Метафизика повседневности

07.01.2018

Интервью подготовлено Romashka и Alex Mart специально для проекта 30 Day Photo. Опубликовано в июне 2012 года на страницах проекта 30 Day Photo. Материал публикуется с согласия авторов. Без дополнений и сокращений.

Его работы поражают точностью и лёгкостью, а его взгляд на окружающий мир не оставляет места для бытовых и культурных стереотипов. Увидеть наш мир глазами очень яркого и оригинального фотографа Дмитрия Музалёва - это ни с чем не сравнимое удовольствие.

Mstr Ch
Mstr Ch

Дмитрий, как Вы думаете, когда термин «метафизическая фотография» попадёт в Википедию, как отдельная статья?

Насколько я знаю, он туда уже попадал. Правда, я за перипетиями не следил и не знаю, что там дальше происходило. Я просто не интересовался этим вопросом. Я помню, что где-то видел ссылку на это, и там ещё такое рубилово было на этот счёт, как обычно бывает в Википедии.

Сейчас идут достаточно бурные обсуждения о поджанрах метафизической фотографии, что туда входит, а что нет. Как Вы думаете, когда-нибудь удастся договориться о метафизической фотографии, как об итоговом термине?

Если почитать, что пишут про другие направления, которые уже давно состоялись и уже давно умерли, то окажется, что там будет в основном информация следующего характера: появилось тогда-то, существовало в таком-то контексте, представители такие-то. Соответственно, случится это тогда, когда это всё умрёт.)

Давайте попробуем разобраться. Если говорить какими-то простыми словами, как можно объяснить, почему вот эта фотография метафизическая, а какая-то другая – нет?

Вообще, на мой взгляд, достаточно непродуктивно рассуждать о том, метафизическая какая-то конкретная фотография или нет. Потому что речь, в общем-то, идёт об определённом подходе, определённой сфере интересов автора и зрителей. И можно сказать, что эта сфера интересов описывается тем, как можно смотреть на вещи.

Есть множество видов фотографии, которые интересуются объектами и их значением в социальной жизни, которые интересуются событиями, которые пытаются рассказать что-то о том, чего люди не видели, проиллюстрировать какие-то мысли и т.д.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

А есть фотография, которая интересуется тем, как можно смотреть на вещи. Если автор, делая свои фотографии, интересуется этим, то, скорее всего, можно сказать, что он занимается метафизической фотографией. При этом, каждую отдельную фотографию классифицировать по этому принципу достаточно бесполезно. Потому что каждая фотография существует сама по себе. Это так же, как можно делать какие-то обобщения о группах людей, но нельзя их применять механически к каждому отдельному представителю этой группы.

У нас есть рубрика «Фотозагадка». Как правило, мы берём какой-то предмет из обихода человека и снимаем его в необычном ракурсе или в макро. И просим разгадать, что же это такое. Можно ли трактовать такой подход к фотографии как метафизический?

В чистом виде, я думаю, нет. Существенная разница в том, что в метафизической фотографии речь идёт о способах смотреть на окружающие вещи. Успех достигается тогда, когда при взгляде на фотографию у зрителя возникает смешение ощущения достоверности и ирреальности. Он должен увидеть и опознать то, что он видит, как часть его окружения, но при этом взглянуть на это так, как он никогда до этого не делал.

То, что вы предлагаете - всё-таки достаточно искусственные манипуляции, которые прячут объект, а метафизическая фотография пытается увидеть некую другую реальность, некий другой способ её сборки в том, что существует вокруг, никак в это не вмешиваясь. И более того, для метафизической фотографии не характерны вообще никакие искажающие приёмы. И даже маленькая глубина резкости (ГРИП) крайне редко используется, чтобы выделить определённые объекты или какие-либо манипуляции, искажающие пропорции и т.д. Тут достоверность очень важна, иначе эффект не срабатывает. Т.е. когда человек понимает: «какая элегантная шутка», он понимает, что это шутка. А тут важно, чтобы человек почувствовал, что то, что ему показали, реально присутствует в мире.

Скажите, фотографию, которой Вы занимаетесь, можно отнести к стрит-фотографии?

