Блог Чайки | Предложение

18.01.2018

Если бы мне сказали, еще хотя бы месяц назад, что я буду заниматься тем, чем решил заняться – я бы просто рассмеялся.

Теперь же я стоял возле своего автомобиля, держа в руках папку с документами и размышлял, как бы все это закончить и поехать со спокойной душой домой. Конечно, это громко сказано про документы, так как весь их состав ограничивался прайсами продукции, несколькими пустыми договорами и парой тройкой красивых листочков с картинками. Совсем забыл про маршрутный лист и жуткое изобретение (по-моему, Кока-Кольщиков) – карту клиента.

Тут же на улице, возле стены здания стояли припаркованные автомобили других сотрудников компании. Точнее – торговых представителей. Традиционно, никто из них не спешил в офис: заявки все отправлены, осталось только сдать отчет, и потому, можно было просто поболтать, покурить, в конце концов, после еще одного рабочего дня. Зачем сидеть в душном помещении, когда можно по возмущаться, посмеяться, поделиться впечатлениями и, конечно же, поиздеваться над своими коллегами (не зло, а по доброте душевной) на свежем воздухе. Сарказм и самоирония вообще были приняты в этой компании, насколько я успел разобрать. Хотя мне это было уже не важно, так как решение я принял твердо и бесповоротно, от чего мне стало легко и просто. И как раз появился Евгений, мой супервайзер (для меня в то время значение этого слова было не совсем понятно и уж совсем не было понятно, что именно делает этот человек). Я подошел и начал простой разговор, который, как мне тогда казалось, решил бы все мои проблемы разом.

- Женя, я хочу поговорить.

Окруженный остальными торговыми, Евгений повернулся, как всегда, радостно улыбаясь. А улыбался он именно всегда. Мне казалось, даже ночью, когда он спал, его губы все равно были растянуты в улыбке. И даже бреккеты его ни сколько не смущали. Никогда. Чего нельзя сказать об остальных.

- Да. Ну, пошли в офис, там и поговорим. И без тени сомнения Евгений двинулся за людьми, которые потянулись к входу в здание.

- Погоди, в этом нет необходимости. Давай поговорим здесь.

Вскинув руку, мой супевайзер посмотрел на часы, и, не переставая улыбаться, сказал: давай здесь, погода хорошая, до планерки еще есть 15 минут. Что случилось?

- Жень, я ухожу. Эти мои три слова, казалось, вообще пролетели мимо него. Он как улыбался, так и продолжал улыбаться, радостно глядя прямо мне в глаза.

- Я решил, это работа не для меня. Совсем не для меня. Я ошибся – сказал я приготовленные фразы, протягивая ему папку с документами, готовый тут же сесть в машину и выдохнув поехать домой.

- Ага! Ну, понятно. Уважаю твое решение, а главное что сказал о нем. Правильно сделал. Напишешь заявление в офисе, пошли.

В моей голове мысли улеглись, я успокоился и стал снова счастливым. Почти, так как Евгений, все так же продолжая улыбаться, шагая к двери, радостным тоном сообщил:Только завтра. Сегодня уже вечер, заявление все равно директор подпишет завтра. Так чего его писать сегодня. Завтра и напишешь. И протянул мне назад мою папку.

- За ночь же ничего не случиться, правильно? Все улыбался он. Пошли на планерку. И потом по домам. Устали все, нужно отдыхать.

И правда, подумал я, что может произойти за ночь? Ничего! Как здорово, что все это закончилось!

Планерка пролетела незаметно. Я ехал в своей машине домой, думая о том, как меня вообще угораздило прийти в эту компанию, и почему я решил, что торговый представитель, это та профессия, которая принесет мне славу и деньги? За те неполных ТРИ дня (ага, именно столько я и проработал), кроме негативных эмоций и физических страданий, мне ничего не запомнилось. Ребята, да вы смеетесь что ли? Я – торговый представитель! Это страшный сон просто. Совершенно нет у меня таких личностных качеств, которые для этого нужны. Да и желания нет, как оказалось. Теперь нет. Так я ехал, рассуждал, и мне становилось все легче и легче. Стоял июльский вечер. Теплый и на редкость сухой. Нет, все же как хорошо жить на свете, продолжал я мысленно, вышагивая в своих новых туфлях по неровностям асфальта, уже после того как поставил машину в гараж. Да, у меня был гараж. Представляете?! Капитальный, со светом. Но больше всего я радовался гаражу вовсе не из-за того что в нем есть электричество, а потому, что не нужно было ставить машину на стоянку и тратить деньги.

И веселые и радостные мысли не покидали меня весь оставшийся вечер, и даже снились мне ночью, так как утром я проснулся в приподнятом настроении и поехал писать заявление.

