Честь, что превыше прибыли

20 December 2018

Как московский Музей предпринимателей привлекает посетителей

Молодой человек! Да-да, вы! Никогда не задумывались о том, а не стать ли вам купцом? Давайте представим себе, что вы живете лет сто назад и хотите открыть свое дело. Построить фабрику, например… Да! И выберите себе хорошую жену из зала! Ну что ж, игра началась!

Текст: Ирина Ивина, фото: Александр Бурый

Когда мы пришли в московский Музей предпринимателей, меценатов и благотворителей, группа молодых ребят и девушек уже расселась в большом зале и приготовилась слушать рассказ о самых незаурядных предпринимателях и благотворителях прошлого. Гости музея были несколько озадачены: когда они шли сюда, то ожидали, что для них устроят скучную экскурсию; представляли, как будут бродить от экспоната к экспонату, слушая монотонные разъяснения о том, что это такое. Однако директор музея Елена Ивановна Калмыкова придумала хитроумный способ заинтересовать юных посетителей: добиться внимания представителей нынешнего поколения можно, погрузив их в атмосферу прошлого, чтобы они почувствовали ее по-настоящему.

Юные гости музея
Юные гости музея

ЛЮДИ, ИГРАЮЩИЕ В КУПЦОВ

Сегодня симпатичный юноша будет примерять на себя роль легендарного купца, Тимофея Саввича Морозова, и шаг за шагом вместе с «женой» и «архитектором» построит свою собственную, пусть и воображаемую, Никольскую мануфактуру. Ребята веселятся, представляя, как «архитектор» будет высаживать пальмы и возводить фонтаны, а мы рассматриваем стены музея, увешанные бесчисленными портретами. Музей небольшой, места здесь немного, поэтому портреты знаменитых купцов висят очень плотно друг к другу. Серьезные, деловые мужчины в дорогих костюмах, разряженные купчихи… Почему-то больше всех запомнилась длинная узкая картина с Павлом Третьяковым. Ее, как оказалось, написал Ливий Щипачев, сыгравший Тимура в старом советском фильме, снятом по известной повести Аркадия Гайдара. На картине Третьяков, с длинной бородой и миниатюрой своей знаменитой галереи в руках, получился похожим на древнерусского князя, построившего какой-нибудь собор и с тех пор с ним изображавшегося.

Директор музея Елена Ивановна Калмыкова
Директор музея Елена Ивановна Калмыкова

Тут раздается звонок в дверь – Елена Ивановна отходит на пару минут. В это время я успеваю переброситься парой фраз с гостями.

– Ребята, а вы школьники?

Новоиспеченный «купец» поворачивается ко мне и важно отвечает:

– Нет, мы первокурсники. Просто наш преподаватель по культурологии дала задание сходить в один из музеев и написать о нем эссе.

– А почему вы выбрали именно этот музей?

– Так мы же на факультете управления учимся!

Ясно… И, кстати, логично: юные управленцы хотят узнать секреты успеха предпринимателей дореволюционной поры.

Полезные на производстве предметы: весы, замки и гиря
Полезные на производстве предметы: весы, замки и гиря

ЗОЛОТОЙ ВЕК

Мануфактура построена, ее хозяин и хозяйка рассчитались с архитектором, да и рабочие довольны. Игра окончена, и теперь студенты могут побродить по самому музею. Он довольно скромный – всего четыре выставочных зала.

В самом большом зале помимо огромного количества порт­ретов купцов за стеклами вит­рин – фотографии, альбомы, книги. Стоит здесь и старинный огромных размеров ткацкий стан, который в свое время вполне мог использоваться в каком-нибудь текстильном производстве. А у самой стены скучает пузатый самовар, обложенный разноцветными, но уже поблекшими и выцветшими от старости коробочками из-под халвы и карамелек. Кто же из нас не знает, как купечество любило чаевничать? Отправив своих мужчин по делам, женская половина дома порой целыми сутками принимала гостей – горячие самовары с бесконечными прикусками в такую пору, говорят, не переводились!

Мультимиллионер и большой шутник Гаврила Гаврилович Солодовников
Мультимиллионер и большой шутник Гаврила Гаврилович Солодовников

Внимание привлекла посмертная маска Николая Александровича Алексеева – точно такая же выставляется и в музее построенной им психиатрической больницы на Канатчиковой даче (см.: «Русский мир.ru» №1 за 2015 год, статья «Обнаженные души»). По признанию современников, золотопромышленник Алексеев был одним из наиболее выдающихся людей своего времени. В 1885 году Николая Александровича избрали городским головой Москвы – он преуспел и на этом поприще: именно при Алексееве была существенно усовершенствована водопроводная система, купец построил будущий Исторический музей, здание городской думы, многочисленные школы. Вот только свой самый яркий и дорогостоящий проект – психиатрическую больницу, в советское время известную как «Кащенко», – завершить так и не успел: по злой иронии судьбы пуля убийцы-душевнобольного оборвала жизнь талантливого предпринимателя.