Это трудно сказать. Стрит-фотография – тоже понятие дискуссионное, потому что его фактическое наполнение тоже меняется с течением времени. Классический стрит, в те времена и в тех образцах, когда появилось это понятие, предполагал главным образом съёмку ситуаций, происходящих с людьми на улицах. Этим я не занимаюсь. Но со временем понятие стало расширяться. У нас недавно был фестиваль уличной фотографии, сделанный по образцу Лондонского фестиваля. Есть прекрасный сайт inpublic.com, где представлены лучшие западные образцы. В последние годы стрит определённым образом мутировал по нескольким направлениям. Если в первое время в классических образцах это был интерес к людям, как таковым, и к тому, что с ними происходит, то позже появилось очень сильное направление, которое фокусируется на необычном, смешном, нелепом, это во-первых. И, во-вторых, стали появляться фотографии, которые не содержат людей вовсе. И даже на inpublic.com такие фотографии есть. В рамках фестиваля стрит-фотографии были показаны снимки такого рода. Артём Житенёв, например, который был в жюри, говорит, что стрит-фотографией можно считать любую фотографию, сделанную даже не обязательно на улице, а просто в общественном месте.

У меня тут своего какого-то мнения нет. Я знаю как было, а уж как станет, так станет.) Я снимаю не только в общественных местах. Скажем так, каким-то боком я могу туда вписаться, но я не могу себя как-то идентифицировать как часть этого, потому что традиционная стрит-фотография ничего общего с тем, что я делаю, конечно, не имеет. Но в каком-то месте и в какое-то время мы, может быть, сойдёмся и пересечёмся. Тем более, что в этом была бы определённая логика, потому что в последние пару десятилетий в фотографии, которая продвигается институционально, доминирует фотография, которая делается для того, чтобы о ней можно было говорить.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

Вообще, есть два подхода к фотографии: первый – «фотография – это то, что о ней можно сказать» и второй - «фотография говорит сама за себя». Несколько последних десятилетий доминирует именно первый вариант подхода. Если посмотреть на арт-поле и то, что там представляется, то мы увидим, как правило, иллюстрации каких-то концепций. И в этом смысле метафизическая фотография и стрит-фотография этому подходу противостоят. В значительной степени мы и стрит-фотография - союзники в любом случае.

Дмитрий, давайте поговорим о Вас. Как Вы начинали снимать, как Вы учились, с чего всё начиналось?

Об этом трудно говорить, потому что до фотографии я доходил многократно и достаточно долго. Начиналось всё с того, что мне подарили фотоаппарат когда мне было 10 лет, но ничего особенно интересного из этого не вышло. А потом, много лет спустя, был какой-то такой период, когда я купил квартиру, у меня не было денег, я делал ремонт в этой квартире своими силами и как-то внезапно мне такая жизнь очень надоела. У меня была привычка, я всегда очень много гулял, причем просто так, без особых целей, просто гулял и смотрел вокруг. В результате всех вот этих дел, круг моих прогулок достаточно сильно сузился из-за недостатка времени, и в какой-то момент я захотел обострить свои ощущения и вспомнил, что у меня есть фотоаппарат и начал что-то снимать. Когда ты снимаешь что-то необычное, например, в отпуске в какой-то незнакомой местности и потом смотришь на эти фотографии, то тебе, как правило, неважно какие они. Главное - ты вспоминаешь эти места и то, как тебе там было хорошо, и вроде бы этого и достаточно. Но лучше, конечно, эти снимки никому другому не показывать. ) А тут ничего необычного вокруг не было, и я снимал то, от чего получал удовольствие, просто прогуливаясь недалеко от своего дома. Я стал смотреть на фотографии и понимать, что они мне почему-то не рассказывают о том удовольствии, которое я получаю во время прогулок.

Надо сказать, что у меня не было никаких фотографических амбиций, мне хотелось просто научиться. Я стал читать какие-то статьи в журналах, и в очередном выпуске «Фото&Видео» мне попался обзор фотосайтов, в котором каждый сайт представлял сам его владелец. Среди всех сайтов мне тогда больше всего понравился сайт, который представлял Андрей Безукладников. Тогда я зарегистрировался на photographer.ru и начал показывать свои картинки, и в какой-то момент наткнулся на нескольких людей, чьё мнение мне показалось интересным. Я стал приглядываться к тому, что они хвалят. Вообще-то, я даже и не заметил, когда у меня что-то получилось. Примерно через год Игорь Нарижный (главный редактор журнала «Digital Camera») предложил мне напечатать портфолио у себя в журнале и как-то потом всё пошло-поехало. Там же на сайте я познакомился со Слюсаревым . Вообще, самые хорошие вещи получаются как-то случайно. Я думаю, поставь я себе тогда какую-нибудь цель, всё сложилось бы иначе.