В офисе торговых компаний по утрам суета: кто-то распечатывает прайсы или дебеторку (странное слово, которое я расшифрую позже), кто-то складывает «документы» в папку, пьют кофе, курят возле входа, бегают туда и сюда. Словом – ждут утреннюю планерку, что бы сразу после нее опять отправиться пить кофе и курить, только уже в полях, в известных всем кафешках и просто забегаловках, так любимых торговыми представителями всех мастей. А иначе как? Иначе никак. Это начало дня и всякий опытный торговый знает, что с утра нужно поступать именно так. Наш офис, как и торговые представители, мало чем отличался. И вот в этой кутерьме, я примостился за общий стол. Торговые у нас сидели за общим столом, точнее, за двумя полукруглыми столами, составленными вместе. У каждой команды – свой общий стол. И свой супервайзер. И свой мерчендайзер (еще одно слово, которое похоже на супервайзера, но только своим звучанием).

Сижу, пишу заявление. Мол, прошу уволить меня, по-собственному, число, подпись… Начинается планерка. Замечаю, что мне так хорошо, что я улыбаюсь, уже как Евгений и меня ничуть не страшит начавшийся день: для меня все позади. Я счастлив и даже как то снисходительно и с сожалением смотрю на тех, кто через несколько минут рванет «в поля»…планерка закончилась, подхожу к Жене.

- Вот держи. Протягиваю заявление. Стоим, улыбаясь друг другу. Я от того что ухожу, Женя, от того, что он так всегда.

- А, хорошо. Молодец. Я сейчас ребят в «поля» отпущу, и мы с тобой все сделаем. Хочешь – кофе попей, а хочешь, посиди просто. Я быстро. И исчезает в маленьком коридорчике. Офис начинает пустеть, торговые разъехались, остаются только те, кто сидят тут безвылазно и обеспечивают работу остальных. Кроме оптовички (так запросто звали Оксану, которая продавала товар оптом, чем отравляла жизнь торговым представителям). Я никогда не был в офисе после планерки. Непривычно. Сижу, цежу кофе, смотрю в окно. Возвращается Евгений. Мой лист в руках.

- Слушай, а что если я сегодня поеду с тобой? Заявление ты написал, я подписал его. Обходной лист не нужен. Можешь в любой момент уйти и все. Просто поехали сегодня вместе. Целый день. Сделаешь мне одолжение, да и все равно работать на маршруте нужно. Я бы и без тебя поехал, а в компании то веселей, верно?

И улыбается своими бреккетами. Ну как тут отказать? И поехали мы вместе. Точнее сначала раздельно. На пятачке, возле супермаркета (ужа на районе), пересел Евгений в мою машину, оставив свою на парковке.

- Куда поедем?

Это он мне? Я то вроде никуда уже и не собираюсь.

- Не знаю, магазинов мало, с которыми работаем, всего 10.

- Тогда давай в те, с которыми не работаем. Посмотрим что там у них и как. У тебя прайсы есть, договора, презентор (это такие красивые цветные листы формата А4 с изображением продукта, которым торгуешь)?

- Есть, говорю.

- Ну, тогда давай, в первый попавшийся. И улыбается опять, излучая счастье.

Первый попавшийся оказался магазин на улице Сафонова. Бывший гастроном. Таким он собственно и остался. Как то совсем не коснулась его рыночная экономика. За исключением того, конечно, что на полках пестрели красивые товары, да в холодильниках лежали колбасы и сыры во всем своем многообразии. Магазинчик категории «В», так сказать. Весь товар за прилавками-витринами, которые традиционно стоят возле стен. Пара отделов (две кассы, на разный вид продуктов). Стены выкрашены зеленой краской, на потолке люминесцентные лампы и вентиляторы, такие огромные, как пропеллеры у самолетов. Ну что еще сказать: гастроном.

Заходим, впереди Женя, с сияющей улыбкой, позади я, с папкой под мышкой, сразу похожий на торгового представителя в своих новых брюках, рубашке, галстуке и туфлях. У меня было все новое. Я только купил. Ну не носил до этого, что делать...

- Здравствуйте красавицы!

Это Евгений гастрономным продавщицам, широко улыбаясь, зычным голосом.

- Кто тут у вас главный?

Весь гастроном сначала притих, и даже мухи перестали летать. Хорошо хоть покупателей не было.

- А нет у нас главного!

Подала голос продавец из бакалейного отдела.

- Как так нет, не бывает так!

Радостно сообщает ей Евгений и придвигается ближе к бакалее. Вовсе не потому, что ему там, что-то понравилось. Просто отдел как раз наш. Для нашего продукта. А продавали мы сок «Моя Семья». Слышали о таком? Ну, кто же не слышал, правильно!

- Есть же у вас товаровед, например?

- Есть конечно. Заведующая.

- А как зовут, если не секрет?

- Валентина Ивановна зовут.

- Вот нам Валентина Ивановна то и нужна, заявляет Евгений, и улыбается.

- Так она в подсобке, свет чинит. Сломалось что-то. А вообще вы бы к ней не ходили, пошлет она вас. Не в духе сегодня.

- Где подсобка? Женя уже лезет за прилавок к двери в подсобное помещение, подавая мне тайные знаки рукой: мол, давай за мной, все в порядке.

