Автобиография Дрогба. Глава 9

27.01.2018

«Долго не менял телефон, чтобы сохранить сообщение от Лэмпарда»

Глава 9. Золотой сезон, 2006-2007

Лето перед стартом нового сезона выдалось странным. В Германии проходил чемпионат мира, куда Кот-д’Ивуар попал впервые в истории. Я не мог дождаться момента, когда приму участие в этом событии, но о нём подробный рассказ пойдёт позже. К сожалению, турнир привнёс более тяжёлый опыт, чем я ожидал, и его итоги выбили меня из колеи. Хотя тогда я, пожалуй, ещё этого в полной мере не сознавал.

В «Челси» я пользовался поддержкой Жозе Моуринью, так что узнавал партнёров всё больше, а они, в свою очередь, знакомились лучше и со мной – как за пределами поля, так и на нём. Благодаря этому я чувствовал себя в коллективе всё более комфортно. В общей сложности я забил 16 голов, из них 12 чемпионате, и стал в команде вторым по результативности после Фрэнка Лэмпарда (20, 16 в лиге). Это здорово, я был рад за Фрэнка, но за себя расстраивался, потому что чувствовал, что выступал ниже своих возможностей. Я такой человек, что внутренне собой постоянно недоволен, и я знал, что мог проявить себя лучше – особенно если бы меня почаще ставили в состав.

СМИ и некоторые из болельщиков «Челси» продолжили относиться ко мне критически, и, если говорить начистоту, я до сих пор чувствовал себя не совсем в своей тарелке. Летом один человек помог избавиться от всех сомнений и навсегда убедил остаться. Да, Жозе Моуринью всегда меня поддерживал, как и остальные партнёры, но тем человеком, который собственноручно убедил меня остаться, был Фрэнк Лэмпард. Я уверен, что он по сей день не понимает, какое влияние оказал на меня тем летом. В один из дней уже после чемпионата мира, пребывая в отпуске с семьёй в Марракеше, получаю от него сообщение. Удивляюсь, так как не припомню, чтобы он хоть раз писал мне в течение целых двух сезонов, что я провёл в «Челси». Я открыл сообщение и его содержание помню даже сегодня: «Привет, DD. Надеюсь, ты остаёшься, потому что мы должны выиграть чемпионат и Лигу чемпионов вместе!» Мой взгляд застыл на телефоне. Фрэнк не из тех, кто много болтает. Он довольно тихий. Он настоящий лидер, но он ведёт за собой посредством забитых голов, за счёт того, что он делает на поле, а не с помощью слов. Вместе с JT они были предводителями команды. И с этими двумя, плюс Петр Чех, у нас особенные отношения. Фрэнк – умный парень, и пусть я никогда не обсуждал сложившуюся ситуацию и не выдавал ему свои мысли, он явно всё понял. Он просто знал. Для меня получение такого сообщения стало определяющим, оно оставило сильное впечатление. Это доказывало, что во мне нуждались. Не то чтобы команда или клуб не показывали этого до тех пор, просто хотелось, чтобы кто-то сказал лично. Сам факт, что он решил со мной связаться лично, значил для меня многое. Настолько, – я никому об этом никогда не рассказывал – что я очень долго не менял телефон, чтобы сохранить это сообщение!

В тот день как нападающий я раскрепостился. В итоге удалось стать лучшим бомбардиром Премьер-лиги и выиграть Золотую бутсу. Я чувствовал, что неудержим. Случившееся в тот день меня раскрепостило, у меня словно выросли крылья, и я смог наконец-то показать, на что способен. Необходимость чувствовать свою важность, чувствовать, как другие любят и ценят меня, всегда была для меня важным мотивационным фактором, и одно-единственное сообщение стало тем самым катализатором, что послужил взлёту моей карьеры в составе «Челси».

Это показывает, насколько важна психология игрока в его успехе или неудаче. Некоторые думают: «Ты должен просто играть, сохранять концентрацию, и неважно, что происходит». Но я отвечаю, что это невозможно, уж для меня так точно. Футбол – это спорт эмоций. Мы не роботы, а человеческие существа. Мы не способны отделять полностью свои чувства и то, что происходит в нашей частной жизни, от того, что делаем на поле. Ну, по крайней мере, я не способен на это. Чтобы играть хорошо, мне нужно подтверждение окружающих, что они хотят меня здесь видеть. Как только я это вижу, становлюсь способным на всё и ради них отдаюсь на всю катушку.

