Judicaël Perroy, интервью

31.03.2018

Французский гитарист Judicaël Perroy (b. 1973), интервью опубликовано 19.03.2018, ссылку на оригинал смотрите в конце этой статьи.

Сын музыканта-любителя, Perroy поступил в возрасте семи лет в Paris Academy of Music, обучаясь игре на гитаре самостоятельно. В возрасте десяти лет он поступил в National School Academy of Aulnay-sous-Bois, где привлёк внимание нескольких выдающихся преподавателей французской гитары. Заняв второе место в International Competition of the Ile-de-France в 1988 году, он закончил с отличием академию и продолжил обучаться частным способом. Получив высшие награды на различных конкурсах, Perroy победил также на конкурсе Guitar Foundation of America (GFA) в 1997 году, в результате чего получил тур по многочисленным городам Северной Америки, а также должность в Stetson University в центральной Флориде.

Во Франции Perroy преподавал как для детей, так и для взрослых в нескольких консерваториях, причём некоторые из его учеников победили на престижных конкурсах. Такими победителями конкурса GFA стали Thomas Viloteau (2006), Gabriel Bianco (2008), Florian Larousse (2009), Thibaut Garcia (2015), и Xavier Jara (2016).

Как менялось преподавание гитары, в рамках вашего собственного опыта?

Мой отец, Thomas, начал учиться классической гитаре самостоятельно, после того как услышал выступление John Williams в Париже. Он не знал, с чего начать, потому что был охранником и не происходил из семьи, где слушали классическую музыку. Он начал играть на гитаре с поп-песен.

И когда я начал учиться, в начале 1980-х, было много учителей классической гитары, которые сами не были классическими гитаристами, а играли на электрогитарах на местных танцах. И только теперь кругом полно хороших исполнителей, моей эпохи, которые преподают в консерваториях и частных студиях.

Как вам удалось найти себе хороших учителей?

Мой отец решил, что мне нужен учитель, который мог бы помочь мне больше, чем преподаватель консерватории, которого я имел, и именно поэтому он решил пойти на концерт Roberto Aussel. Roberto услышал меня, а позже, со своей бывшей женой, Delia Estrada, давал мне ряд уроков в течение трёх лет. Я родом из очень бедной семьи, поэтому он давал мне уроки бесплатно.

Они оба они были из Аргентины, это отражалось на преподавании?

В то время Aussel только начинал играть Piazzolla на гитаре, и я думаю, он записал это в 1983 или 1984 годах, тогда я и смог послушать музыку такого рода. В Париже было много аргентинцев, которые покинули свою страну по политическим мотивам, поэтому у меня было много возможностей. Тогда у меня был и третий учитель, Raymond Gratien, и я бы сказал, что он был моим основным учителем.

Вы хотели расширить свой классический репертуар?

Примерно с 14 лет я полюбил классическую музыку — не только на гитаре, но и на фортепиано. Из пианистов я предпочитал Sviatoslav Richter, Maurizio Pollini и Alfred Brendel.

Richter был, наверное, таким же энтузиастом, как и вы.

Хотелось бы иметь один процент его энтузиазма! У меня много его музыки, как на жёстком диске, так и в сердце ("on my hard disc or my heart disc").

Вы с самого начала хотели стать профессиональным музыкантом?

Я не думал, что буду давать концерты. Мне очень хотелось стать журналистом или социологом. Я занимался математикой и экономикой, и в течение двух лет, в возрасте с 17 по 19 лет, я полностью прекратил играть на гитаре. Затем я начал заново и выиграл конкурс. Что касается конкурса GFA, если бы они не предложили мне стипендию, я бы и не поехал. Французы остаются во Франции, их обычно трудно найти за границей. Я понятия не имел, что это был важный конкурс, но я сделал это, и всё сложилось хорошо.

Что вы думаете о конкурсах сейчас, когда вы сами являетесь судьёй?

Я скажу что-то очень претенциозное: я предпочитаю быть судьёй.

Потому что вы считаете, что ваш взгляд на гитару важен?

О да! Гитара, как классический инструмент, очень хрупка, потому что её образ тесно связан с поп-музыкой. Поэтому главная идея, которую я хочу продвигать, будучи судьёй — это то, что люди должны играть музыку, которая действительно является частью классического музыкального мира, а не какие-то слабые адаптации... которые не слишком годятся для джазового и классического исполнителя.

Вы предпочитаете более старый или новый музыкальный материал?

