить? – удивленно говорю я. Я и правда, удивлена.

- Например, где телефон оставили или отдали, может, кому.

Я поднимаю на него глаза и серьезно смотрю на молодого человека. Он не отводит взгляда и не улыбается.

- Вы шутите так, Иван?

- Шучу, - очень серьезно он, - до свидания, Елена Владимировна, всего доброго.

- До свидания, - довольно растерянно говорю я.

Закрыв за ним дверь, я без сил опускаюсь прямо на пол в коридоре. Что он имел в виду? Неужели он догадался, что я сама отдала телефон? И теперь он решит, что я связана с террористами? И что, за мной установят слежку? Я смеюсь. Пусть следят. Мне все равно. Эльнару я уже не наврежу ничем, а если они и догадались, что это с моей помощью мой телефон помог ему – так за это мне не стыдно, это здорово. Эльнар, ты позвонил и предупредил их. Я горжусь тобой. Мне хочется плакать, но слез нет. Не буду больше принимать таблеток. Мне нужно выплакаться, а то, как будто камень давит на грудную клетку, тяжело, сил нет, хочется поплакать. А сейчас я должна идти на работу.

- Не скучай тут, Дружок, - я глажу котенка, положив его в большое бабушкино кресло, - поспи пока, я недолго буду отсутствовать.

Словно поняв меня, котенок сворачивается клубком и закрывает лапами свой нос. Я наклоняюсь и чмокаю его в затылок.

- Спи, умница. Я скоро.

На работе меня встречают довольно весело.

- Привет, путешественница, ну как, отошла немного от потрясения? А что у тебя телефон не отвечает? Украли? Ничего себе, как же так? Ну, Лена, ну и поездочка у тебя нынче! Бывает же такое! – наперебой спрашивают, удивляются и сочувствуют коллеги. И я отвечаю, улыбаюсь, киваю, рассказывая все ту же байку про то, что прошляпила телефон, про то, как крепко спала в поезде и про то, что ничего не знала, но когда узнала – была просто потрясена. Рассказываю и о визите милиции и о том, что, оказывается, с моего телефона предупреждали о готовящихся терактах, о тех самых, о которых рассказывали по телевизору. Эмоций и обсуждений хватает надолго. Думаю, что еще не один день мы об этом будем вспоминать. Наконец, когда расспросы немного утихли, я сажусь оформлять документы на командировку. Достав билеты, квитанции за постель, командировочное удостоверение, начинаю заполнять, приклеивать, подсчитывать…. Как я увидела, что на одной из квитанций стоит не моя фамилия? Сработала привычка проверять все документы по несколько раз. На квитанции того самого поезда, в котором мы ехали с Эльнаром, стоит не моя фамилия. Что сильно кольнуло под левой лопаткой. Мы перепутали квитки. И моя квитанция осталась у Эльнара, а его – у меня. Я еще раз внимательно читаю фамилию, написанную на розоватой бумаге: Семенов. Его фамилия Семенов? Я не знала, надо же, даже не спросила. Но инициалы почему-то стоят совсем другие Т. И. Ну да, Семенов Т.И. Я чуть трясу головой. Он что, обманул меня? И его зовут не Эльнар? Я растираю вдруг занемевшие виски. Да нет, скорее наоборот. Его-то как раз зовут Эльнар, а вот ехал он по какому-то чужому паспорту. Да, скорее всего именно так. Впрочем, какая теперь разница? В глазах становится темно. И хочется плакать.

- Зинаида Геннадьевна, - я поднимаюсь и иду к главному бухгалтеру, - я перепутала квитки за постельное со своим соседом. У меня фамилия на «С» и у него. В вагоне было темновато, и я не разглядела, как следует. Что теперь делать?

- Ничего страшного, - успокаивает меня бухгалтер, - напиши заявление, что потеряла квитанцию, пусть Ирина подпишет, и все.