Экспозиция портретного зала музея
Экспозиция портретного зала музея

А на другой стене еще один любопытный портрет: приятной внешности мужчина с аккуратной бородой и шейным платком. Настоящий франт! Даже не подумаешь, что это – филантроп и мультимиллионер Гаврила Гаврилович Солодовников, богатейший человек своего времени и герой бесчисленных анекдотов. Про него говорили, что он считает каждую копейку, ходит по дому в старом заплатанном халате и нечист на руку в коммерческих делах. Младший сын небогатого серпуховского купца, он переехал в Москву, купил маленькую ткацкую фабрику и уже к 20 годам стал купцом 1-й гильдии! Но самое интересное происходит после его смерти: еще при жизни обещавший, что когда-нибудь о нем заговорит вся империя, Гаврила Гаврилович составляет невероятное завещание: 20 миллионов рублей – сумасшедшие по тем временам деньги – он отдает на благотворительность! А своей семье завещает всего лишь 830 тысяч: значительную часть получил старший сын и его душеприказчик, а меньше всех – младший, отказавшийся идти в торговые люди. Неудачливый прапорщик от отца получил только платье и нижнее белье покойного…

Музей собирает различные документы золотого века купечества
Музей собирает различные документы золотого века купечества

Деньги, пожертвованные на благотворительность, Гаврила Гаврилович распорядился потратить следующим образом: треть на строительство школ и приютов в Серпухове, треть на устройство земских училищ и еще треть – на строительство дешевого жилья для бедных людей. В конце завещания Солодовников оставил приписку: «Большинство этой бедноты составляет рабочий класс, живущий честным трудом и имеющий неотъемлемое право на ограждение от несправедливостей судьбы». Семье же ничего не оставалось, как исполнить последнюю волю покойного…

Сразу за «семейным» залом с портретами купцов идет зал финансовый, рассказывающий о времени экономического расцвета Российской империи. Это так называемый золотой век – конец XIX – начало ХХ столетия: здесь собраны всевозможные государственные и муниципальные ценные бумаги.

С чем любили пить чай тогдашние предприниматели?
С чем любили пить чай тогдашние предприниматели?

Те, кому сложно разобраться в хитросплетениях дореволюционной экономики, здесь не задерживаются и проходят в два оставшихся тематических зала – детский и бытовой. В первом взгляд сразу останавливается на массивном деревянном письменном столе трех поколений семьи Рукавишниковых, на котором разложен целый набор успешного предпринимателя: костяшки-счеты, старинная печатная машинка, несколько любопытных чернильниц и печаток. А у стены красуется вложенная в рамку похвальная грамота с портретом самого императора!

Представитель этого купеческого рода, Николай Рукавишников, открыл в Москве исправительный приют для малолетних преступников, чем спас от смерти или тюрьмы немало беспризорников.

Кто бы мог подумать, что это — мыло середины позапрошлого века!
Кто бы мог подумать, что это — мыло середины позапрошлого века!

Дети тех, кто побогаче, жили по-другому: красивые игрушки и одежда, наряженные куклы, содержательные учебники – все это стоит в противоположной стороне зала.

Но, наверное, самый интересный зал музея – бытовой. В центре комнаты стоит внушительных размеров сундук – символ купеческого благосостояния. Рядом с ним – старинная кровать с кружевными накидками на подушках. Долгое время купечество сохраняло дух патриархальности – взять хотя бы яркие воспоминания детства Ивана Шмелева, так подробно описанные им в «Лете Господнем». Однако ближе к началу ХХ века значительная часть предпринимателей переняла западный образ жизни: модная одежда из Европы вытеснила из гардероба привычный русский наряд, сыновья учились в университетах, излюбленным досугом стали театр и опера… Вещи для себя и своей семьи купцы тоже старались покупать только самые качественные. Некоторые из них сегодня можно увидеть и в ­Музее предпринимателей.