Как и где Вы учились фотографии, посещали ли Вы мастер-классы, учились ли в фотошколах?

Мне кажется, что я не был ни на одном мастер-классе. Хотя нет, пожалуй, один раз я сходил на мастер-класс к А.А.Слюсареву и один раз был на семинаре у А.И.Лапина. Позже я уже поучился у Лапина. Но это было в то время, когда я уже умел снимать. Это, безусловно, сыграло значительную роль, но не было тем толчком, который заставил меня снимать. Было много разных людей, которые мне что-то показали, что-то открыли для меня, но так, наверное, всегда бывает. Ученичество в искусстве предполагает, что ты попал к кому-то в подмастерьи, растирал ему краски 10 лет, а потом продолжил то, чем занимался твой учитель. Такого со мной не случилось, и мне кажется, это не только со мной не произошло, а этого уже просто в мире нет.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

Дмитрий, а как Вы относитесь к тому, что Ваши работы разбирают по косточкам. Мы знаем, что А.И.Лапин на примере Ваших работ разбирает фотографии, рассказывает про различные ракурсы, показывает, как можно было бы иначе скадрировать снимок, расставить акценты…

Я ничего не имею против. А то, о чем Вы говорите, это была статья в журнале «Фото и видео». А.И.Лапина когда-то пригласили в этот журнал, и в каждом номере печатались его уроки фотографии. Собственно вот так я с ним и познакомился. В качестве иллюстративного материала Лапину выдали каталог фотографий тех, кто присылал снимки на конкурс в читательском разделе. Вот тогда он выбрал мои фотографии и пригласил поговорить. И с тех пор мы с ним достаточно много и продуктивно общались.

Так или иначе, фотография – это изображение. А изображение определённым образом работает, и думать об этом можно. Правда, не знаю насколько это нужно фотографу, потому что применить на практике при съёмке эти знания невозможно.

Я вообще не уверен, что фотографировать можно головой, потому что это не заменит интуитивного ощущения, которое всегда точнее и богаче. Может быть, применить все композиционные знания и навыки возможно, если ты рисуешь заранее то, что будешь снимать. А когда ты делаешь снимок, ты уже не успеешь обо всём подумать, ну хотя бы уже потому, что даже солнце движется и, соответственно, свет может меняться очень быстро. А когда снимок уже сделан, то у тебя очень ограниченные возможности по его модификации. Ну, если, конечно, ты не готов взять кисточку в ФШ и просто нарисовать другой снимок.

Но это интересно вот с какой точки зрения: чтобы делать фотографии нужно представлять себе, что существует такая вещь, как проблематика построения изображения, и нужно понимать из каких аспектов она состоит и как работает. Основная беспомощность у некоторых людей при съёмке проистекает от того, что они не думают об изображении, которое у них получится, а думают об объекте, который они видят и снимают. А это совершенно разные вещи. Самое сложное – это смотреть в видоискатель и видеть там картинку, а не то, что ты только что видел вокруг себя. И для того чтобы это научиться делать, кому-то могут оказаться полезными эти разборы фотографий.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

А как научиться видеть именно картинку, а не объект съёмки?

Откровенно говоря, я не знаю. Здесь есть два разных аспекта. Во-первых, надо что-то видеть в окружающем мире безотносительно способности переводить это в изображение. Как этому научиться? Не знаю, потому что мне кажется, что это свойство личности и оно не имеет прямого отношения к фотографии. Можно просто жить и развивать в себе восприятие окружающего мира. Нужно иметь личный опыт, чтобы в окружающем мире вычленять определённые вещи, которые обладают каким-то значением для тебя самого.

