О творчестве Урсулы Ле Гуин

Mensura Zoili

22 января скончалась американская писательница Урсула Ле Гуин. По этому поводу сказано много громких слов, какой она была замечательной писательницей, на сколько языков были переведены её книги, но без подробностей, к сожалению. Потому я решил сегодня пролить свет на её вклад в литературу.

Первым произведением Ле Гуин, которое я прочитал, был «Волшебник Земноморья». Напомню, впервые он был опубликован в 1968-м году. Чтение увлекательное и философское. Однако чтобы понять ценность философии «Волшебника», мне потребовались годы взросления и чтения.

Обложка первого издания «Волшебника Земноморья»
Обложка первого издания «Волшебника Земноморья»

Как-то раз я заметил один популярный приём в сюжетах — тяжёлое прошлое и его влияние на поступки. Вроде бы банальность, но это только подтверждает силу убеждения приёма с прошлым — он вездесущ, но всё никак не превратится в клише. Раз за разом прошлое отбрасывает мрачную тень и меняет судьбы.

Чтобы не быть голословным, упомяну знаменитого «Гарри Поттера», где и главный герой, и антагонист пережили тяжёлое детство. Войдя в волшебный мир, антагонист за прошлое мстит, а Поттер из-за прошлого постоянно спасает мир. Я, конечно, бессовестно упрощаю, книги не сводятся к одному только прошлому и мести, но эта линия прошлого в «Поттере» не из пальца высосана, согласитесь.

Так вот в этом свете «Волшебник» принципиально отличается тем, как главный герой решает свои проблемы с прошлым, не дающим покоя. Вместо того, чтобы лелеять боль через месть, чтобы засахаривать боль в подвигах, чтобы глушить боль в непрерывной работе, главный герой обретает гармонию с самим собой. Он приходит к полному разрешению внутреннего конфликта, и что самое интересное, после этого подвиги его продолжаются.

Если задуматься, множество вещей в мире происходят из-за травм прошлого. Порой целые народы живут одним прошлым в мании взять реванш. В этом смысле Ле Гуин — одна из немногих, кто поставил под сомнение подвиги под гнётом прошлого, кто задал вопрос, а может ли вообще человек исцелить мир, если не исцелён сам, кто подставил под вопрос возможность самоисцеления через подвиги в принципе.