Маятник истории: от экстрактивности к суперэкстрактивности

18.01.2018

  Можно всю историю Российского государства представить, как процесс централизации с последующей децентрализацией в виде маятника, качающегося из одной стороны в другую, никакого срединного пути, только крайности.  

   Централизация и укрепление государственной власти – это всегда позитивный процесс, единое правовое, культурное и экономическое пространство даже в условиях экстрактивных институтов дает экономический рост и повышение благосостояния людей. Но особенность экстрактивных институтов именно в том, что рост всегда нестабилен и упирается в самовластие, в неспособность создавать благотворную обратную связь между экономическими и политическими институтами, делающими созидательное разрушение невозможным.  

   Изжив возможности экономического роста, не имея внутренней интенции к изменениям, наличие большого желания законсервировать своё статус-кво, власть всегда переходит к репрессиям, разрушению государства, вымыванию социальной базы.     Путинский режим не представляет никакого исключения. Придя к власти на либеральной фразеологии, используя ранее проведенные хоть и половинчатые либеральные реформы, давшие толчок экономическому росту пусть и ограниченному, использовав все его возможности, подошел к обычной российской ситуации.    

Что же делать?  

   Можно, конечно было проводить реформы дальше, заниматься либерализацией экономической жизни убирая препятствия на пути экономического роста, занятся созданием инклюзивных политических институтов, но логика любого режима с экстрактивными институтами неумолима, нужно слишком много случайных событий (флуктуаций) для попадания в точку перелома (бифуркации) и выбора более сложной системы общественных отношений.   

  Гораздо проще заменить лакированные туфли на обычный нквдэшный сапог, начинать пинать людей и заставлять их его целовать, разрушать уже существующие, пусть не совершенные экстрактивные институты, толкать страну при помощи насилия в сторону децентрализации и разрушения единого политического и экономического пространства.     

      Так формируется порочный круг экстрактивных институтов. Ставки для нахождения у власти очень высоки, уйдя можно не только потерять реки доходов от контроля над углеводородной рентой, но и саму жизнь. Попытка удержать развитие социальных процессов, закоксовать жизнь мнимой стабильностью, вырывать ростки нового, неизбежно приводит власть к саморазрушению. Начинаются неэффективные управленческие решения.     

 Вместо того чтобы строить мельницы в эпоху перемен узурпатор начинает строить заборы, безумно уничтожая ресурсы государства не для экономического роста, а для призрачного укрепления вертикали. Чем сильнее попытки противостоять вызовом жизни, тем быстрее идет сползание к суперэкстрактивным институтам, насилию властей над гражданами, закручивание гаек, ликвидация политических и гражданских свобод, убийства оппозиционных политиков.    

 Кто хочет жить с такой властью? Никто! Начинаются центробежные явления, народ начинает поддерживать региональные элиты в борьбе против центральной власти, местные кущевки начинают активно пользоваться данной поддержкой, требуя для себя дополнительной власти и привилегий. Тем самым расшатывая единое экономическое и политическое пространство. Страна впадает в порочный круг нестабильности и недоверия, продуцируя еще большее неравенство между людьми.  

   Как только свита короля видит, что он под натиском обстоятельств, начинает идти на уступки, так сразу же она начинает разыгрывать свою карту, требуя уже себе привилегий и особых полномочий. Образуется два жернова, один из регионов начинает перемалывать центральную власть принимая различные решения по её ослаблению или не делая вообще ничего, тем самым доводя экономическую ситуацию до полного развала, другой – это свита царя, напирающая сверху совершенно разрушительным образом.   

  Так самовластие узурпировав все властные полномочия подходит к точке перелома, когда она не может с ними справиться, деградирует и саморазрушается.     

 Самое главное – использовать точку перелома для вкрапления инклюзивности, народ должен требовать своего реального участия во власти через различные формы представительства, шаг за шагом, по одной крошке выгрызать полномочия для принятия управленческих решений и по расходованию бюджетных средств.    

 Для этого необходимы различные формы политических сообществ, объединение оппозиции в виде широкой коалиции в точке перелома, когда идет выбор между усложнением социальных отношений и их деградации.   

  Именно поэтому я выступаю за создание распределенной политической сети для формирования широкой коалиции людей с различными взглядами, интересами и идеями, задачей которой являются структурные реформы политической и экономической жизни России в сторону большей инклюзивности.       

Фото с гугла, первоисточник здесь: https://golos.io/psk/@varja/mayatnik-istorii-ot-ekstraktivnosti-k-superekstraktivnosti