Летнее трансферное окно получилось насыщенным для «Челси». Эрнан Креспо опять ушёл в аренду, а мы взяли Андрея Шевченко из «Милана», Михаэля Баллака из «Баварии», Саломона Калу из «Фейенорда» и Джона Оби Микела из норвежского клуба «Люн». Вдоавбок, Эшли Коул перебрался к нам из «Арсенала», а мой друг Вильям Галлас проследовал в обратном направлении. Хотя Эшли многое дал клубу, потеря Вильяма была чувствительной как для клуба, так и лично для меня, поскольку мы стали очень близкими друзьями.

У Андрея Шевченко был внушительный послужной список: капитан сборной Украины на первом в её истории чемпионате мира, где они достигли четвертьфинала; дважды лучший голеадор Серии А; победитель Лиги чемпионов; и лучший игрок Европы-2004. Перед началом сезона всей командой, включая новичков, проводили встречу с Жозе Моуринью, во время которой он объявил: «Дидье, ты знаешь, что мне нравится играть 4-3-3, но мы начнём с 4-4-2, и вы оба будете играть впереди. Сработает – оставим эту схему. Если нет, я вернусь к модели с одним форвардом». Мне такой расклад подходил. Поэтому с самого старта я делал всё возможно, чтобы убедить всех в жизнеспособности схемы с двумя нападающими. В результате я начал сезон, активно забивая голы, и так же его и закончил.

Буквально сразу же я ощутил, что мои отношения с фанатами пошли на лад. Мой английский – тоже. Теперь я мог на нём шутить, а это важный показатель уровня владения иностранным языком. Можешь шутить – значит, ты владеешь языком хорошо. И в качестве последнего фрагмента психологического пазла, который требовалось сложить, чтобы я больше ни в чём не нуждался: мне дали 11-й номер!

Я многому научился у Шевченко. Он отличный парень, довольно скромный. Было странно играть рядом с ним. Я был таким страстным его поклонником, что, играя в Плэйстейшн с сыном, всегда выбирал Шевченко; а теперь мне довелось играть с ним в одной команде! Признаюсь, мне сильно везло по ходу карьеры. Где бы я ни сталкивался с конкуренцией на позиции центрального нападающего, – начиная с Даниэля Кузена в «Ле-Мане», заканчивая Эрнаном Креспо, Андреем Шевченко и другими в «Челси», – наше соперничество никогда не перерастало в негатив, только положительные отношения. Может, влияла положительная атмосфера в команде, но, как бы то ни было, я был счастлив оттого, что Андрей присоединился к нам.

Досадно, что он был травмирован, когда приехал, потому что он так и не смог выступать на привычном для себя уровне и показывать то, на что, как мы все знали, он был способен. Он забил за нашу команду несколько важных мячей, но не в таком количестве, как мы ожидали. Думаю, болельщикам спустя какое-то время стало сложно его принять. Однако когда мы играли вместе, связка работала хорошо, и мы нашли общий язык на поле и за его пределами.

Я также начал находить своё место в целом в команде. Люди всегда удивлялись, как мы ладили, и я скажу честно, люди есть люди: франкоговорящие футболисты преимущественно держались вместе, как и говорящие на английском и те, кто говорил на португальском. Но в разногласия это не переходило. Вполне естественно, что вы тянетесь к тем, кто разделяет с вами общий язык и общую культуру. Поэтом во время завтрака или обеда команда распределялась на три или четыре стола, и з каждым в общении преобладал определённый язык. Жозе, разумеется, мог говорить со всеми из нас на каждом из этих языков!

Роман Абрамович иногда приходил на наши тренировки или на несколько минут заходил в раздевалку. Он очень застенчивый и неразговорчивый, вёл себя сдержанно, глядел на стороны,  иногда пожимая руки и перебрасываясь с нами парой слов. По его лицу вы могли видеть, что он был доволен состоянием команды и результатами, но он никогда не демонстрировал своё влияние и не вёл себя так, словно ему здесь всё принадлежит – хотя по факту так и было! В последние годы я узнал его получше и провёл с ним какое-то время, но тогда, в начале пребывания в «Челси», у меня было мало возможностей познакомиться и изучить его.

Старт того сезона получился наилучшим в моей карьере: пять голов в первых пяти матчах, шесть голов в первых семи. Сезон в целом складывался неплохо, и вскоре стало ясно, что нашим главным конкурентом будет «Манчестер Юнайтед». Я думаю, нам не хватало жёсткости в концовках, чтобы вырывать победы там, где мы играли не лучшим образом, и это стило нам титула. Мы добились 24 побед, у «Манчестера» было 28, но разницу сделало соотношение ничьих – 11 наших против их 5. Мы потеряли слишком много очков в матчах, где могли побеждать.

