Светофор

Иногда люди находят у меня в рассказах похожих на себя персонажей и расстраиваются. Как-то раз один невиданной силы реакционер напал на меня после чтений, узнав себя в «Галактике бестолочей», хотя я его тогда в первый раз видел. Надеюсь, что Веня Финн меня не атакует. Он парень здоровенный, однако знает, что малой кровью драка со мной не обойдётся. Помню, когда мы бились с Демьяном Колдуновым и выкатились из бара на набережную канала Грибоедова, то оба чуть было не погибли под колёсами джипа. Славное было утро. Но вернёмся к Вене Финну.

Финн с приятелями снимал шестикомнатную квартиру в районе метро Площадь Восстания. Квартира царская. Огромные комнаты, высокие потолки, тёплый кафельный пол, три душа, три уборных. Одну из комнат ребята арендовали вскладчину и оборудовали там то, что они называли «чиллаут». Зона отдыха с диванами, креслами, игровыми приставками, полками из скейтбордов, а также светофором, который, возвращаясь из бара одной зимней ночью, они, шутя, сняли со столба. Веня Финн собрал устройство, зажигающее на светофоре разные цвета, когда в динамиках звучат низкие, средние или высокие частоты — получилась светомузыка.

Ближайшие Венины соседи Вик и Жаннет были фрилансерами и часто путешествовали. А ещё любили гостей. И однажды к ним в гости приехала шустрая молодка с юга страны. У неё были очень гладкие, чуть округлые щёки, пирсинг возле уголков губ и в носу, а также подтянутые ляжки, по которым так и хотелось врезать ракеткой для бадминтона. Звали всю эту красоту Полина. И, если уж совсем откровенно, то ни в какие она не в гости приехала, а покорять северную столицу. У Вика с Жаннет Полина остановилась на пару дней, пока не найдёт себе подобающее жильё. И вот она сидит в коротком готичном платьишке на подоконнике кухни, попивает кофеёк да ищет себе апартаменты в Венином планшете. Я тогда только вернулся из Индии и тоже без жилья был, Финн приютил меня на несколько ночей.

В поисках жилья Полина была избирательна.

— Как тебе вот эта, в Озерках? — спрашивал я.
— В Озерках? Что за маньяцкое название. Если бы я была маньяком, я бы подстерегала своих жертв именно в Озерках. Мне бы где-нибудь здесь жить, на Площади Восстания…
— По твоей логике, на Площади Восстания тоже маньяки будут. Только сексуальные.
— Это мне подходит.

Через несколько дней я себе обитель нашёл и съехал. Полину добавил в друзья, но она заявку не приняла.

Через две или три недели приехал наш с Веней одноклассник Игнат. Он теперь в Таганроге большой программист. Женился, стал отцом прекрасной дочери. Собрались у Вени. Коньяк, беседы про жизнь, любовь да нейросети.

— Почему, — говорит Веня, — до сих пор не изобрели такую систему: за тобой летит дрон с камерой, а ты в очках виртуальной реальности видишь себя от третьего лица?
— Да почему ж не изобрели, — говорю, — ты только что изобрёл!
— Да ну их, эти изобретения, — говорит Игнат. — Вот дети — это да! Это великое счастье. Пока не родится у тебя ребёнок, не поймёшь, как это круто. Мы осенью второго ждём! Рекомендую!
— Славно, — говорю, — но отсутствие детей — это тоже великое счастье. Которое, как видно, перестаёшь понимать сразу же, как только у тебя кто-нибудь родится. Да уж, да уж, всё связано самым древним и хитрым узлом… Вчера посмотрел видео с доказательствами того, что наша Вселенная — виртуальная реальность, а Илон Маск…
— О! — вспоминает Игнат. — А я ведь тоже видео привёз! Там фотографии первых двух лет жизни моей дочери под музыку Джеймса Бланта. Хотите, посмотрим?

Мы с Веней переглянулись и сказали:

— Конечно, хотим, старина! 

И вот мы смотрим видео. Оно идёт где-то 45 минут.

— Ну как? — спрашивает Игнат по окончании.
— Ну как, как? — говорю, — Ангел у тебя, а не дитя! Люблю вас очень. Тем паче, что в контексте тотальной взаимозависимости именно существование женатых людей с детьми позволяет нам с Веней быть холостыми и бездетными.