Заходим за зеленую обшарпанную дверь и попадаем в длинный темный (точнее совершенно без искусственного света) коридор. Вы были, когда нибудь в подсобках бывших советских гастрономов? Нет? Кино смотрели «Место встречи изменить нельзя», самую последнюю серию? Вот, ничего не изменилось. Все так и есть во всех бывших гастрономах. Как в той серии. И мы крадемся по темному коридору, который где-то вдали освещается через открытую дверь дневным светом. И я жду, что сейчас Владимир Семенович крикнет: «А теперь горбатый! Я сказал горбатый!». И зачем мы сюда пошли только?

Шаря рукой по стене и делая маленькие шаги, что бы не споткнуться, продвигаемся вперед. И откуда-то справа впереди, до нас доносятся два голоса. Один мужской, второй женский. Женя поворачивается ко мне и зачем-то спрашивает:

- У тебя фонарика нет?

Добро так и наверняка улыбается в темноте. Ну откуда у меня фонарик?! Приближаемся к свету, который маячит то ярче, то почти исчезает. У них фонарик есть, это факт.

Подходим: справа открытая дверь и за ней маленькая комнатка, видимо электрощитовая. И в этой комнатке, ожесточенно о чем то спорят мужчина лет 50 и женщина, чуть помоложе, Валентина Ивановна, судя по всему. И особенно по тому, какие она слова говорила дяденьке, который, скорее всего электрик. И вот представьте, раздается Женин жизнерадостный вопрос:

- Валентина Ивановна?

Нисколько не смущаясь, как будто так происходит всегда в темных коридорах, Валентина Ивановна чуть оборачивается, и светя нам поочередно в глаза фонариком (а он у нее в руках был), изрекает хорошо поставленным хозяйским голосом:

- Я то Валентина Ивановна, а вы кто такие и чего надо?

Мне ничего не надо, думаю я, щурясь от света, в своих новых туфлях и галстуке, который научился завязывать три дня назад.

- Хочу сделать вам предложение! Это Евгений, как всегда, улыбаясь и отбрасывая затейливые зайчики в темноту коридора от бреккетов.

- Какое еще предложение? Удивляется Валентина Ивановна. И даже фонарик у нее стал выскальзывать из рук.

- Руки и сердца! Чуть мягче говорит Евгений, одновременно отбирая фонарик у слегка опешившей заведующей и передавая его мне.

- Именно это я и хотел бы обсудить с вами в кабинете, а ребята пока починят свет. Думаю, они справятся без нас.

Берет, значит, Валентину Ивановну под руку и, продолжая улыбаться, двигается с ней по темному коридору в сторону открытой где-то вдали двери. Дяденька электрик облегченно вздыхает и просит меня посветить, куда ему нужно. Бурча, что-то под нос про женщин, и про Валентину Ивановну в частности, копошит в электрощите. Я понимаю только, что скоро будет свет и продолжаю водить лучом фонарика по проводам, предохранителям и автоматам, держа под мышкой папку с «документами».

Починили. Коридор из полностью темного превратился в полутемный зеленый. На потолке моргала люминесцентная лампа, издавая характерный звук. Я двинулся в сторону открытой двери, откуда доносились голоса. Туда, где Евгений объяснял суть своего предложения. Что всем сердцем он будет болеть за товарные остатки и продажи сока в магазине и именно это и означает, что он его предлагает Валентине Ивановне. И что сердце его подсказывает, что острая нехватка этого продукта как то пагубно сказывается на всех продажах в целом и даже как-то влияет на поток покупателей и средний чек. А руку, точнее руки, предлагает он свои для того, что бы лично наводить порядок на полках, носить товар со склада и конечно же записывать заявки на сок «Моя Семья».

Мне осталось только вытащить два бланка договора и накорябать в карточке клиента адрес магазина вместе с заявкой, что бы потом позвонить в офис и продиктовать это Саше (это наша офис-менеджер и именно она бьет заявки).

И так целый день. Нет не то что бы мы все по коридорам да с фонариками, раздавая руки и сердца. Целый день невероятных приключений, по мотивам которых можно написать отдельно целую книгу. Мы перевоплощались в каждой торговой точке. И неизменно Евгений улыбался, и неизменно мы подписывали договоры и заполняли карту клиента, беря первую заявку.

Вечером, как обычно, возле стены здания стояли припаркованные автомобили других сотрудников компании. Точнее – торговых представителей. Традиционно, никто из них не спешил в офис: заявки все отправлены, осталось только сдать отчет, и потому, можно было просто поболтать, покурить, в конце концов, после еще одного рабочего дня. Зачем сидеть в душном помещении, когда можно по возмущаться, посмеяться, поделиться впечатлениями и, конечно же, поиздеваться над своими коллегами (не зло, а по доброте душевной) на свежем воздухе. Сарказм и самоирония вообще были приняты в этой компании, насколько я успел разобрать. И это было очень здорово, так как решение, которое я принял, было твердым и бесповоротным, от чего мне стало легко и просто. Я остался.

Я понял, что по другому не смогу.

Уже никогда.