В кубковых соревнованиях всё пошло совсем по-другому – может, потому что от нас не требовалось поддерживать график «победа каждую неделю», который требовался для выигрыша Премьер-лиги. Как бы то ни было, наш первый финал состоялся в феврале – Кубок Лиги против «Арсенала». Тот финал был последним, проводившимся на «Миллениуме» в Кардиффе.

Главная интрига перед финалом заключалась в следующем: выпустит ли Арсен Венгер команду, составленную из относительно юных игроков, как он делал в предыдущих стадиях турнира. Он провёл параллель между некоторыми из тех молодых футболистов с большим потенциалом и неизвестными певцами из The X Factor, добившимся больших успехов. И он добавил: «Игра «Челси» строится на опыте и мощи, наша будет опираться на мобильность и движение».

Венгер остался верен своей философии. В тот день средний возраст его команды равнялся 21 году. У них играли самые настоящие дети. Тео Уолкотту тогда было 17, как и Арману Траоре. Абу Диаби было 20, Сеску Фабрегасу – 19. Звёздные и опытные парни вроде Тьерри Анри и Вильяма Галласа в состав не попали. По части опыта они полагались на Коло Туре и Филиппа Сендероса.

По сравнению с ними, мы подошли к игре во всеоружии, в оптимальном составе из опытных, физически крепких игроков. Помню, как за день до игры между собой мы говорили: «Если мы проиграем эту игру, уступим детям…!» Это стало бы сокрушительным ударом по нашей уверенности на той стадии сезона. Поэтому мы решили сделать всё, чтобы не проиграть.

Вначале они смогли нас удивить. По сути, они во всём были лучше. Мы не видели мячи, они создали несколько хороших шансов. Затем, на 12-й минуте, Тео забил послав мяч мимо Петра Чеха. Тот гол стал для него первым за клуб, и фанаты «Арсенала» от счастья сходили с ума. Нас тем временем одолевала неуверенность. В происходившем реально не было ничего хорошего! Я едва коснулся мяча в первые двадцать минут.

Однако вскоре Михаэль Баллак вырезал отличный пас на правый край штрафной площади и,  оторвавшись от защитников, я сравнял счёт. Тот самый случай, когда гол выравнивает баланс сил двух команд и все это знают.

Во втором тайме мы начали их переигрывать, забрали мяч и стали контролировать игру как физически, так и стратегически. Неожиданно в середине тайма Джон Терри получает по лицу ударой ногой от Абу Диаби, который пытался вынести мяч. Сразу было очевидно, что травма серьёзная, поскольку Джон упал на газон и на время отключился. Его быстро уложили на носилки, унесли с поля и прямиком повезли в больницу. Мы не знали, насколько серьёзно его состояние, зато получили дополнительную мотивацию, решив во что бы то ни стало выиграть матч ради нашего каитана.

Время тикало, и наконец-то наши попытки увенчались успехом. На 84-й минуте «Арсенал» потерял мяч, Майкл Эьссен отпасовал налево на Арьена Роббена, а тот прострелил на меня в район вратарской. Я помню, как предугадал, что он собирается сделать, и постарался увернуться от моего опекуна, Сендероса, после чего головой послал мяч в сетку. Фантастический гол, доставивший немало удовольствия. И при этом победный. Я не просто забил оба мяча в матче, который закончился итоговой победой со счётом 2:1; второй из них попал в число моих любимых голов в ворота «Арсенала», и я всегда с радостью его вспоминаю.

Подбегая к партнёрам отпраздновать забитый мяч, я думал только о том, чтобы пальцами изобразить в воздухе цифру «26» – игровой номер нашего капитана. Поразительно, учитывая, насколько ужасным поначалу казалось его повреждение, что он быстро выписался из больницы, сразу же отправился на стадион и успел как раз присоединиться к празднованию. Суровый мужик этот ДжейТи!

Финал Кубка Англии против «Манчестер Юнайтед» – ещё один матч, в котором мы не могли себе позволить даже думать о поражении. Двумя неделями ранее мы отдали им титул чемпионов, сыграв в начале мая вничью против «Арсенала» и оставив их тем самым в семи очках от нас за два тура до конца. Следующий матч мы проводили дома, – как раз против них – но, так как обе команды больше переживали за исход кубкового финала, до которого оставалось несколько дней, на поле вышли только некоторые футболисты основного состава, и игра получилась неброской, не такой, какой можно было ожидать от подобной вывески в нормальных условиях.

То был первый финал Кубка Англии на новом «Уэмбли». В детстве я мечтал сыграть на «Уэмбли», поэтому меня охватило особенное чувство, когда я впервые увидел этот стадион обновлённым и получил возможность на нём сыграть. К тому моменту я уже выиграл с командой несколько трофеев, но ни один из них не был завоёван в этом доме футбола. Честно говоря, мнё всё равно немного жаль, что не удалось сыграть там, когда известные башни-близнецы ещё являлись символом арены.

