О детях: не надо обещать деду Морозу

08.01.2018

Обещать Дедушке Морозу хорошее поведение – это испытание на преодоление себя. Для кого-то из детей это легкая задача, для кого-то невыполнимая, для кого-то хитрый обман, для кого-то невинная сделка с совестью. Действительно невинная, потому что вины, умысла в этом нет. Так стоило ли провоцировать? Может есть более полезные испытания?

Когда мои дети забывают (или забываются?), что обещали вести себя хорошо в ожидании новогодних праздников и подарков, я по старой памяти пользуюсь запрещенным приемом и напоминаю о том, что Большой Брат, то есть Дотошный Дед, все видит. Хотя есть внутреннее ощущение, что это неправильно с моей стороны. Тем более, что в какой-то момент я получил мощную прививку от родительских глупостей (казалось бы): я в сознательном возрасте отработал неделю сказочным Дедом на видеозвонке. Наслушался такого, что должен был стать мудрым и понимающим. Но все забыл. И вспомнил только сегодня. Не иначе как на пути к Старому новому Году.

Я работал восемь лет назад в call-центре на Марксистской. Команда Дедов была сборная, причем половина – постоянная. В последний раз были профессиональные массовики-затейники, трое ребят с разных ТВ-каналов (редактор, режиссер и корреспондент), плюс сериальный актер третьего плана, инструктор по вождению и еще кто-то, даже один молодой товарищ с визиткой ИТ-директора. И все неплохо «морозили», кстати. Работали сменами по 3-4 человека, а уж 30/31/1 – круглосуточно и почти все были на местах.

Звонки падали всем по очереди. Помимо собственно «телефона» на компьютере была страница в браузере, где можно было успеть по коду посмотреть из какого региона дет звонок. К некоторым еще и анкета прилагалась (оператор давал такую возможность) – тогда я получал максимум информации: кого поздравляем, как зовут, сколько лет, что получит(!). Вопрос о том, понравился ли подарок, имел магическую силу. Обычно дети больше радуются неожиданным подаркам, пусть даже копеечным мелочам. А то, что они заказывали, прописывали в письме, не возбуждает, не захватывает дух. Ну да, принесли, так и должно было быть. А переспрашивание самим дедом Морозом взбадривало и возвращало чувство радости от подарка. Наверное, дети вспоминали, что они же его очень хотели… не все конечно, но несколько примеров было.

Отлично действовало знание имени учительницы или воспитательницы. В конце же всегда напутствуешь хорошо себя вести или учиться и напоследок прибавляешь: «я потом спрошу у Марьи Иванны» - и у ребенка падает челюсть от удивления – дед-то настоящий, волшебный, все знает. Хотя с этими заявками порой родители сами палились. Например, ты отвечаешь на звонок, радостный ребенок кричит и тут мрачный голос невидимого отца: «Заявка номер две тысячи триста что-то там», - а я и так его номер вижу. А начало разговора с ребенком уже сорвано. Но это мелочи.

По времени – минут 5 в среднем. Это по моим ощущениям, точнее не скажу. Мы не могли вешать трубку. Но частенько вешали родители – еще и комментировали «они, мол, специально тянут время, чтобы денег снять побольше». Хотя мы задавали нашему главному этот вопрос впрямую: тянуть время или нет. Он сказал: нет, это не ради денег. Самый долгий звонок был не у меня. Больше 50 минут. Там был какой-то неплохой общительный парень, который реально показал все свои игрушки и весь дом, пока отец не устал за ним ходить. Короткие звонки обычно были от молодежи или пьяных. Они просто проверяли, а есть ли он – новогодний волшебник. И тут же отрубались. Хотели испытать необычный способ заказать Деда Мороза.

Настоящий поганец лет девяти, которого надо было выпороть, встретился только однажды. Он мне слова не дал сказать, сходу начал орать и орал несколько минут. Я только понял, что квадроцикл, который я ему подарил в прошлом году, ему уже не интересен и он хочет… дальше был длинный список. Маму была жалко – она там рыдала за кадром. Меня тоже после разговора немного трясло. И ведь он же не исправится. А трубку мы по правилам не могли вешать – сколько звонок продолжается столько и общаемся, даже если не видим и не слышим абонента.

Обеспеченность людей по телефону не определишь, но, наверное, звонил наш непонятный средний класс. По возрасту тридцать-сорок лет. Очень часто с двумя детьми, один из которых грудной или годовалый. И тогда самым частым пожеланием было потребовать от ребенка, чтобы он хорошо относился к младшенькому. Чаще всего дети не реагировали на это требование. Реагировали очень спокойно, явно не обрабатывая в сознании, не обещая сознательно, просто переступая через себя. Скорее всего они просто не могли уложить в голове. Да и обещать это деду, который в этом году уже принес подарки (или буквально сейчас принесет), - да пожалуйста. Уверен, что они забывали через минуту. По ощущениям, рыльце в пуху было у одного моего маленького собеседника. Он начал агрессивно защищаться, нападая: «А что он, а что он…» Остальные как будто и не принимали это на свой счет. Не могли же они все быть искусными хитрецами.

Примерно та же ситуация со всеми другими обещаниями, которые мы «брали» согласно пожеланиям в анкетах. Возникало ощущение их ненужности. Когда ты на стороне деда Мороза, это ощущение очень стойкое. Когда я на стороне родителя, мне кажется, что взять обещание – хороший способ закрепления материала. Запряг ребенка как оленя... и счастлив. Парадокс.

Надо пообещать дедушке, что буду писать связно… и короче... или хотя бы постараюсь… Надо как-то вымыть из головы текущие штампы и темы... писать о живой жизни...