А во-вторых, нужно научиться передавать это в изображении. Вот это уже значительно проще. Обучение в этой сфере сводится к банальной насмотренности, т.е. нужно смотреть много хороших изображений. И тут появляется следующий вопрос - как, не понимая, какие изображения хорошие, а какие не очень, всё же их отличать. Но выход и тут есть – для начала надо смотреть хорошую живопись. У живописи очень богатая история и про многое уже ясно. Когда ты много смотришь, ты в какой-то момент начинаешь отличать хорошее изображение от плохого.

А какие жанры Вам интересно просто посидеть и посмотреть?

Фотография бывает совершенно разная, но я не очень люблю заниматься жанровой классификацией у себя в голове. На самом деле смотреть потоком фотографии неинтересно, а интересно смотреть какие-то отдельные находки, а в каком они жанре, для меня не важно.

Есть, конечно, что-то, что мне неинтересно в принципе – то, что связано с серьёзным манипулированием изображениями, как бы эта манипуляция не происходила, постфактум в ФШ или во время съёмки какими-то экзотическими способами. Но и в этом жанре есть очень интересные образцы, которые впечатляют. Например, Саша Курлович снимает моноклем очень интересные вещи.

Встречаются очень интересные жанровые фотографии. Но в последнее время у меня складывается ощущение, что жанровая фотография находится в кризисе, потому что самые лучшие её образцы остались далеко в прошлом.

Информационную фотографию тоже интересно смотреть, и при этом совершенно неважно, насколько она хорошо снята. Мне даже кажется, что современная тенденция в информационной фотографии в виде погони за красивым кадром только портит восприятие от события и отвлекает от содержания.

Если ещё говорить про авторов, то мне кажется, что лучший из ныне живущих постсоветских фотографов – Борис Савельев. Это блестящий фотограф, который до сих пор великолепно снимает, хотя он примерно из того же поколения, что был и Слюсарев. Из западных современных фотографов мне интересен Harry Gruyaert.

Если говорить про живопись, на меня повлияла авангардная живопись начала XX века, и в первую очередь повлиял супрематизм, наверное, в значительной степени в версии Казимира Малевича, но не только. Это опять же к вопросу проблематики построения изображения, потому что это хорошая иллюстрация того, как картинка может работать сама по себе. Вообще на этом периоде проще всего понять, как работает картинка.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

Дмитрий, как Вы считаете, качество фотоаппарата сильно влияет на результат? Вообще насколько важна камера?

Принято говорить, что снимать можно чем угодно, в том числе, и валенком.) Но я бы сказал, что лучше, конечно, валенком не снимать. Аппаратуру надо покупать самую лучшую из той, что можешь себе позволить. И это не вопрос картинки, потому что для публикации в интернете достаточно и самого плохого фотоаппарата. Да и фотография, которую вы сделаете плохим фотоаппаратом, если она хорошая, всё равно будет реально хороша. Проблема случится тогда, когда вы решите её напечатать. А если у вас в фотографии в целом всё получится, то рано или поздно вам как раз понадобится печатать ваши фотографии. И тут может подстерегать много неожиданностей. Поскольку я никогда не собирался заниматься фотографией, я очень долго снимал плохими камерами, а первые года два снимал вообще мыльницей Canon PowerShot A610. И когда вдруг оказалось, что фотографии надо печатать, выяснилось, что две из трёх смотрятся на бумаге не очень, и было обидно. Снимать можно на что угодно. Если у вас нет денег на что-то приличное, огорчаться не стоит, но если деньги есть, то лучше не жадничать.

У меня сейчас два активно используемых фотоаппарата Canon 5D Mark II и двухглазый RolleiFlex. Набора оптики никакого: на RolleiFlex оптика несменная, а на Canon стоит Sigma 24-70 и периодически я на него ставлю зенитовский телевичок Юпитер 135mm f/3.5. Вообще у меня было много разных камер: Зенит, какая-то мыльница Olimpus... Когда я заинтересовался фотографией, то сначала купил плёночный Minolta Dimage 5, но практически не успел на него поснимать.

