О том, как корпорация Intel инвестировала в своё будущее

08.01.2018

Если вы посмотрите в свою записную/телефонную книжку, то обнаружите там номера телефонов и имена тех людей, которым вы, быть может, ни разу не звонили и не позвоните. Но их контакты у вас есть. На всякий случай. Могут пригодиться. Допустим, вы живёте в городской квартире и вам нафиг не нужен печник. Но мало ли, приобретёте дачку, захотите сложить русскую печку – тут-то и пригодится номерок. А может, и не приобретете дачку. Но номерок, если что, имеется.

Для начала позволим себе напомнить читателям давно вышедший из внимания СМИ факт: продажи как готовых компьютеров, так и процессоров уже не растут столь впечатляющими темпами, как это было на заре 2000-х. Прямо сказать, они просто падают год за годом. Причин тому можно назвать три:

1) Рост быстродействия процессоров от поколения к поколению не настолько впечатляет, чтобы побудить потребителя мчаться в магазин в припрыжку за новым.

2) Насыщенность рынка; в 2000-м компьютер был определённо редкостью, в 2017-м эта бесовская машина повсюду.

3) Вытеснение сегмента десктопов («башен») и ноутбуков смартфонами и планщетами. Ни в смартфонах, ни в планшетах продукция Intel фактически не представлена, то есть в этом гигантском рынке у корпорации не только нет мало-мальски достойных упоминания позиций, но и перспектив. Как так вышло, что Чипзилла проспала рынок, остаётся на совести манагеров Intel.

Можно добавить и цену продукции. Фанаты компании истово радуются её доходам, не понимая, что эти доходы – из их кармана. То, что процессоры Intel переоценены, вряд ли станет для кого-то откровением. Особенно с учётом «воробьиного скока» в росте производительности.

Перспектив у традиционного рынка сбыта продукции для Intel нет. Покупка десктопов в настоящее время удел тех, кому нужна машины для тяжёлых задач вроде рендеринга видеоконтента, или игр. Да и то во втором случае потребитель склонен выкладывать деньги за новую видеокарту, а не за процессор.

Конечно, определённые попытки подстегнуть продажи манагеры Intel предпринимали и раньше, в частности, навязывая производителям материнских плат и компьютеров свою волю в части дизайна и функционала, взамен предлагая приятные скидки, бонусы, откаты и т.д. В свою очередь, продукция конкурента намеренно подвергалась ограничениям функциональности, в частности это касается ноутбуков на базе AMD, где и частоты процессоров занижены производителями ноутбуков, и оперативная память сделана одноканальной вопреки поддержке двухканальной.

Кроме того, Intel старательно приучала потребителей к тому, что новый процессор означает и новую материнскую плату. Что выгодно и самому интелу, и производителям материнских плат. Рука руку моет.

Палочкой-выручалочкой для Intel является корпоративный сегмент, однако и там скорость обновления парка машин не устраивает гиганта, к тому же корпоративные ноутбуку массово оказываются на eBay вместо того, чтобы оказываться на свалке. Другой источник дохода – облачные сервисы, датацентры. Однако именно сегмент потребительской электроники приносит корпорации свыше половины прибыли.

Наконец, излюбленная манагерами всей планеты оптимизация, выражающаяся, как известно всякому простому смертному, в массовых увольнениях. Интел увольняет народ десятками тысяч и закрывает фабрики. Нет спроса.

Вывод очевиден: при отсутствии возможности роста рынка нужно эту возможность создать, кровь из носу. И тут вдруг как будто совершенно случайно выясняется, что практически все процессоры, а с ними – и компьютеры, уязвимы, причём это не зависит от операционной системы и используемого программного обеспечения. Больше того, эта уязвимость, что называется, «пошла в массы», и теперь вопрос времени, когда её начнут использовать на широкую ногу.

Теоретически речь идёт о том, что вне зависимости от программного обеспечения, установленного пользователем, злоумышленник имеет возможность получить любую информацию, проходящую через процессор. Включая пароли, логины, номера кредитных карт и секретную переписку. Источником заражения, опять же теоретически, является весь Интернет.

Уязвимы все процессоры, выпущенные в 21-м веке.

По странному совпадению, в той или иной степени проблема затрагивает и все смартфоны (где рынок также стагнирует, а дизайнеры мечутся между стеклянной, пластиковой и люменевой задней крышкой).

И вот теперь – самое сладкое.

В перспективе предстоит глобальная замена компьютерного парка. Разумеется, в интересах пользователей. Разумеется, добровольно. Разумеется, со скидкой за лояльность. Разумеется, корпорация сожалеет.

А это новые рабочие места в США и в Азии, новые налоги, к тому же заменять-то придётся не только процессоры, а вообще всё, что есть в компьютерах – сколько владельцев компаний поднимают в этот момент бокалы Дом Периньон, трудно представить.

Как нетрудно догадаться, история с уязвимостями Meltdown и Spectre всплыла не на пустом месте и вовсе не случайно, но поражает то, насколько предусмотрительны были отцы корпорации в 90-х, сделав заготовочку на всякий пожарный. Нельзя утверждать, что целью закладки являлось именно повышение продаж в трудную для отдела маркетинга годину. Версия о руке спецслужб США более правдоподобна – для них подобная уязвимость в 99% процессоров нескончаемый праздник.

Однако искусство управленческого решения заключается в том, что оно позволяет получать выгодные результаты сразу с нескольких направлений, а секрет управленческого мастерства заключается в том, что в запасе всегда есть козыри, которые можно вытащить из рукава в нужный момент. Даже если делать это будут совсем другие люди.

Meltdown – ровно одна строка в потёртой записной книжке управленца.

Что характерно, некто Кржанич (не последний человек в Intel) удачно слил свои акции по высокой цене за месяц до Meltdown-скандала, выгадав пару десятков миллионов долларов до того, как акции Intel потеряли свыше 10%. Разумеется, чистое совпадение.