- Спасибо, - виновато улыбаюсь я.

- У всех бывает, - машет рукой Зинаида Геннадьевна, - пиши бумагу.

Я возвращаюсь к своему столу. Оформив все бумаги и отдав их в бухгалтерию, я просматриваю накопившиеся за мое отсутствие документы.

- Лена, - ко мне подходит начальница, - сейчас приедут из «Стройсервиса», прими у них заявку на договор на проведение археологических раскопок…, – она показывает мне нужные файлы и рассказывает все что нужно. – А то я им пообещала сегодня, а меня к начальству вызывают.

Я киваю:

- Конечно, Ирина, все сделаю, не волнуйся, все понятно. Чего-то рано они в этом году начинают оформляться….

- Да, хотят прямо в апреле начать копать, если погода будет позволять. В этом году, кстати, много будет раскопов.

Хорошо, что мне дают задание. А то мысли мои вертятся только вокруг Эльнара, и от этого только хуже становится – и дышать тяжело и голова, как будто свинцом налитая.

Представитель «Стройсервиса» появляется через полчаса после того, как Ирина ушла. Высокий симпатичный мужчина вежливо спрашивает Ирину Матвеевну.

- Ее нет, она в Комитете, – я поднимаюсь из-за стола, - а что Вы хотели?

- Я должен написать заявку на договор. – Мужчина смотрит на меня немного раздраженно, - вообще-то мы с ней договаривались.

- Да, я предупреждена, - приветливо говорю я, - я приму у Вас заявку. Прошу Вас. – Я делаю приглашающий жест к своему столу.

Мужчина присаживается на стул около моего стола и достает бумаги:

- Что я должен написать?

Несмотря на то, что он смотрит на меня как на пустое место, я продолжаю разговаривать вежливо. Я достаю лист бумаги и диктую ему текст заявки, потом проверяю, что он написал, и прошу лист с данными его фирмы, мне нужны полное название, фамилия директора, и всякие там ИНН, КПП и прочие бухгалтерские дела. Получив все это и сложив в отдельную папку-файл, я говорю, надписывая папку:

- Ваш договор будет готов завтра после обеда. Вы можете предварительно позвонить, - я на отдельном листочке пишу наш номер телефона и протягиваю ему, - узнать, готов ли договор, и потом приехать, чтобы забрать его.

- А как Вас зовут? К кому я должен обратиться? – он спрашивает спокойно, без тени игривости или даже намека на человеческое отношение. Но у меня внутри что-то сжимается. Я отчетливо вспоминаю слова Эльнара: «Детка, как только тебя спросят, как тебя зовут, нужно выдержать небольшую паузу, а потом, взглянув мужчине в глаза, произнести: Елена». Я вспоминаю это так отчетливо, что мои глаза наполняются слезами. Я как будто снова вижу перед собой Эльнара, он смотрит ободряюще и чуть ожидающе, и как будто говорит мне: «Ну, давай, Леныч, смелее. Давай!».

Я медленно поднимаю глаза на сидящего передо мной мужчину. Смотрю на него без улыбки и, спустя доли секунды, улыбнувшись, произношу:

- Елена.

Легкое замешательство в его глазах мелькает так отчетливо, что я даже слегка теряюсь. А он, помолчав, чуть удивленно добавляет:

- Прекрасная. Елена Прекрасная, - он широко улыбается мне неожиданно искренней и очень теплой улыбкой, - у Вас очень красивые глаза, Елена. Я Вам завтра позвоню.

- Спасибо, - я смотрю на него серьезно, - звоните.

Он начинает перекладывать какие-то бумаги у себя в сумке, потом, наконец, встает и еще раз широко улыбается:

- До свидания!

- До свидания, - улыбаюсь я ему в ответ.

- До завтра, - никак не может уйти он.

- Всего доброго, - я, еще раз улыбнувшись, опускаю глаза к документам. И тогда он уходит.