Если говорить про плёночный фотоаппарат, то на плёнке учиться довольно тяжело, если ты снимаешь цветную фотографию, потому что непонятно, как достоверно увидеть результат. Когда-то я печатал снимки в определенных лабораториях, а потом в какой-то момент мне захотелось что-то перепечатать, и я отнес пленку в другую лабораторию. А когда сравнил эти два разных отпечатка, то понял, что ничего не знаю про то, что я снимал, потому что отпечатки из разных лабораторий не имели ничего общего между собой. Чтобы снимать на плёнку, нужен хороший сканер, и печатать всё это нужно, конечно, самостоятельно. Дело в том, что для того, чтобы чему-то научиться, нужно очень хорошо и точно представлять, что же у тебя уже получилось.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

Дмитрий, Ваши фотографии поражают точностью отображения увиденного. Скажите, а Вы сразу видите то, что будет в кадре? Неужели после съёмки Вы не занимаетесь кадрированием?

Нет, почему же, бывает, что и кадрирую, и обрезаю. Я не вижу в этом ничего страшного. Только это два разных вопроса. Если ты сразу не увидел кадр, то ничего путного снять не получится. Есть масса ситуаций, когда правильное кадрирование сделать невозможно, например, подойти к предмету или сюжету съёмки близко нельзя или ракурс взять нужный не получается.

К тому же, в видоискателе, как правило, видно не всё, что отображается на снимке. Например, до Mark II у меня была камера Sony A100, а там за взглядом оставалась существенная часть изображения. В результате, конечно же, приходилось кадрировать изображение, т.к. глупо было не кадрировать, потому что ты не это снимал. Это вообще существенная проблема. В конце концов, года через полтора использования этой камеры я настолько хорошо выучил, где и что нужно мысленно добавлять, заглядывая в видоискатель, что при переходе на Mark II в первые несколько месяцев обнаруживал, что я постоянно добавляю лишнее пространство в изображение. Вообще говоря, если ты занимаешься художественной фотографией, то можно всё, хоть рисовать. Врать только не надо.

Кстати, почему-то изображение, снятое на плёнку я никогда не трогаю. Кадр, изначально снятый на цифру, почему-то рука поднимается подправлять, подрезать или править геометрические искажения. А когда у тебя в руках лежит слайд, то вроде бы уже и всё.

Какой процент брака при съёмке? Бывает ли так, что Вы сняли какой-то сюжет, но оказались неудовлетворенны результатом и впоследствии снова вернулись к этому сюжету, чтобы переснять?

Повторного возврата к сюжету не бывает, потому что когда начинаешь фотографировать, то становится очевидным, как быстро меняется мир вокруг тебя. Бывает, что придёшь на то же место через неделю и обнаруживаешь, что там всё изменилось. Снять что-то второй раз практически нереально, хотя иногда получается. Несколько раз мне удалось переснять кадры, скажем, в которых в первый раз куда-то не туда попал в резкости, правда, я их потом так и не задействовал.

А если говорить про брак, то нужно ещё понять, что считать браком. По большому счету ведь есть много разных уровней. Есть картинки, которые можно включить в портфолио, есть картинки, которые имеет смысл напечатать, есть картинки, которые имеет смысл выложить в блоге, а есть картинки, которые являются браком в техническом смысле. Ну и где-то на самом верху находятся картинки, у которых есть шанс, что они останутся в истории олицетворением тебя, так или иначе. Для каждого уровня свой процент брака. Надо сказать, что нет ни одного фотографа, после которого осталось больше десяти картинок за всю жизнь, причем десять снимков – это очень много. В основном великих фотографов, которые в той или иной степени сыграли значительную роль в истории фотографии, мы помним по двум-трем картинкам. Вот и считайте теперь процент брака.

Если честно, я никогда не пытался проводить каких-то математических расчетов. Когда я отбираю итоги за год, то обычно туда попадает картинок тридцать, но из какого количества - мне сказать очень трудно. С печатью ещё сложнее, потому что прежде чем что-то напечатать, происходит долгое размышление о том, что и как печатать, и работы эти могут быть сделаны уже, скажем, пару лет назад.

До обработки доходит, наверное, каждый третий сюжет.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

Вы можете выделить какую-то работу, которой Вы полностью удовлетворены? Вы вообще часто довольны результатом?

Смотря в какие моменты, этот процесс многоуровневый. Часто бываю доволен, вот так начинаешь разбирать съёмку, а там и «Ух!» и «Ах», и ты сразу очень доволен. А потом смотришь и думаешь «А ерунда всё это». Так же как есть разные градации фотографий, есть и разные уровни удовольствия. Бывает, что гулял-гулял, осталось какое-то ощущение, что фигню всякую наснимал, а потом пришёл домой и видишь, что всё-таки что-то получилось, и испытываешь удовольствие.

