Почему я работаю с родителями, а не с детьми? Мнение психолога

Проработав психологом 11 лет, я почти не беру в работу детей. Почему и как это работает, читайте ниже.

Свой трудовой путь я начинала с сертификатами детского психодинамического и семейного системного психотерапевта в центре помощи семье и детям. В нашем отделении мы работали в основном с детьми. Годами. Родителей видели крайне редко. Думаю, потому и работали годами. Ребенок возвращался в неизменную домашнюю среду и час с психологом против 23-х часов дома просто ничтожен.

Потом был период совмещения основных мест работы и частной практики. Думаю, кто уже вошел в эту стадию, тоже удивляется летящей динамике и бОльшей продуктивности. Деньги, ответственность и мотивация делают свою дело.

Этот период подарил мне чудесный клиентский случай. Очень замотивированная мама привела очень замотивированного ребенка. Они исправно ходили почти 2 года. На балинтовских группах я неизменно задавала вопрос коллегам — зачем? Мы топчемся на месте! Когда уже они назначат меня плохим психологом и бросят?

Они не бросили. Динамики не было. Они пропадали каждый раз, как только я говорила о необходимости в родительской встрече. Каждый раз причина была уважительной — болезнь ребенка, мамы, собаки, юбилей бабушки и выигрыш путевки в горы. Потом они исправно ходили, ребенок выливал ведрами (я не утрирую) воду в песочницу, пока она не дала течь в трех местах (и снова не утрирую).
Не буду описывать чем дело кончилось, потому что ничем.

Точнее, ничем в достижении запроса, но изменением правил моей работы.
На первичную консультацию приходят мама и ребенок (в идеале и папа тоже, что уже не редкость, к счастью). Далее, чаще всего, я работаю только с мамой. Аллергия у ребенка, астма, запор или энурез — в работе мама, здоровеет ребенок... и мама.

Что же с папами?
Иногда нужны и папы. Нужны-то всегда, но иногда — особенно. Бывает, что папа где-то рядом: ждет в машине, в коридоре, обещает зайти, но природная нужда или вовремя зазвонивший телефон уносят папу как нервная управдом листовки на свежеокрашенном подъезде. Здесь работает подкрепление авторитета папы. Не заискивание и ходьба на задних лапах, а искренний интерес мнением папы. Некоторые прям в шоке, что спрашивают их взгляд на воспитание ребенка. Как правило, они быстро идут на сотрудничество.

Есть, конечно, и папы, которых никак не подключить. В таком случае, можно написать папе письмо о важности его роли в процессе терапии. Это не гарантирует его участия, но проливает свет на ответственность всех участников терапии, а значит и на контрактирование.

Бывают случаи, когда мама признается, что папа против их посещения психолога, и они здесь «контрабандой». Ребенок тогда получается втянутым в необходимость обмана папы. И психолог тоже. Я всегда шучу, что чувствую себя любовницей. Этот момент коллективного заговора тоже необходимо обсудить. Иначе вместо терапии будет игра в терапию.

Психолог Марина Гогуева

@gogueva_psy