А я ничего не вижу в бумагах, лежащих на моем столе. Сердце тяжело бьется о камень, застрявший в грудной клетке. У меня получилось. Получилось так, как говорил Эльнар. Только зачем мне все это? Я поднимаю глаза и встречаюсь с внимательным и сочувствующим взглядом Ксении.

- Какой мужчина, просто мечта! - улыбаясь, произносит она, - Вот так всегда, они появляются именно тогда, когда абсолютно не нужны. Где их раньше носило? Правда?

Я удивленно смотрю на Ксению. Откуда она знает, что я сейчас чувствую? Откуда она может знать, что я подумала сейчас именно об этом – зачем мне сейчас этот интересный, действительно интересный мужчина? Где он раньше был? Мое молчание, наверное, выглядит неприличным, но Ксения ничуть не обижается, а наоборот, встает и подходит к моему столу.

- Лена, может, тебе нужна помощь?

- Ксения, - я не отвечаю на вопрос, потому что не знаю ответа, - прости за любопытство, но почему ты тогда сказала, что свое отбоялась? Меня этот вопрос всю дорогу мучил, - я улыбаюсь чуть смущенно, - извини, конечно.

- Ничего, нормально, - Ксения смотрит сочувственно, у меня такое чувство, что она понимает все, что со мной сейчас происходит. - Однажды я несколько часов была заложницей.

- Заложницей?! – я на мгновение забываю даже о боли в груди, так это похоже на мою ситуацию. – Тебя взяли в заложники террористы?

- Нет, не террористы. Меня взял в заложники предводитель языческой секты. Можно сказать – маньяк.

Ксения неожиданно закатывает рукав своего свитера, и я вижу у нее на плече четыре узких белых шрама, протянувшихся почти до локтя.

- Это он мне кастетом – на память, - почти не улыбается Ксения, - медвежий след. Он считал, что культовый камень со следом медвежьей лапы принесет ему удачу. Помешан был на культе животных. А я была средством, которое должно было добыть ему этот камень. То в любви признавался, то убить грозился. Страшно мне было – жутко. Хорошо, что это было недолго, не успел ни изнасиловать, ни убить. С тех пор, знаешь ли, жизнь кажется прекрасной.

Да, мне это понятно. Жизнь мне тоже кажется прекрасной, только насколько она мне нужна, эта прекрасная жизнь … без него?

- Все проходит, - неожиданно говорит Ксения, - и это пройдет. Мудрость Соломона вечна. Потерпи немного.

- Спасибо. – Я смотрю на Ксению. – Спасибо.

В этот момент возвращается Ирина.

- Секретничаете? – она весело смотрит на Ксению, сидящую около моего стола, - сплетни сплетничаете?

- Ну да, вместо того, чтобы работу работать, разговоры разговариваем, - весело откликается Ксения.

- Тогда пошли чай пить, - командует Ирина, - до конца работы всего ничего – час остался.

- Нечего и начинать, - неожиданно включаюсь я.

- Вот именно. О чем сплетничали? – она ставит чайник и достает чашки.

- Я про Камень рассказывала, - говорит Ксения.

- А, понятно. – Ирина тему не продолжает, видимо, знает подробности.

- Ирина, из «Стройсервиса» приходили, - отчитываюсь я, - договор я к завтрашнему дню подготовлю. Все в порядке.

- Конечно, в порядке, мужчина чуть со стула не упал, когда наша Лена на него взгляд подняла, - Ксения смеется, - кажется, у нас будет повод для сплетен.