Дмитрий, а интересно было бы попробовать себя в каких-то других жанрах фотографии? Может быть, заняться коммерческой фотографией, снимать людей, свадьбы и т.д?

Это даже рассматривать всерьёз не хочется, потому что оплачивается такой труд плохо. И менять хорошо оплачиваемую работу на плохо оплачиваемую работу как-то смысла совсем нет. Т.е. либо тебе должны платить деньги за твои художества, либо не так принципиально, чем ты их зарабатываешь, и зачем это делать именно камерой - не очень понятно. Поснимать что-то разное было бы интересно, но не в коммерческих целях. Мне интересно снимать ту жизнь, которая меня окружает. И для того, чтобы изменить то, что я снимаю, придётся поменять саму жизнь.) Когда в моей жизни появится что-то новое, тогда, наверное, появятся и новые картинки.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

Мы знаем, что Вы пытаетесь сделать хоть какую-то коммерцию из Вашего занятия фотографией. К примеру, если говорить о Вашем блоге, то все фотографии, которые Вы там публикуете, предлагаются для печати за какие-то достаточно условные деньги. Иными словами, Вы всё равно пытаетесь общаться с, не побоюсь этого слова, потенциальным клиентом. Скажите, а возможен ли обратный процесс, когда к Вам приходит заказчик и рассказывает о том, что ему нужно снять? И вообще, возможно ли работать на заказ?

Работать на заказ? При наличии времени можно было бы попробовать в качестве развлечения. Но в реальных жизненных условиях это не очень просто, потому что жалко на это тратить своё время. Но вообще любопытно было бы.

У меня недавно был похожий опыт, меня пригласили снимать музей им.Пушкина. К столетию музея был придуман проект, в котором мне поставили задачу снимать в моём стиле, но так, чтобы это было узнаваемо. Я очень долго ломал голову, как это сочетается друг с другом, но ничего, как-то отснял. Очень любопытный опыт, но я не уверен, что он имеет какое-то отношение к тому, что я хочу показать в фотографии.

А что касается коммерции в моем блоге, то это больше какая-то такая идеологическая вещь, чем коммерция. В современной системе интеграции искусства в общество мне очень не нравится, что институты, которые занимаются поддержкой искусства (и которые являются практически единственным источником ресурсов в этой сфере), абсолютно оторваны от зрителя. Они зрителя не имеют ввиду никаким боком, и никаким же боком от него не зависят. Этот отрыв от зрителя порождает невменяемость и неадекватность функционирования культуры в социуме.

Вообще, у культуры в обществе есть вполне определенная роль, которую можно сформулировать так, что культура формирует чувство настоящего на уровне ощущений и, формируя его, вызывает новые притяжения и отталкивания, которые в свою очередь формируют целеполагание и определяют вектор развития общества в дальнейшем. А современная культура, опирающаяся на эти институты, оторвавшись от зрителя, перестала выполнять эту функцию. И это, вообще говоря, очень опасно для общества. По этому поводу, я часто говорю, что СССР погиб не от каких-то там экономических проблем, а потому что в культурном слое никто не то что не смог сформировать целеполагание, а даже не смог понять, что происходит.

Конечно, я не надеюсь в одиночку переломить ситуацию, но я пытаюсь публично озвучить позицию, что финансирование культуры – это задача культурного слоя. Иными словами, если вы хотите, чтобы культура взаимодействовала с вами, то вы должны обеспечить её финансирование, и у вас есть такая возможность. Потому я предлагаю большую часть работ из моего блога напечатать за какие-то условные деньги. Понятное дело, что этим не заработаешь, а это чисто пропагандистские вещи.

Люди должны понимать, что культура - это не что-то, что существует где-то в эмпиреях для них недоступных, а это то, с чем они имеют дело каждый день, и они своим личным вкладом и участием могут оказать влияние на то, какая она будет завтра.

Понятно, что речь идёт о сломе общественного тренда. И я не то чтобы хочу поставить себя в позу революционера и посвятить этому жизнь, но почему бы не попытаться на своём месте сделать то, что ты сам можешь для того, чтобы противостоять ситуации, которая тебе не нравится. Пропагандировать эту идею я считаю нужным, при наличии таких возможностей.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

Как Вы относитесь к критике?

