Третий польский мятеж

Третий польский мятеж

Александр II (часть 5)

Либеральные реформы Александра разбудили дремлющий польский сепаратизм. После восстания 1831г. спокойствие в Польше обеспечивалось авторитетом польского наместника князя Паскевича прозванного «усмирителем Польши». После его смерти 20 января 1856г. наместники в Польше менялись один за другим, что до невозможности обостряло ситуацию в мятежном регионе. Выступая 15 мая 1856г перед депутацией польского дворянства в Варшавской ратуше, Александр II сказал: «Держитесь действительности, составляя одно целое с Империей, и оставьте всякие мечтания о независимости, как не могущие осуществиться...Оставляя Польше права и учреждения, дарованные моим отцом, я буду неуклонно заботиться о ее благе и счастье... Все, что мой отец сделал, хорошо сделано, мое царствование будет продолжением его царствования. От вас зависит облегчить решение задачи. Вы должны помочь мне в моем труде. На вас одних падет ответственность, если мои намерения встретят на пути какие-либо химерические препятствия».

Предупредив поляков о риске «мечтаний о независимости», император стал постепенно амнистировать бунтовщиков 31-го года, возвращая им конфискованное имущество и сословные привилегии. Наместником царства Польского Государь назначил честного и благородного князя Михаила Дмитриевича Горчакова (дед премьер-министра Столыпина). Поляки восприняли данное назначение как слабость московитов.

13 февраля 1861г. стены варшавских домов «украсили» прокламации, призывавшие жителей города собраться и отметить победу польских повстанцев в сражении при Грохове. Демонстрантов разогнали жандармы под командованием полковника Федора Федоровича Трепова. Через день манифестанты забросали полицейских камнями, полиция открыла огонь на поражение, убив шестерых митингующих и еще столько же ранив.

Поляки передали Горчакову, петицию, составленную на имя императора, в ней они не просили, а требовали наделить Польшу автономными правами. Пораженный смелостью просителей, Горчаков обещал передать петицию лично Государю, и чтобы снять напряжение в обществе приказал отстранить от службы полковника Трепова.

Государь написал Михаилу Дмитриевичу, чтобы он передал полякам, что их требования неуместны, в случае продолжения протестов ему предписывалось незамедлительно ввести в городе и округе военное положение.

19 мая 1861г. беда пришла, откуда не ждали, скоропостижно скончался Горчаков.

ВРИО назначили военного министра Николая Онуфриевича Сухозанета, который 6 августа передал бразды правления новому наместнику графу Карлу Карловичу Ламберту.

Ситуация продолжала накаляться, ежедневно в костелах прихожане просили Господа об избавлении Польши от проклятых московитов. Варшавский генерал-губернатор Александр Данилович Герштенцвейг приказал солдатам врываться в храмы и арестовывать католиков проклинающих в молитвах русского императора и Россию.

В ответ ксёндзы прекратили службы в городских костелах. Испугавшись, Ламберт, обвинил Герштенцвейга в превышении должностных полномочий, тот назвал Ламберта трусом и вызывал на дуэль. Чтобы не поднимать лишний шум противники решили не стреляться, а решить дело «американской дуэлью» - вытянувший жребий самостоятельно пускал себе пулю в висок.

5 октября 1861г. Герштенцвейг выстрелил в себя два раза и через 19 дней скончался. После смерти Варшавского генерал-губернатора Ламберт набрался смелости и попросил императора избавить его от польских проблем, Государь удовлетворил его просьбу, и прислал в Польшу Александра Николаевича фон Лидерса. Как ни странно нового царского Wicekrólu (наместника) поляки полюбили, Александр Николаевич спокойно налаживал жизнь в Польше и совершал пешие прогулки по Варшаве, не пользуясь услугами телохранителей. Заговорщики видя, что фон Лидерс «приручает Польшу», решили его убить.