Все смеются. Я тоже смеюсь, хотя абсолютно точно знаю, что повода не будет. Мне он не нужен. Мужчина этот не нужен. А кто нужен? Эльнар нужен, но это невозможно. Андрей? Это удивительно, но я по-прежнему хорошо отношусь к нему, он по-прежнему кажется мне привлекательным мужчиной, «близко к идеалу», каким я его представляла. Но он не нужен мне. Как в каком-то фильме сказала одна героиня своему бывшему возлюбленному: «После тебя все мужчины кажутся пресными». Как это верно сказано! После Эльнара хороший Андрей кажется скучным и нерешительным. Володя? Этот решительный, конечно, но нечестный. По крайней мере по отношению к женщинам. Не только ко мне, но и к жене, и к незнакомой женщине с его работы, ко всем. Вот и получается, что хоть и «проснулась» я, но все равно одна. С Дружком.

- Лена, тебя к телефону, - Наталья Сергеевна всегда берет с собой телефонную трубку, даже за чайным столиком она при ней.

Я беру телефон и отхожу к окну, чтобы не мешать коллегам разговаривать, и чтобы мне не мешали, потому что плохо слышно тогда. У нас так все поступают.

- Алло! – опять я даже не попыталась представить, кто это звонит за полчаса до конца рабочего времени. Я вообще ничего теперь не представляю и не придумываю. Жизнь прекрасна сама по себе, без моих корректировок и «улучшений».

- Елена Владимировна, добрый вечер, это … - мужчина чуть запинается, но быстро справляется с замешательством, - это Иван, я сегодня приходил к Вам утром по поводу телефона.

- Здравствуйте, Иван, - немного удивленно говорю я.

Да, я удивлена, потому что не понимаю, что ему нужно. Я не испугалась, не встревожилась, я просто удивилась.

- Елена Владимировна, я заблокировал Вашу сим-карту, - говорит Иван, - через несколько дней Вы сможете восстановить Ваш прежний номер телефона.

- Интересно, как Вам это удалось? – довольно равнодушно спрашиваю я. Равнодушно, потому что мне наплевать, какой у меня будет номер. Насте, Анатолию Семеновичу и коллегам на работе я и новый номер сообщу без труда, а больше мне звонить некому. И вопрос задаю этот дурацкий только чтобы не молчать, потому что знаю, что для того, чтобы заблокировать сим-катру большого ума не надо.

- Специфика работы, - довольно неуклюже шутит он.

- Спасибо, Иван, - опомнившись, стараюсь я сказать как можно приветливее, - я должна что-нибудь заплатить?

- Нет, ничего.

- Еще раз спасибо большое.

- Пожалуйста. Вы не нашли свой старый телефон?

- Нет, Иван, мне его никто не подкинул, к сожалению. Но если подкинут, то я Вам сообщу. – Я стараюсь, стараюсь изо всех сил быть вежливой и даже веселой. – Я, если хотите, его даже руками трогать не буду, аккуратно платочком или тряпочкой какой-нибудь возьму, а то вдруг там отпечатки пальцев остались? – получилось довольно издевательски. Да, я научилась отвечать. Я научилась не бояться.

- Не надо так, Елена Владимировна, - Иван говорит серьезно и чуточку грустно, - каждый выполняет свою работу.

И мне становится стыдно.

- Извините меня, Иван, пожалуйста.

- Ничего, - почему-то довольно обрадовано и даже как будто облегченно говорит он, - в общем, звоните.

- И Вы, - машинально отвечаю я.

- Спасибо, я-то позвоню, - немного двусмысленно звучит в трубке его голос. И я смеюсь. Мы прощаемся, и я возвращаюсь к коллегам, у которых чаепитие уже плавно перешло в планерку: обсуждают дела на пятницу и на понедельник. Я возвращаю телефон Наталье Сергеевне, но как только она берет трубку, как та снова звонит.

- Лена, снова тебя, - она со смехом протягивает телефон, - какая ты у нас сегодня популярная. Прямо на разрыв.

Я, вежливо смеясь, беру трубку и снова отхожу к окну:

- Алло!

В трубке молчание.

Продолжение следует...

Нравится роман? Поблагодарите Валерию Горбачеву переводом с пометкой "Для Валерии Горбачевой".