Мне нравится их сочетание, с пьесами, которые не переигрываются как современные. Долгое время репертуар гитары был очень ограниченным, но сейчас он существенно расширился. Для меня очень важно на конкурсе слышать личность исполнителя, в его или её выборе программы.

Есть ли во Франции особый подход к классической педагогике и, в частности, к гитаре?

Огромная особенность в том, что в каждом городе во Франции есть консерватория, где дети могут учиться бесплатно или за символическую плату. В Париже есть 18 консерваторий, в каждом районе, в каждой из которых есть два или три гитарных педагога. Конечно, за это нужно платить налоги.

Ваше правительство поддерживает музыкальное образование.

У нашей системы есть очень хорошие аспекты, но есть и не очень. Во Франции мы все начинаем с классики, и нет проблем с деньгами, если вы хотите, чтобы ваш ребёнок имел какое-то музыкальное образование. В США многие дети занимаются гитарой или рок-группой, а затем, когда им исполняется 17 или 18 лет, они решают изучать классику. Плохо, конечно, что люди во Франции сильно привыкли к тому, что их полностью опекает государство.

Как это происходит для исполнителей и педагогов во Франции?

Я играю в десять раз больше в Соединенных Штатах, потому что у вас есть все эти гитарные общества. Во Франции, если вы не знамениты, у вас не так много мест для выступлений, потому что никто их не организует, все ждут поддержки со стороны государства. Но гитарная сцена не является мейнстримом для того, чтобы иметь широкую поддержку со стороны правительства.

Что вам больше всего нравится в обучении?

Личные взаимоотношения, как с более старшими учениками, так и с детьми.

Я бы задумался, как преодолеть финансовые проблемы, будучи студентом.

Для музыкантов это всё рискованно. Многие американские студенты должны работать в кафе или где-то ещё, чтобы зарабатывать на жизнь. Во Франции они все могут заниматься преподаванием. Одна из вещей, которые заставили меня принять решение о Сан-Франциско — это очень дорогой город — было ощущение, что Консерватория Сан-Франциско действительно помогает студентам.

Как вы помогаете им лично?

Я стараюсь помочь им найти то, что они хотят сделать, а не показать, что хороший способ стать успешным музыкантом — выиграть первый приз.

Возможности для классических гитаристов сейчас лучше или хуже?

Лучше. Но людей стало больше.

Больше конкуренции?

Да.

В каких отношениях лучше?

Есть больше концертов, больше мест, где мы можем играть, новые "рынки" в таких местах, как Китай, которые были изначально полностью закрыты.

Какие у вас были ученики в первом семестре в Консерватории Сан-Франциско? Чем отличается там гитарный департамент?

В США обычно 15 или 20 студентов, а здесь их 34. И мои 14 учеников довольно интернациональны! Факультет больше, чем большинство в США, и все мы очень разные. Среди преподавателей есть David Tanenbaum, который играет традиционный репертуар, но очень связан и с современной музыкой, есть Richard Savino, который играет старинную музыку. Также на факультете Lawrence Ferrara и Marc Teicholz, которого я знаю уже 20 лет.

Как вы думаете, почему Консерватория Сан-Франциско пригласила вас на работу? Имело ли это какое-либо отношение к победам ваших учеников на конкурсах?

Меня многие приглашали из-за этого. Но, как я уже говорил, я надеюсь, что моя работа ценна, потому что я хорошо работал и с теми, кто не выигрывает конкурсы, интересуется камерной музыкой, обучением или чем-то еще. И некоторые из них действительно так же хороши, как и победители конкурсов.

Вы играли на исторических гитарах из коллекции Harris в Консерватории Сан-Франциско?

Они потрясающи! Всегда интересно попробовать инструмент, для которого была написана музыка. Большинство людей не играют Бетховена на пианофорте, но всегда интересно узнать, как это звучало.

Какие у вас собственные инструменты, на которых вы играете?

Я купил гитару Greg Smallman 17 лет назад, и мне она нравится в основном из-за сустейна, хотя звук хуже, чем люди привыкли слышать от традиционной гитары в испанском стиле. Год назад я купил гитару Ignacio Fleta 1978 года, там всё наоборот. Она легче, нужно больше усилий от правой руки, но в результате вы можете сделать больше со звуком, вибрато.

Гитара, как искусство, развивается в 21 веке?

В современной музыке, конечно. Из-за того, что такие гитаристы, как David Tanenbaum, здесь работают с современными композиторами, гитаре можно придавать то же самое значение, как и другим инструментам. Что касается прошлого — Мауро Джулиани никогда не будет Бетховеном.

По материалам статьи Judicaël Perroy on Teaching and his Own Guitar Education