Нравоучительные истории из жизни древних греков. Часть 1. Спартанцы и лаконизмы

25.12.2017

Однажды какие-то клазоменцы (жители города Клазоиены — прим. ред), прибыв в Спарту, совершили наглый поступок — вымазали сажей кресла эфоров, сидя на которых те обычно вершили дела. Узнав об этом, эфоры не показали своего возмущения, а призвали глашатая и велели ему объявить повсюду необычный приказ: «Клазоменцам разрешается вести себя непристойно».

Победив Дария и завоевав персидское царство, Александр исполнился гордыни и, опьяненный неизменно сопутствовавшим ему счастьем, уверовал в свою божественную природу и потребовал, чтобы эллины объявили его богом. Это смешно, ибо чего царь был лишен от роду, он, несмотря на все настояния, не мог получить у людей. Каждый народ по-своему отнесся к приказу царя, а лакедемоняне вынесли постановление: «Если Александру угодно быть богом, пусть будет», — истинно по-лаконски насмеявшись над его безрассудством.

Однажды с Хиоса в Лакедемон прибыл какой-то старик; он вообще был чванлив и стыдился своей старости, а поэтому старался краской скрыть седину. Когда он выступил перед спартанцами, излагая дело, ради которого явился, со своего места поднялся Архидам и сказал: «Что этот человек может сказать путного, когда у него обман не только в сердце, но и на голове?» Царь свел на нет речь хиосца, изобличив его нрав на основании того, что бросалось в глаза.

Рассказывают, что лакедемонянин Лисандр, попав в Ионию, презрел строгие предписания Ликурга и предался роскоши. На это аттическая гетера Ламия сказала: «В Эфесе греческие львы превращаются в лисиц».

Клеомен в свойственной лаконянам манере говорил о Гомере, что он поэт для лакедемонян, так как зовет к оружию, а о Гесиоде, что тот — поэт илотов, так как приглашает обрабатывать землю.