15 июня 1862г. в Саксонском саду в Александра Николаевича стрелял беглый подпоручик русской армии Андрей Потебня. Раненного Лидерса сменил Великий князь Константин Николаевич, который примирительной политикой рассчитывал успокоить поляков. Через две недели после прибытия в Варшаву, в него стрелял портной Людовик Ярошинский. Пуля пробила эполет и задела плечо.

Ярошинского и еще нескольких польских террористов казнили, Польша закусила удила, антирусские мирные демонстрации разгорелись с новой силой. Ситуацию усугубило то, что помощник наместника граф Александр Игнаций Велёпольский (который до сих пор считается в Польше национальным предателем) приказал провести рекрутский набор, не по жребию как полагалось, а по спискам. В списки внесли 12-тысяч молодых поляков, которых подозревали в подготовке мятежа. По сути сидя в пороховом погребе русской империи, Велёпольский прикурил сигару.

Восемьдесят процентов из 12-тысяч молодых революционеров, предупрежденные о грозящей им опасности, бежали в скрывающиеся в лесах повстанческие отряды. Тайный комитет, руководивший подготовкой к восстанию, отдал приказ начать мятеж в ночь с 10 на 11 января 1863г.

Александр узнав о новом польском восстании, воскликнул, что Польша это несусветное проклятье России, на, что глава МИДа Горчаков пообещал, что в этом веке это последний польский нарыв. Небольшой, точный хирургический разрез позволит удалить гной и обработать кровоточащую рану.

В Польшу направили 200-тысячную русскую армию с приказом расстреливать без суда и следствия поляков, захваченных с оружием в руках на месте боестолкновений.

Либерально настроенного Константина Николаевича отозвали в столицу, назначив в место него генерала от инфантерии Федора Федоровича Берга. В охваченный мятежом Вильно, выехал Михаил Николаевич Муравьев, которому позже русофобы дали лживое прозвище «Муравьев-вешатель».

В Польше ввели прямое управление из Санкт-Петербурга, польских чиновников обязали общаться на русском языке. Мятежные католические монастыри закрыли, распределив монахов и монахинь по лояльным к Санкт-Петербургу обителям. Бунтовщиков арестовывали сотнями, и высылали в Сибирь, оголтелым смутьянам выносили смертный приговор.

Полякам запретили приобретать земли, перестали брать на госслужбу, в польских школах отменили преподавание польского языка. Слаженные действия Муравьева и Берга привели к тому, что к середине апреля 1864г. восстание в Польше было подавлено.

С 24 июля 1864г. по 5 февраля 1865г. казнили предводителей мятежа: Ромуальда Траугутта, Рафала Краевского, Юзефа Точиского, Яна Езёранского, Александра Вашковского, и Владимира Мищенко.

Европейская пресса пестрила заголовками «Русские варвары утопили Польшу в реках крови». Интересно как на польские события отреагировал великий французский писатель Проспер Мериме. Вот, что 25 июня 1863г. он написал сэру Антонио Дженезио Мария Паницци, директору библиотеки британского музея:

«Все то, что сейчас говорят в британском парламенте в адрес России, могли бы, с полным на то основанием, говорить в Санкт-Петербурге в адрес Британии во время подавления восстания сипаев в Индии. Никто не выразил возмущения, когда капитан Ходжтон собственноручно убил двух сыновей Великого Могола, виновных лишь в том, что их подданные совершили насилие в отношении англичан, теперь же все негодуют, когда русские вешают офицеров, покинувших свои части и перешедших на сторону повстанцев».

Польские политэмигранты нашли прибежище во Франции, Санкт-Петербург дал ясно понять Парижу, что империю не устраивает то, что французы подначивают европейские страны к освобождению Польши от русского гнета. Париж и, правда призывал Лондон и Вену принудить Россию к миру в Польше, но остался не услышанным.

Разорвав союз с Александром II, французский император Наполеон III подтолкнул Россию в объятия Пруссии. Через 7 лет Наполеон сдавшийся в плен пруссакам под Седаном, в полной мере осознал, что в подготовленную для России волчью яму, попала сама Франция.