Тут, к моей неожиданности, в чиллаут входит Полина. Чувствует себя, судя по всему, как дома. Дефилирует мимо нас с чемоданом, в шляпе и в чёрном плаще на голое тело, что за роскошь. Распахивает она его, значит, а это, оказывается, никакой не чемодан, а портативный виниловый проигрыватель на батарейках. Полностью завершённая экосистема, в которой электроника, механика и акустика сосуществуют с единственной целью: родить музыку. Часть материи, выхваченная из энтропии и приведённая в порядок, дабы, чудовищно медленно распадаясь, дарить нам божественные звуковые волны. Удивительно. Но ещё больше меня удивляет, что Полина всё ещё здесь. Как ни в чём ни бывало, она ставит пластинку ‘Outcesticide III: The Final Solution’ группы Nirvana. Светофор играет цветами.

— Заводите детей, мужики! — говорит Игнат. — Тогда сами всё поймёте!
— Всему своё время, старина, — отвечает Финн, глядя на Полину. — Поживём пока в счастливом неведении.

Полина взяла с полки-скейтборда бонг, села с нами и стала забивать травку. Финн сказал:

— В нём бы воду поменять.

Полина повернулась к Финну и ответила:

— Так может, пойдём… пойдёшь и поменяешь? А то я не знаю, сколько набирать.

Финн взял бонг и ушёл на кухню.

— Как поиски жилья? — спросил я Полину.
— Не всё сразу, — сказала она. — Тут нужно основательно прикинуть.
— Да ты здесь уже почти месяц прикидываешь.
— Я в курсе. Пока ничего не подвернулось.

Финн принёс бонг. Мы покурили. Игнат вновь стал рассказывать про дочь. Полина заскучала и ушла.

— Веня, — говорю. — Пожалуйста, скажи нам, что ты с ней хотя бы спишь.
— Не думаю, что она заинтересована, — отвечает он.
— А мне кажется, что ещё как заинтересована. Слышал как она сказала «пойдём», а только потом исправилась на «пойдёшь»?
— Вот и мне показалось, — вставил Игнат, — что смотрела она на тебя плотоядно.
— Поэтому, — сказал я, — мы с Игнатом сейчас растворимся, а ты закрой, пожалуйста, этот вопрос, пока, так сказать, момент не почил в бозе.
— Да, — сказал Игнат, — у меня завтра рано утром самолёт. Семья ждёт.

На том мы и разошлись. Знаете, думаю, Финну это было нужно. Он развёлся с супругой больше года назад и с тех пор сторонился женщин. Понять его, конечно, можно, но ведь надо жить.

Прошло два месяца. Финн позвонил и попросил помочь ему с переездом, и прибыл я в апартаменты на Восстания.

— Почему съезжаешь?
— В двух комнатах новые соседи. Полина им не нравится.
— Кто-кто им не нравится?
— Ну, Полина.
— Какая Полина?..
— Ну… Полина!
— Ах, Полина!.. Она что, здесь?
— Сейчас нет, потому что поехала на родину погостить.
— Погостить? Ещё даже не сняв в Питере жильё?
— Всё так.
— То есть, она всё ещё живёт здесь?
— Ага.
— То есть, теперь вы с ней спите?
— Нет, просто она квартиру так и не нашла.
— Ничего не понимаю. Если вы с ней не спите, то почему соседям не нравится Полина, а съезжаешь ты?
— Соседи отказываются скидываться на чиллаут, если она не уедет. В общем, атмосфера уже не та, что раньше.
— А что Вик с Жаннет?
— Уехали в Турцию. И вообще, мне теперь хочется одному пожить.
— Ладно, старик, — говорю. — Давай переезжать. Что надо грузить?

Финн показал на гору собранных коробок:

— Вот это моё.

Финн показал на примерно такую же гору коробок:

— А это Полинино.

Я не сразу нашёл слова.

— Да что за чёрт. Ты же не хочешь сказать, что мы будем перевозить её вещи в твою новую квартиру?
— Но их нельзя здесь оставить. Завтра сюда заедут новые жильцы.
— А почему её вещи вообще у тебя?
— Когда Вик и Жаннет уехали в Турцию, они пересдали свою комнату. Полина теперь у меня живёт.