Прямо перед началом матча, когда все уже вышли на поле, мне вдруг захотелось кое-что сказать партнёрам. То, что их могло удивить. До стартового свистка оставалось несколько секунд.

«Парни», – сказал я, – «Я просто хочу сказать, что нервничаю. Вы, может быть, нет, но я напуган. Не знаю, странное чувство, но я реально боюсь. Однако даю слово: я выложусь на все сто в этой игре. Я отдам себя полностью».

Это было правдой. Ощущениями были иными, когда я играл в первый раз на «Уэмбли», этом огромном 90-тысячном стадионе, чья вместимость почти на 20 тысяч превышала «Миллениум» и название которого известно во всём мире. Однако мне кажется, что я сформулировал то, что чувствовали и все остальные. Я ведь знал своих партнёров, видел, что они вели себя не так, как обычно, даже перед важными матчами. Они не разговаривали, по-другому ходили и держали себя. Поэтому я подумал, что должен что-нибудь сказать.

Впоследствии ДжейТи подтвердил, что сказанное мной и вправду относилось ко всем, а моя речь помогла остальным. Для меня самое удивительное в том маленьком инциденте то, что он показал, насколько комфортно я стал чувствовать себя в «Челси», раз смог признать перед остальными свою уязвимость. Годом раньше о таком нельзя было бы и подумать. Но теперь я наконец-то знал, что партнёры в меня верят, как и я в них.

Как выяснилось, в похожем смятении оказались и игроки «Манчестер Юнайтед». Игра получилась не лучшей, так что, пожалуй, вообще все ощущали некоторую нервозность из-за желания выиграть на «Уэмбли». Плюс впервые за 20 лет в финале встретились чемпион и вторая команда Премьер-лиги. Для обеих команд многое стояло на кону. Наши соперники хотели сделать Дубль, а мы, уже завоевав Кубок Лиги, отчаянно стремились привезти домой второй трофей.

Основное время закончилось нулевой ничьей, ни одна из команд не выглядела лучше, и никто особо не имел возможностей забить. Началось дополнительное, и я стал ощущать судороги. Это плохо. Я подбежал к краю поля и сказал тренеру: «Тебе нужно делать замену, я не могу больше бегать». Он даже не стал меня слушать.

– Нет-нет. Тебе не нужно бегать. Просто стой там. Ты забьёшь. Просто сохраняй концентрацию. Один мяч – и ты забьёшь!

Мои молитвы были услышаны. Да, всё это время в повторял про себя: «Боже, пожалуйста, боже, дай мне один гол, всего лишь один гол!» Снова и снова, умоляя его дать мне одну возможность. Вдруг на 116-й минуте, за четыре минуты до серии пенальти, я получаю мяч от Джона Оби Микела. Пасую Лэмпарду, он возвращает мяч мне, и я пробиваю их вратаря Ван дер Сара. Гол! Конец матча. Мы выигрываем Кубок Англии. Я впервые забил в ворота «Манчестер Юнайтед» спустя три года тщетных попыток, и мой гол стал первым в истории обновлённого «Уэмбли». Это значило для меня очень, очень многое. В той игре было всё, на что я только мог надеяться – ну, за исключением судорог!

То, что произошло в конце игры, во многом символизирует наши отношения с Жозе Моуринью. После финального свистка мы все дружно праздновали успех на поле, ожидая получение кубка. И тут я заметил, что он ушёл с поля. Я побежал по туннелю в поисках Жозе и нашёл его в раздевалке, разговаривающего по телефону с женой. Я сказал, что, если он не выйдет к нам, команда не пойдёт забирать трофей. «Мы все единое целое. Либо ты идёшь туда сам, либо я отнесу тебя!», – говорю ему. У меня не было ни малейших сомнений: он являлся ключевой частью всех успехов «Челси», поэтому должен был быть с нами, когда мы получили трофей, иначе это всё не имело никакого смысла. Да и для меня персонально его присутствие было важно: он был важной частью моей карьеры в «Челси» и моей жизни в целом, поэтому мне хотелось разделить празднование победы с ним, в противном случае осталось бы ощущение внутренней пустоты.

В тех двух финалах – Кубка Англии и Кубка лиги – я стал автором победных голов. Благодаря этому значительно окрепли мои взаимоотношения с клубом и болельщиками. В том году я забил 33 мяча, в два с лишним раза больше, чем в прошлом. Двадцать из них пришлись на чемпионат, за что я был награждён Золотой бутсой, увенчавшей восхитительный сезон. Теперь я был игроком, преданным «Челси» на всю жизнь.