Дело в том, что не существует никакой вразумительной критики. Вообще-то, дееспособная культурная ситуация предполагает, что есть авторы и критики, но так или иначе это замыкается на зрителе/читателе. Но так как у нас всё это на зрителе не замыкается, то и критики никакой нет. Ну нельзя же всерьёз считать критикой «лайки» или совершенно бессодержательный троллинг, который происходит даже на площадках крупных и серьёзных интернет фотопроектов.

Сегодня реально критикой пытается заниматься А.И.Лапин, и практически больше никто. Есть ещё люди, у которых это получается хуже Лапина. Критика нужна, а точнее сказать востребована для ориентирования публики, но т.к. публика культуру не финансирует, то она и критику не финансирует. В результате, если людей, которые для своего удовольствия снимают и выкладывают где-то свои фотографии найти можно, то людей, которые для собственного удовольствия будут систематически заниматься критикой, уже не найти, ну уже хотя бы потому, что это было бы извращение какое-то.

Как Вы относитесь к похвалам и насколько похвала может повлиять на Ваш дальнейший выбор? Могут ли положительные отзывы о какой-то Вашей работе влиять на Вас, на то, что Вы захотите в следующий раз снять?

Вообще, доброе слово и кошке приятно. Но на то, что я снимаю, это повлиять неспособно. Это может повлиять на то, что и где я показываю. Я, конечно, не знаю, что было бы, если бы я от этих «лайков» зависел, но поскольку зависимости никакой нет, и более того, я хорошо себе представляю, что абсолютное большинство этих людей ничего не понимают в тех фотографиях, за которые голосуют, то зависимости нет ни ментальной, ни материальной, да и вообще никакой.

Но если есть задача сделать какую-то подборку для какого-то места, то, конечно же, тогда задумываешься о том, что это за место и что имеет смысл там показывать.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

А что нужно понимать в фотографии?

Понимать – это правильно чувствовать. На вербальном уровне в фотографии, которой я занимаюсь, понимать нечего. Можно понимать какие-то обобщения, но конкретную фотографию бессмысленно переводить на язык слов.

Есть ещё один немаловажный момент – люди постепенно к чему-то привыкают и у них вырабатываются привычки воспринимать какие-то вещи. Есть очень незначительное количество людей, которые сходу могут воспринимать что-то новое для себя. Например, когда я начинал снимать, людей, которые это воспринимали сколь-либо адекватно, было ничтожное количество, а сейчас их достаточно много. И фотографии, которые я показываю, скажем, с 2007 года воспринимаются многими уже «на ура». Но это сейчас, а не тогда.

Когда-то Слюсарев, увидев, что под какой-то моей фотографией мне стали писать отзывы «ну что это, ну зачем это, зачем вообще такое снимать?», написал мне комментарий: «Не слушайте, они привыкнут». И это оказалось сущей правдой. Есть люди, которые могут воспринимать что-то новое, а остальные будут воспринимать только тогда, когда это станет общим местом. И если ты показываешь какой-то группе людей, которые готовы воспринимать новое, то ты покажешь один набор фотографий, а если ты показываешь на какую-то неопределенную аудиторию, то имеет смысл показывать фотографии, про которые ты уже знаешь, что они воспринимаются хорошо.

А что Вы отвечаете тем, кто требует объяснить, что Вы хотели сказать той или иной фотографией?

По-разному… Содержательное общение с подобного рода людьми бессмысленно, поэтому либо промолчать, либо покуражиться как-то. ) Но иногда хочется как-то достучаться до человека и поговорить с ним серьёзно. Иногда это даже получается. Это зависит от настроения.

Как Вы думаете, нужно ли давать название работам?

Не нужно, но можно. Особого вреда от этого нет, но это необязательно.

А подсказочку дать зрителю?