Я посмотрел на Финна своим фирменным долгим взглядом и сказал:

— И вы всё ещё не трахаетесь?
— Не думаю, что она заинтересована.
— Да что ты заладил! Что если она не съезжает не потому, что не может найти жильё, а потому что запала на тебя?
— Не думаю.
— Но это легко проверить!
— Водитель ждёт, — сказал Финн и стал выносить светофор.

Сами посудите: у Финна сердце доброе, ум чуткий, мускулатура античная, доход постоянный — ну с чего бы девушке вроде Полины его не полюбить? Финна многие любят, потому что он отзывчивый и никогда вам ни в чём не откажет. Вик и Жаннет, например, прежде чем умотать в страну четырёх морей, заняли у Финна крупную сумму денег, после чего перестали выходить на связь и удалили его из друзей. Так сильно они его любят, что, не имея возможности вернуть долг, испытывают столь жуткие муки совести, что просто не могут ни работать, ни есть, ни спать спокойно, пока видят лицо Финна у себя в друзьях. Несознательные люди существуют благодаря сознательным и даже за их счёт. Но сознательные люди не против, потому что знают: всё возвращается. Веня Финн вам отдаст последнюю рубаху, но у него всё равно будут доброе сердце и стабильный доход, никуда они не денутся. Веня Финн даже женится на вас, а потом, когда вы поведёте себя как распоследняя дрянь, уйдёт восвояси, много месяцев гадая, что же ОН сделал не так. Немного грустно будет Вене Финну, но только не из-за жалости к себе, а лишь из-за сочувствия к вам. И зла он на вас держать не станет, а скажет: будьте здоровы, моя рубаха вам даже больше к лицу. У меня не хватает смирения, чтобы описать смирение Вени Финна. Вокруг таких людей всегда толпа эгоистов и, надо полагать, я один из них.

Мы перевезли Венины и Полинины вещи на Техноложку, в хорошую однокомнатную квартиру. 

Вскоре Финн уезжал в отпуск и попросил меня передать ключи от квартиры Полине, ибо та вернётся как раз в его отсутствие. Через несколько дней я работал дома, раздался телефонный звонок, и я услышал голос Полины:

— Я в такси, подъезжаю. Ты не мог бы спуститься? А то я с вещами.
— Не понял, — говорю. — А что случится с твоими вещами, если ты поднимешься? Думаешь, таксист их увезёт? Он что, сумасшедший?
— Никогда не знаешь наверняка.

Я спустился, вышел на Садовую и разглядел неподалёку такси, из которого выходила Полина. Но это была уже не та элегантная вампиресса, что прежде. Теперь она выглядела несколько болезненно. Шею Полины скрывал засмоктанный бинт, из-под которого выглядывали сливовые гематомы.

— Что с тобой? — говорю.
— Не спрашивай, — мне в ответ.

Я отдал ключи и ушёл.

Через две недели Финн вернулся, и мы встретились на фестивале «Мотостолица». Триал-байкеры под восторженные ахи толпы сигают через единственную в России женщину-триал-байкера. Была ли у единственной предшественница, не уточняется. На фоне этого звероподобства девы в кожаных шортиках натирают пеной Харлей. На большой сцене красотка поёт рок-каверы на попсу, на малой — тёртые рокеры хрипят гимны про дым над васильковым полем.

Мы с Финном обнялись, и я тут же спросил:

— Полина съехала?
— Нет, — улыбнулся он.
— А там ещё немного и Прованс!.. — вмешалась певичка.
— Почему?
— Нет подходящих вариантов.
— Но мы не сдаёмся, потому что мы — время!.. — подпели тёртые рокеры.
— И вы с ней всё ещё не спите?
— Ну чувак!
— Па-ра, па-ра-па-па!.. — спела девица.
— То есть, ты наконец попытался?
— Да, попытался.
— Оу-оу-е-ааааа!.. — взвыли рокеры.