Сладости от Абрикосова
Сладости от Абрикосова

Бытовой зал заставлен бесчисленными предметами домашнего обихода: грампластинки, мороженица, сервизы, туалетное мыло «Для дам и господ», коробочка из-под сладостей, конечно же, от Абрикосова… Кондитерские изделия Товарищества А.И. Абрикосова сыновей, поставщика двора Его Императорского Величества, считались лучшими не только в ­Москве, но и во всей стране (см.: «Русский мир.ru» №3 за 2015 год, статья «Дольче вита» с купеческим размахом»). Тающий во рту шоколад, нежные конфеты-пралине, марципан и пастилу от Абрикосова, равно как и завернутые в бумажные полотенца ароматные филипповские булочки и калачи, доставляли самому государю! Вот только Абрикосов, в отличие от пекаря Филиппова, свои изделия упаковывал в фантастическую по красоте «одежку», которая сегодня, спустя целый век, даже выставляется в музеях…

Несколько манекенов в одежде позапрошлого века, пожелтевший от времени свадебный наряд, изысканные женские перчатки, которые и раньше-то были узкими, а теперь не налезут ни на одну ручку, разве что на детскую… И кто бы говорил про дородных, добрых купчих с их пухлыми белыми руками?

Купеческая кровать с кружевными наволочками
Купеческая кровать с кружевными наволочками

УЛИЦА БЛАГОТВОРИТЕЛЕЙ

«Все экспонаты переданы в дар музею потомками российских предпринимателей», – рассказывает Елена Ивановна, после того как шумные студенты покинули экспозицию. Музей ничего не покупает, однако почти за 25 лет было собрано несколько тысяч предметов, как подлинных, так и копий. Да и большинство работников музея – волонтеры, волею случая оказавшиеся здесь. Среди них есть и бизнесмены, и архитекторы, и даже профессора высших учебных заведений, и каждый занимается тем, что ему по душе. Читают лекции молодому поколению управленцев, например. Кроме того, волонтеры поддерживают контакты с более чем тремя сотнями семей, у которых остались памятные вещи знаменитых дедов-предпринимателей. Что говорить, даже дом, в котором разместился музей, тоже своего рода настоящий памятник купечества и меценатства!

В этой части зала представлено несколько женских портретов
В этой части зала представлено несколько женских портретов

Здесь, на Донской улице, в свое время было расположено более десятка благотворительных учреждений. Дом №9 когда-то был финансовой конторой предпринимателей Солодовниковых, однофамильцев того самого благотворителя-рекорд­смена Гаврилы Гавриловича.

В конце XIX века дом переходит к их племяннику, домо­владельцу и хозяину небольшой подмосковной фабрики Ивану Григорьевичу Простякову, кавалеру пяти российских орденов за благотворительную деятельность (за помощь в строительстве клинического городка на Девичьем поле, например). На улице, где Иван Григорьевич сдавал квартиры внаем, в доме, где сейчас работает музей, он открыл начальную школу для мальчиков, которую полностью содержал вплоть до своей смерти в 1915 году.

Поддевка — рабочая одежда мелких и средних торговцев начала прошлого века
Поддевка — рабочая одежда мелких и средних торговцев начала прошлого века

С приходом к власти большевиков в доме сначала устроили столовую международной организации помощи голодающим в России, чуть позже открыли детскую библиотеку. По-видимому, библиотека была очень неплоха, если ее бывшие читатели до сих пор приходят сюда и с ностальгией вспоминают о том, какие книги читали в детстве. Другим этот дом запомнился тем, что когда-то здесь располагался музей Октябрьского района столицы при райкоме партии – немалая часть его экспозиции была собрана Львом Николаевичем Краснопевцевым, диссидентом, аспирантом исторического факультета МГУ, в 50-е годы выступившим против советской власти и по «университетскому делу» на десять лет сосланным в ­Дубравлаг.

Стол трех поколений семьи Рукавишниковых
Стол трех поколений семьи Рукавишниковых

Кстати, при советской власти слово «купец» было едва ли не ругательным. В сознании людей при упоминании этого слова то и дело возникал образ человека из «темного царства» Островского: этакого дремучего, необразованного и жадного бородача в красной косоворотке и сапогах гармошкой, готового ради наживы свести со свету любого. Даже самые блестящие и яркие купеческие биографии неожиданным образом представлялись далеко не в лучшем свете вплоть до 1991 года! Однако затем пришло осознание того, что торговые люди вовсе не были поголовно самодурами и невеждами, было даже создано Общество купцов и промышленников, собравшее потомков многих известных до революции династий.

Тогда же в доме на Донской было решено создать Музей предпринимателей, меценатов и благотворителей, а Лев Николаевич стал его главным хранителем. Так в 1992 году и появился единственный в своем роде музей, посвященный жизни московских предпринимателей.