Подсказочку… ну её нельзя дать более-менее адекватную. Кстати, опять же со Слюсаревым была забавная история. Он как-то показывал большую и сложную фотографию из многих элементов, на которой где-то далеко-далеко на заднем плане дядька стенку штукатурил, при этом сам дядька был очень маленького по сравнению с фотографией размера. Слюсарев сказал, что вот эту фотографию обязательно надо назвать «Штукатур», а то его никто не заметит. Так, что в качестве весёлого развлечения фотографии можно и подписывать.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

По крайне мере, это заставит разглядывать фотографию…

Ну, есть много способов заставить разглядывать фотографию. Но это к самой фотографии особо не имеет отношения . Можно ещё, например, подкараулить какую-то знаменитость у кабака и набить ей морду. Количество людей, которые будут разглядывать твои фотографии на следующий день после выхода сообщения в криминальной хронике, сильно увеличится.))

А есть ли работы, которые Вы всё-таки хотели бы назвать? Например, есть какие-то работы, которыми Вы дорожите, но они остаются непонятыми, и вот дать какую-то подсказку аудитории, чтобы она стала ей более понятна …

Ну, нет, это утопия. Есть работы, которыми я дорожу, но они не поняты. И я знаю, что для этого нужно сделать – снять такого рода фотографий штук сорок и тогда их поймут. Названиями тут ничего не поменяешь. Названия у фотографий, как отдельная практика, - вещь любопытная, но только как отдельная практика. Мне жалко тратить на это время.

Дмитрий, мы знаем, Вы проводите встречи, рассказываете про фотографию. Расскажите, как это происходит?

Меня иногда приглашают на какие-то встречи. Происходит это обычно в виде показа какого-то слайд-шоу и разговора с аудиторией. Ещё у нас есть компания под названием Фотопередвижники, и мы пропагандировали такую идею, что фотография – это, в конечном счете, отпечаток, а просмотр изображений в интернете даёт очень приблизительное представление о фотографии. Некоторое время мы как раз ездили со своими отпечатками по разным городам по приглашению фотоклубов и проводили встречи в формате показ/рассказ и обсуждение работ, которые нам показывали в этих фотоклубах. Было очень интересно и продуктивно.

Когда-то у меня был момент, я в открытую предлагал совместные прогулки, и довольно много их провёл. Это довольно любопытный формат, но потом у меня в Москве стало не хватать на это времени и совместные прогулки постепенно прекратились. Что называется «быт заел».

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

А как эти прогулки происходят?

Как правило, место прогулки могу предложить я. Если есть какие-то альтернативные предложения маршрутов, то это тоже приветствуется, потому что посмотреть на какое-то новое место в Москве любопытно. Прогулка обычно происходит в вечерние часы, в сезон длинных вечеров (с начала июня до середины июля).

Какого уровня подготовка нужна, чтобы принять участие в совместной прогулке?

Это на самом деле не принципиально. Тут важен не уровень подготовки, а степень заинтересованности и готовность что-то воспринимать. Уровень – дело наживное, и вещь механическая, а открытость к восприятию - это уже внутреннее, и от уровня никак не зависит.

К примеру, пока мы ездили по разным городам, мы много снимали. И в результате многие из тех, с кем мы там гуляли, стали снимать намного лучше и совсем по-другому. А один паренёк сейчас выдаёт вещи совершенно изумительные, и это очень впечатляет.

Дмитрий, а Вы знаете своих последователей? Ощущается ли прилив новых имён в Вашем жанре?

Этот подход к фотографии постепенно набирает популярность, и это радует. Но в значительной степени радует потому, что это воспитывает зрителей. Вообще показ таких фотографий у меня сопровождался желанием, чтобы люди обернулись вокруг и наконец-то посмотрели на то, что их окружает. Ведь очень уныло смотреть на людей, которые не видят ничего и существуют в каком-то тёмном мешке.

Дмитрий Музалёв
Дмитрий Музалёв

А новые имена – это уже вопрос: для кого и насколько они новые. Вообще фотографическая среда не очень связная, и есть люди, которые, наверняка, уже давно и хорошо снимали, а я их вот только сейчас узнал.

Но с другой стороны, когда что-то приобретает массовую популярность, оно начинает заспамливаться. И если зайти в группу «Метафизическая фотография» в Facebook, где собралось рекордное число пользователей по сравнению с другими местами, где обитает метафизическая фотография, то иногда бывает страшновато смотреть на то, что там показывается… Но это неизбежное следствие.

Фотограф Дмитрий Музалёв. Работы Дмитрия Музалёва на photographer.ru.

Большую иллюстрированную версию интервью можно неспешно полистать здесь.