Веня Финн рассказал, что на днях они с Полиной были на какой-то вечеринке, где их накормили китайскими таблетками, от которых тактильные ощущения обострились до малинового дзена. Прикасаться к любой поверхности стало великой благодатью. Прикасаться к другому человеку было так приятно, что хотелось смеяться, кричать и плакать от восторга. Одна мысль о сексе влекла за собой такой прилив блаженства, что с этим едва мог сравниться даже сам секс в обычных условиях. Представить, на что был похож секс под этой штукой, было попросту невозможно. Оставалось только попробовать. И когда Финн Полину к этому эксперименту недвусмысленно подвёл, она ему отказала. Что, по-моему, немыслимо. Всё ещё надеюсь, что он пошутил, а я не понял.

Осень пришла рано. Финн стал посещать мотошколу. Пришёл день, и мы в баре «Amor Fati» обмыли его новые права категории А. Мотоцикл — транспорт героев. Баланс, вибрация, скорость и расчёт только на себя.

Синеволосая бармен с изящными надбровными дугами смотрела на нас с неким подозрением, но и сама была подозрительно любезна.

— Что такое? — с деланным беспокойством спросил я. — Вы нас узнали, да?
— Н-нет, — протянула она. — Я подумала, что, возможно, вы тайные клиенты.
— Серьёзно, в бары теперь ходят тайные клиенты?
— Конечно. Они проверяют, правильно ли работают бармены.
— А есть ли кто-то, кто проверяет работу тайных клиентов? — спросил Финн.
— Бывают тайные бармены, — сказала девушка. — Они заранее знают, что придёт тайный клиент, и нарочно делают что-нибудь неправильно, проверяя, заметит он или нет.
— А тайных барменов кто проверяет? — не удержался я.
— Тайные уборщики, — сказал Финн. — Они моют пол под видом обычных уборщиков и тщательно следят, чтобы тайные бармены проверяли тайных клиентов.
— Ладно, — сказала бармен. — Но кто проверяет их?
— Никто, — ответил Финн. — Среди тайных уборщиков левых людей нет. Это призвание.

Мы опрокинули по n-ной рюмке хреновухи, и я спросил Финна:

— Ну как тебе живётся одному?
— Да я один так и не пожил, — ответил он.
— Не хочешь ли ты сказать, что…
— Да.

Я засмеялся, Финн тоже.

— Ушам не верю! — воскликнул я. — И вы с ней всё ещё не трахаетесь?
— Нет!
— И не будете?
— Ни в коем случае, — улыбнулся Финн.
— Она хоть за квартиру платит?
— Она даже не убирается.
— Зачем тебе это? — сказал я. — Я не понимаю.
— Помогать ближнему — в этом весь смысл.
— Помогать в ущерб себе?
— Если можешь себе это позволить, то почему бы нет.
— Даже если ближний садится тебе на шею?
— Не его это вина.
— А чья?
— Да ничья. Надо помогать людям.
— Конечно. Но что же, Полина теперь у тебя до пенсии будет Космос отапливать?
— Ну а что я ей скажу? — пожал плечами Финн.
— Как насчёт «Будь добра съехать до конца недели»?
— Так вот просто?
— Ну да.
— Ты жесток, — сказал Финн.
— Отнюдь, старина. Это ты бываешь жесток к себе. А Полину так разбалуешь ещё больше, и не будет ей покоя в жизни. Добро без меры приносит только вред.
— Тогда где мера? — спросил Финн и через миг сам же ответил. — Ну да, во мне самом.

Неожиданно алкоголь во мне сказал моими устами:

— А ведь с точки зрения Дьявола, Дьяволом является Бог.

Мы с Финном и синекудрой барменом на какое-то время задумались над этими словами. Играла ‘Even Flow’ Pearl Jam. В бар входили красивые люди. Вечер был хорош.

Пришёл день, и Финн попросил Полину съехать. Полина на его слова обиделась, вспылила, тотчас же вылетела из квартиры и провела ту ночь где-то в другом месте. Когда на следующий вечер Финн вернулся с работы, в квартире уже не было вещей Полины. И ещё не было светофора. Финн позвонил Полине и спросил, где светофор. Полина ответила, что забрала его, поскольку давным-давно, ещё в квартире на Восстания ей его пообещала Жаннет.

2017

Сборник Посейдень Сергея Иннера
Создать карусель             Добавьте описание
Создать карусель Добавьте описание