Расчетливые купцы весьма трепетно относились к документации
Расчетливые купцы весьма трепетно относились к документации

«К НАМ ПРИХОДЯТ НАШИ БУДУЩИЕ ЭКСПОНАТЫ»

Потомки известнейших в прошлом купеческих семей до сих пор с удовольствием встречаются в этом доме, время от времени передавая сотрудникам ­новые экспонаты. Именно по­этому получилось так, что музей приобрел четкую региональную специфику – в центре внимания оказались Москва и Мос­ковская область, хотя Елена Ивановна мечтает о том, что когда-нибудь здесь появится экспозиция, рассказывающая, например, о предпринимателях Кяхты – уникального городка на границе с Китаем, ставшего центром российско-китайской торговли. Именно отсюда везли столь любимый русскими чай – привычный сегодня, но весьма дорогой в то время. Приспосабливаясь к торговле с китайскими партнерами, людьми сложными и непредсказуемыми, кяхтинские купцы сами начинали хитрить: говорят, заподозрив китайцев в обвесе или подмене сорта чая, русские предприниматели пришивали к заячьим шкуркам песцовые хвосты, красили меха или же просто прятали дырку от пули (чай обменивали на меха. – Прим. авт.). Куда уж им до тех купцов, которые даже сделки заключали устно, считая их выполнение делом чести.

То, что в музее представлен в основном золотой век российского купечества, тоже не случайно: Елена Ивановна рассказывает, что экспонаты более ранних эпох, петровской и екатерининской например, найти невероятно сложно.

Когда-то почти все посетители музея были школьниками и студентами, интересующимися историей дореволюционной России, а потому и билеты в то время были бесплатными. Однако после кризиса 2008 года нужно было придумать что-то такое, что сохранило бы маленькому частному музею жизнь. Тогда для юной публики начали устраивать игры, самым маленьким рассказывали о предметах бытового и детского залов, а взрослых, которые раньше заходили редко, решили привлекать интересными лекциями по истории предпринимательства и меценатства.

Частенько здесь бывают и «будущие экспонаты» – современные предприниматели, многие из которых помогают музею материально. Музей дружит и с ­Ассоциацией менеджеров России, некоторые компании специально собирают и направляют на экскурсии группы своих работников, которые приходят сюда узнать секреты ведения дореволюционного бизнеса.

А еще в Музее предпринимателей, меценатов и благотворителей можно попасть на занимательную лекцию от настоящего знатока купеческой жизни. Все анонсы размещаются на официальном сайте музея и в группах в социальных сетях. Так, в этом году каждое третье воскресенье месяца Анна Кобленц-Никифорова рассказывает что-нибудь об истории и традициях русского купечества. Например, о том, как в России развивалось пивоваренное или ювелирное дело или же как торговые люди оказывались новомучениками и исповедниками. А Алла Лисицына, которую мы тоже встретили в музее, устраивает пешеходные экскурсии по столице, во время которых может рассказать, например, о Федоре Шехтеле. Удивительно, но талантливый архитектор тоже был из купеческой семьи, правда, очень быстро обанкротившейся. Федор Осипович с торговыми людьми дружил и нередко для них ­строил – взять хотя бы знаменитый фантастический особняк Саввы Морозова на Спиридоновке, ставший Домом приемов Министерства иностранных дел России (см.: «Русский мир.ru» №11 за 2015 год, статья «Особняк высокого уровня»).

Елена Ивановна, библиотекарь по образованию, за четверть века работы в музее собрала обширную книжную коллекцию, доступную даже гостям. Полистайте каталог на сайте музея: среди множества как исторических, так и современных книг наверняка найдется такая, которую непременно захочется почитать – нужно только написать заявку и прийти.

Сходить в этот музей нужно хотя бы для того, чтобы понять, что предприниматели дореволюционной России – это не просто люди, которые много заработали. По большей части глубоко верующие и преданные своему делу, они старались придерживаться железного принципа: «Прибыль превыше всего, но честь – превыше прибыли». А влиятельный фабрикант Павел Рябушинский вдобавок любил повторять: «Богатство обязывает», считая, что Бог, который дал достаток, потребует отчет за каждую копейку, следовательно, нужно помогать всем нуждающимся. Во многом благодаря этому убеждению именно представители купечества стали известнейшими меценатами, на их средства в Российской империи строились больницы, собирались огромные картинные галереи, открывались образовательные учреждения, театры, музеи и консерватории.

Конечно, и тогда не все купцы честно выполняли свой долг, но, как говорит Елена Ивановна, в истории остались имена лишь самых достойных – тех, на кого можно ориентироваться и современным бизнесменам. Они и глядят сегодня на новое поколение россиян с многочисленных портретов на стенах ­Музея предпринимателей, ­меценатов и благотворителей.